Совпало

«Энтерпрайз» замер в ожидании. Хотя звездолёт и двигался на втором варпе, казалось, он застыл во времени и пространстве. Каждый член экипажа, осознанно или нет, поддался общей напряженной обстановке. Царивший до недавнего времени ореол тайны вокруг старших офицеров постепенно окутывала накаляющаяся атмосфера. Офицеры на мостике вели себя безукоризненно, однако привычное беззаботное и радужное настроение увяло, сменившись официальными обращениями. А началось всё с грандиозной ссоры капитана и старпома. К их чести, нужно отметить что ругались они наедине, и до команды дошли лишь отрывочные слухи, которые, однако, подтверждались непривычным ранее общением «командир-подчинённый». Так уж повелось, что от старших офицеров зависело и спокойствие экипажа. Поэтому внезапное охлаждение между капитаном и его Первым внесло изрядную сумятицу в жизнь «Энтерпрайз». Даже йомены, далёкие от жизни и проблем мостика, стали нервными и рассеянными, поддавшись общему угнетающему настрою. МакКой, в чьи обязанности, как доктора, входила и необходимость следить за психическим здоровьем экипажа, вызвал капитана на срочный-только-попробуй-не-прийти осмотр. Недовольный и раздражённый Кирк попытался было отвертеться, ссылаясь на занятость и старший чин. Но тон, которым Боунс прошипел, куда капитан может засунуть своё звание, убедили Джима в серьёзности намерений главы медотсека. Он уныло поплёлся в лазарет. Его вечная тень и на этот раз не отставала, следуя за Кирком на некотором расстоянии. Джим не решался прогонять вулканца. Он чувствовал, что Боунс настроен более чем серьёзно, поэтому лишний союзник не повредит. Человек покосился на Спока, который теперь шёл слева от него, и засомневался: а союзник ли рядом? После того скандала, глупого и безосновательного, как уже давно понял Джим, альфа переехал в свою каюту. Дурацкая гордость не позволяла принести извинения первым, хотя обиды не было и в помине. Старпом же явно не считал себя виноватым, поэтому и делать первый шаг, с его точки зрения, было бы «нелогично». Джим тяжело вздохнул. Всё было так глупо и по-детски, что он рассмеялся бы, не касайся это его со Споком отношений. Уже пару дней Кирк собирался с силами, чтобы подойти и попросить прощения. Порой обдумывая, что именно он скажет, капитан жутко злился и раздражался ещё больше. В такие моменты он замечал пронзительные взгляды Спока, если тот был рядом. И тут же закрывал связь. Отголоски боли на бледном лице били наотмашь, но гордость - а правильнее, гордыня - не давала закончить их мучения. Но ведь и Спок от него закрылся! После того случая на Пинчуке II, когда вулканец бездумно пожертвовал собой, хотя был нужен на корабле, и отказался подчиняться приказу, Джим накричал на него. Ему казалось, что альфа использует свою власть и не считает его способным защититься, ставит под сомнение его авторитет. Кирк высказал всё, что казалось в тот момент правдой. Какой же глупец! Не смог отличить желание сохранить жизнь партнёра любыми средствами от необходимости утверждать своё право. Забыл, что Спок не такой, как другие. Глупый, недоверчивый омега. И за свою недогадливость и горячность поплатился. Чужая боль и обида затопили его на мгновение, чтобы после обрубить всякую связь с эмоциями партнёра. Теперь Кирк лишь знал, что Спок жив. Ничто другое существенное не доходило до него. Собственные эмоции Джим обуздал очень скоро и также поставил блок. Но его контроль был не настолько натренирован и иногда ослаблялся. Неожиданные эмоции со стороны омеги, если были достаточно сильны, вызывали реакцию вулканца в виде поворота головы или лёгкого прищура. Мысль, что он всё ещё небезразличен Споку, успокаивала. Но как же он устал от всего! Кирк резко остановился и впечатал кулак в стену, выпуская накопившееся напряжение. Спок заметно вздрогнул и отшатнулся, но тут же подлетел к Джиму, перехватывая его руку, занесённую для второго удара. Попытавшийся вырваться Джим был пригвождён к стене, запястья сжаты в руках вулканца. Он бессильно брыкался, избегая взгляда Спока. А потом что-то оборвалось внутри. Солёная капелька покатилась вниз. Глаза альфы расширились в удивлении, хватка ослабла и Кирк безвольно сполз по стене. — Тхайла, Джим, — тихо прошептал Спок, растерянный и удивлённый. — Прости меня, — выдавил Кирк. — Я не должен был тогда так… Прости, Спок. Прости. — Джим… Альфа притянул его к себе, пряча в кольце рук, баюкая расклеившегося капитана в объятьях. Джим судорожно сминал его форменку, когда в голову хлынули забота, нежность и сожаление Спока. Дышать стало легче и мир вернул свои краски, позволяя расслабиться. Он тут же отбросил свой блок, заливая вулканца раскаянием, благодарностью, тоской по нему, обожанием и радостью. Джим чувствовал себя также, как два месяца назад, когда они впервые ощутили друг друга через Связь. — Спасибо, Спок, — прохрипел человек непослушным голосом. Он расцепил пальцы и подался назад, желая заглянуть в глаза партнёра. Левую руку прострелило болью и Джим невольно охнул. Спок тут же подхватил запястье землянина, бережно прощупывая пальцы Кирка. — Тебе необходимо обратиться к доктору МакКою. Предполагаю, у тебя нарушение целостности фаланг. — Ну, мы всё равно идём к нему. Значит, вперёд, — Джим улыбнулся, заставив старпома перестать хмуриться. — Так-то лучше.

