Все только начинается!

— Люсьена Дреер, вы понимаете степень вашего преступления? Нынешний глава Совета, упитанных размеров мужичек, стоял перед железными прутьями камеры и смотрел на меня с огоньком гнева в глазах. Занял он пост недавно, но явно уже чувствует себя равным Королю, настолько он выглядел самоуверенным и себялюбивым. Так и раздуется до идеально круглого шара (ему не долго осталось). Еще двое стариков в зеленых накидках стояли в отдалении и выпускали из глаз стрелы. Они ненавидели сам факт моего существования, но мирились с этим, пока мои выходки не выходили за грани дозволенного. Последняя шутка, видимо, никому не понравилась, а заточение в темнице только лишний раз подтверждало их отношение к спасшей (и не раз!) их жалкие жизни хрупкой девушке. Кстати, о темнице: очень неприятное место, грязное и вонючее. Может заключенные и заслужили свое право находится в предоставленном типе апартаментов, но мое королевское либидо не считает это место подходящим для столь блистательной персоны. Я сидела в темной камере на холодном полу, а руки были прикованы к стене чуть выше головы. Крайне неудобная позиция, а учитывая мои сегодняшние приключение еще и крайне раздражающая. Металл холодил кожу затекших от такого положения рук. Голова слегка гудела от расхода магии, а кости ломило. Никогда не отличалась особо хорошей физической подготовкой, собственно как и опытом ведения боя в потрёпанном состоянии. Обычно мои противники даже не успевали сообразить, что произошло, как уже находились в отключке или мире ином. Знаю, грязный приём, но в моих зачастую безвыходных ситуациях особо не разгуляешься. От плохих привычек трудно избавиться, особенно если ты пользовался ими на протяжении последних семи лет. Поэтому эти ощущения тянущей тяжести во всем теле были в новинку и раздражали мое уставшее сознание все сильнее. — Хартфилия. — Голос немного охрип от холода. Вообще-то я устала, замерзла и голодна — убийственное сочетание неприятных для меня ощущений. Мне даже становится интересно: чем это для них обернётся. — Что? — Интересно, по каким критериям они набирают людей в Совет? Сообразительность явно не на первом месте в списке качеств идеально-надутого индюка. — Я развелась, поэтому Хартфилия. — Прошипела с раздражением и попыталась немного изменить положение тела, чтобы дать возможность затекшим конечностям передохнуть. — Какое это имеет отношение к делу? — Прямое, вам же надо знать — кто именно напакостил, поэтому советую следить за последними новостями и правильным, достоверным составлением протоколов. Я же не смогу постоянно объяснять будущим поколениям, что вы были достаточно беспечны для составления ложных документов. Что обо мне внуки подумают?! — Я тяжко вздохнула, выражая небывалое возмущение их недальновидности. — Хорошо, Хартфилия, — мужчина скрипнул зубами, — вы понимаете, что перешли черту?! Объясните, зачем вам понадобилось призывать монстров! Кто-нибудь мог пострадать! — Как позвала, так и уничтожила. А, вот, зачем… Скажем так: я развивала креативность в коллективном разуме недоразвитых организаторов сборища готовых отметелить друг друга за деньги магических гильдий. — Каким образом?! — Он был возмущен до глубины своей мелкой душонки. Видимо, один из тех недоразвитых, что считали свои «титанические» усилия в обще-развлекательном мероприятии неоценимыми. — Заставила их завидовать моей фантазии! — Меня начинают раздражать эти кандалы. Нет, простите, бесить. — А, теперь о главном — вы когда собираетесь меня выпускать отсюда? Мне не мешало бы отдохнуть от тяжелых трудовых будней. Да, и, господа недоразвитые, сохраните себе хотя бы нервы, потому что я отобью у вас все остальное. — Вы серьезно думаете, что мы вас отпустим после такого? — Во-первых, никто не успел пострадать от уничтоженных мною