***

Увидев Кирка, придерживающего руку со сбитыми костяшками, доктор пришёл в бешенство. Изначально ненаправленное, оно быстро обрело вектор — Спока. Джим едва сумел уверить разбушевавшегося врача, что не дрался со Споком. И что у них уже всё хорошо. Пока он убеждал, Боунс трикодером выявил небольшие трещины и, продолжая недовольно ворчать, накладывал тугую фиксирующую повязку. По окончании он объявил, что в наказание за его потрёпанные нервы, Кирк должен пройти полный осмотр. Хотя это и служило официальной причиной для вызова, изначально док намеревался лишь поговорить с капитаном и призвать его не быть такой задницей и извиниться перед хобгоблином. Теперь же, когда эта парочка вновь обрела своё счастье в единении, МакКой не мог не извлечь собственной выгоды. Ведь потом Кирка в лазарет и силком не затянешь. Пока Кирк снимал форменку, вулканец пристально следил за доктором. Он всё ещё не доверял другим альфам, близко общавшимся с его человеком. Кирка больше не раздражало подобное поведение. Что поделать — инстинкты. В отместку Джим пообещал зорко следить за всеми омегами, приближающимися к его партнёру: пусть тоже осознает, как здорово, когда за тебя готовы бороться и ни за что никому не уступят! Последняя мысль землянина вызвала у Спока едва заметную улыбку. Он приблизился к Джиму, уже раздевшемуся по пояс, и сжал его руку. Боунс закатил глаза и нахмурился. Но посмотрел не на их руки, а на живот омеги. Глаза его немедленно расширились от удивления. Заметивший это Спок тоже перевёл взгляд на живот Кирка. Удивление-надежда-неверие-радость-радость-радость! устремились к землянину по ментальной связи, наполняя мысли и мешая сосредоточиться на происходящем. — Быть не может! — воскликнул МакКой и подлетел к капитану, настраивая трикодер. Предыдущий анализ показал повышенный уровень прогестерона в крови, что вызвало лишь лёгкое недоумение у доктора. Добавив к этому увеличившийся живот у регулярно загоняющего себя в тренажёрном зале Кирка, глава медотсека сложил два и два: — Ты забеременел, Джимми. Омега бездумно приложил руку к животу. За всеми треволнениями из-за ссоры со Споком он и сам не заметил, что прибавил в весе. Широкая улыбка расплывалась на лице капитана «Энтерпрайз», когда он поднял голову и встретил взгляд альфы. В ответном взгляде читалось столько всего, что у Кирка перехватило дыхание. Радость вперемешку с восторгом и искренним счастьем. Коснуться Спока стало не желанием, а жизненной необходимостью. Джим притянул к себе любовника и повалил на больничную койку, игнорируя протестующие возгласы доктора. Вулканец оставлял на коже Джима горящие чувствами поцелуи, руки нежно гладили живот омеги, едва касаясь кончиками пальцев. Неожиданно Кирка начала пробивать мелкая дрожь. Спок тут же отстранился и заметно даже для МакКоя удивился, когда партнёр начал смеяться. Смех переливался наполнявшим его ликованием и восторгом. Настойчивый поцелуй вулканца прервал Кирка, который впрочем, совсем не возражал. На главу медотсека, качающего головой и с улыбкой на лице наблюдающего за счастливой парочкой, ещё долго не обращали совершенно никакого внимания.