монстров. Во-вторых, чувство юмора имею, но его обычно не успевают оценить, ибо юмор черный, поэтому, да, я говорю серьезно. И, в-третьих, вы серьезно думаете, что сможете меня удержать жалкими наручниками и железной решеткой? — Я смотрела на них как на слабоумных, которыми они по всей видимости и являются. — Да, именно так я думаю! Мы уходим! — Он посмотрел на стариков и, не дожидаясь ответа, пошел на выход, оставив у камеры одного охранника… молодого… — Плохо думаешь! — Пробурчала себе под нос и стала плавить железо на руках. Холод метала постепенно сменился жаром. Оно стало податливым и мягким. Обжигая кожу, я быстро выдернула запястья из кандалов и направилась к решетке. «Что-то день щедр на травмы.» — грустно подумала я, обхватывая пальцами металлические прутья и размышляя над возмещением морального и физического ущерба. Сделав выражение лица максимально соблазнительным, кокетливо обратилась к охраннику: — Молодой человек, не поможете милой даме в беде? Он еле заметно вздрогнул, но этого было достаточно, чтобы понять — новичок. Еще совсем неопытный, оставленный на растерзание злой ведьме своим же начальством. Совсем не умеют тут воспитывать новобранцев. Скорее всего, он даже инструкций никаких не получил, а уж о предупреждениях и вовсе не вспоминали. Конечно! Зачем утруждать столь занятые персоны столь не значительными мелочами! — Ну, что вы так холодны со мной. — Продолжаю кокетничать. — Леди в беде, а вы её игнорируете. Он посмотрел в мою сторону, слегка смутившись. — Прошу, пожалуйста, подойдите ближе. — Он приблизился. — Еще ближе. — Когда он был на расстоянии вытянутой руки я резко притянула парня к себе, схватив за камзол, и уже со взглядом развратницы протянула, опуская свои руки ниже. — Я только-только развелась с мужем, ни разу не удовлетворившим мои физические потребности. А, меня заперли здесь, и вместо того, чтобы сполна насладиться жизнью свободной женщины, я сижу в плохо пахнущем помещении вдали от красивых мужчин. Ты мне поможешь? — Я соблазняюще улыбнулась, а руками уже нашарила ключи от темницы на его поясе. Аккуратно их отстегнув, я другой рукой приблизила его к себе еще немного. — Время предложения истекло, тормоз. С этими словами я четким ударом ноги, проскользнувшей между прутьев, вывела его из строя. Не теряя времени, быстро открыла дверь и вышла наружу. — Соображать вас также не учат. Плохо. Написать им жалобу, что ли. Я посмотрела на скорчившегося на полу парня, схватившегося за свое единственное достоинство, и, испытывая полнейшее разочарование от столь неинтересного побега, двинула ему ногой в челюсть. Сотрясение не получит, ибо нечему сотрясаться. Поэтому с удовлетворенной совестью отправилась на выход. Магические колебания слишком легко ощутить, да и отследить портал большого труда не составит, поэтому придется идти пешком. По моим расчетам старики с перьями вместо мозга должны были уже уехать во дворец на повозке или чём-то еще. К счастью, темницы расположены в отдалении у кромки леса, поэтому время на обнаружение моего побега и передачи информации уйдет довольно много. Мне его хватит с головой. Так как мои апартаменты расположены недалеко от выхода, а у него дежурит только двое пьяных стражника (совсем распустились!), то переживать на их счет не придется. Теперь осталась только одна проблема… Мне их всех убить, чтобы не опорочить почетное звание рунных рыцарей, или просто напугать их до икоты и трезвого состояния? Выбрать тяжело. Скучный побег вместе с раздражением требовали выместить накопившиеся чувства на что-нибудь… или кого-нибудь. С тяжелым вздохом затолкав свою креативность куда подальше и приструнив кровожадность, вырубила их пахнущие перегаром тушки, как только открыла дверь наружу. Оглядевшись вокруг, пришла в ужас. О чем эти идиоты вообще думают?! Их черепная коробка хоть