***

Вулканец привычным движением поглаживал заметно округлившийся к шестому месяцу живот омеги. Кирк ластился к нему, требуя повышенного внимания. Совсем недавно они сумели прийти к соглашению по важным вопросам и теперь Джим активно восполнял потерянное за время «серьёзного разговора» время. Он и сам понимал, что обсудить дальнейшие планы было важно, но растущая зависимость от контакта с партнёром брала своё. Поглаживая пальцы Спока и наслаждаясь его земными поцелуями на шее и плечах, Джим радовался, что Кристофер Пайк давным-давно стал другом их семьи. Без протекции адмирала офицерам «Энтерпрайз» не удалось бы уговорить командование не снимать их с должности и давать пока безопасные миссии, на чём не по-вулкански эмоционально настаивал Спок. Старпому не удалось уговорить Джима уйти на время с поста капитана, поэтому он приложил все усилия, чтобы супругу - они провели необходимые официальные земные и вулканские ритуалы уже через месяц после радостного открытия - ничто не угрожало. Не стоит и упоминать, что поначалу к Джиму не мог приблизится ни один альфа. Позже — после долгих увещеваний и уговоров омеги — Спок немного успокоился, но продолжал бдительно отслеживать пространство вокруг партнёра. На удивление, Джима не раздражала его чрезмерная опека. Единственным камнем преткновения стал вопрос о воспитании будущего ребёнка. Оба согласились, что корабль — не детский сад, поэтому было решено, что первые годы ребёнок проведёт с… А вот тут мнения расходились. Спок настаивал на своём отце, как опекуне и воспитателе, Джим — на своей матери. Зарождающуюся ссору решил проходящий мимо МакКой, поинтересовавшийся, почему ребёнка не могут воспитывать оба родителя родителей. В тот же вечер была собрана видеоконференция. Сдержанное удивление Сарека по поводу возможности рождения Кирком наследника было заглушено бурным восторгом Вайноны. Женщина бесцеремонно прервала расспросы вулканца и принялась давать советы будущему папе. Джим терпеливо выслушал поток информации, позволяя матери в такой форме излить свою радость. Когда поток «рекомендаций для будущей мамочки» начал утихать, омега коротко изложил суть проблемы. Сарек, так и не получив внятных ответов, выразил желание самостоятельно воспитывать внука, прививая ему вулканский образ жизни. И тут же стал объектом бурной реакции землянки: — Я не позволю, чтобы мой внук был вынужден сдерживать эмоции. Он человек на семьдесят пять процентов, чёрт возьми! — Тем более ребёнку необходима дисциплина и строгость. А также внимание, — он сделал акцент на последнем предложении. — Сказал тот, кто растил из сына бездушную машину, — не осталась в долгу землянка. — Эй-эй, не ссорьтесь, — вмешался Кирк, — мы со Споком хотели предложить вариант, который устроил бы всех. — Мы считаем необходимым двустороннее развитие ребёнка. Должны удовлетворяться как его потребности в вулканской культуре, так и в земной. Поэтому логичным было бы его воспитание представителями обеих рас. В зависимости от того, чьи гены будут преобладать, станет возможным определение места воспитания: Вулкан или Земля. — Вы, конечно, можете отказаться… — предложил Кирк. — Нет! — разом заявили будущие бабушка и дедушка. Сарек, разумеется, сделал это менее эмоционально, чем Вайнона. — Вот и отлично, мы договорились. Подробности сообщим позже. — Живите долго и процветайте, — успел произнести Спок до того, как довольный собой Джим прервал видеосвязь. — Это оказалось легче, чем я предполагал. — Подтверждаю, — расслабленно кивнул вулканец, привлекая к себе супруга. Они переместились на кровать и Джим прижался спиной к Споку, который привычно обнял его, положив руки на живот партнёра. После недолгого молчания альфа неуверенно заговорил: — У меня имеются некоторые сомнения, Джим. — Мм? Ты о чём? — Ребёнок будет вынужден расти без нас. Первые четыре года, пока мы не окончим миссию и, вероятно, когда тебе предложат следующую. Отказаться ты… — Смогу, — прервал Джим, касаясь рук партнера. — Джим? — Я не отказываюсь от этой лишь потому, что уже подписался. Я отлично понимаю, что нас ждёт много опасных заданий — посмотри только, какие были до этого! Я не хочу оставить малыша без родителей. Только четыре года. И мы вернёмся к нему. — К ней. — Что? — землянин резко повернул голову, чтобы взглянуть на Спока. — У нас будет девочка, — с уверенностью повторил вулканец. — Откуда ты знаешь? Боунз сказал, что точно определит только на следующей неделе. Спок улыбнулся краешком губ. — Я чувствую её. Смотри. Он послал Джиму мысленный поток ощущений, который получал от прикосновения к животу омеги. Неясные, бессвязные, пока ещё слабые импульсы. Землянин расплылся в улыбке, понимая, что его ребёнок уже существует. И хотя он всё ещё не понимал, как Спок определил половую принадлежность, он был счастлив. Конец.