когда-нибудь использовалась по назначению? Это же не тюрьма, а деревянный шалаш! Старый с прогнившими насквозь досками и не запирающейся дверью! Куда деньги из казны уходят? Надеюсь, что им хватило мозгов, чтобы построить нормальную тюрьму для адекватных заключенных. Будет грустно, если все темные маги вдруг окажутся на свободе. Успокоив себя мыслью, что их косяк исправлять не мне, я с чистой совестью и открытой душой отправилась в путешествие по ночным улочкам столицы. Народ гулял и веселился, не смотря на довольно позднее время. Я их понимаю и не осуждаю. В конце концов скоро состоится финал ВМИ, в котором мне участвовать запрещено… Но когда меня это останавливало?! Правильно — Н-И-К-О-Г-Д-А! Настроение быстрыми темпами поднималось с отметки: «ниже сточной канавы» до «море по колено«… или это про пьяных говорят? В общем, не важно, потому что хорошее настроение — верный признак лошадиной дозы выпитого алкоголя. По крайней мере в моем положении, где приятного мало. Мне было определенно недостаточно изначальных проблем с Советом, так я еще вписалась в игры высших чинов. Теперь моя дальнейшая судьба зависит от качества выполнения плана «Затмение». Если все пройдёт без лишних побочных эффектов (вроде путешественников из прошлого\будущего), то мое будущее выглядит безоблачным и прекрасным. Если что-то все же произойдёт, то меня ждёт Ад, Ад и еще раз Ад. Свернув с главной улицы в плохо освещенный переулок, я встала по среди дороги. — Может ты все-таки предстанешь пред мои светлые очи? А, то странно выглядит со стороны: я общаюсь с пространством. Вот картина маслом! — Я улыбнулась. — Нет, я, конечно, могу броситься в объяснения и поведать миру свой психологический портрет, но, честно говоря, париться не охота. Сзади послышался приглушённый стук, словно кто-то спрыгнул. Я обернулась и наткнулась взглядом на маленькую фигурку, закутанную в черный кожаный плащ. — Я всегда подозревала, что твои умственные способности оставляют желать лучшего. — Знакомый девичий голос, но понять не могу — все еще перевариваю оскорбление. — Может познакомимся для начала, а уже потом будем сыпать взаимными оскорблениями? Девушка тяжело вздохнула. Опять что-то знакомое, но память упорно отказывалась работать сверхурочно. Девушка подняла свои руки к капюшону и, расстегнув застёжку на шее, скинула плащ на землю. Тусклый свет от старого фонаря, висящего на стене одного из домов, осветило бледное лицо… мое лицо… «Черт! Все же вариант с Адом, а я так надеялась!» Это была я и не я одновременно. С одной стороны особых различий во внешности не было, не считая огромный шрам, перечеркнувший лицо, начиная с правой брови и заканчивая левой части подбородка. Жуткое зрелище. Особенно, если это ты. С другой же стороны, ее глаза были так стары и одновременно выражали полнейшее безразличие. Меня передёрнуло, когда она начала говорить. — Долго собираешься молчать? Может все же извинишься за непрочитанное письмо? — Белый конверт? — Проявила чудеса сообразительности. — Да-да, белый конверт. — Такие гаденькие интонации проскользнули в голосе. Неужели я так говорю?! — Просвети, что же там было важного. — О-о-о, интер-р-ресный вопрос, — нотки стали угрожающими, — я с удовольствием тебе на него отвечу! — Глаза сверкнули. — Если бы ты удосужилась прочитать содержимое того невзрачного конверта, то сейчас была бы с друзьями в полной безопасности и без вагона проблем! — Что случилось-то? — Начнём хотя бы с того, что к вам из будущего прибыл злой Роуг Ченни! — Увидев мой вопросительный взгляд, пояснила. — Из кошачьего дуэта, который чёрненький. — Так бы сразу и сказала. — Я надула губы. — План Затмение пойдёт не так как задумывалось изначально. Врата откроют портал в прошлое, на 400 лет назад, и создадут путь для драконов, которые мистическим образом подчиняются Роугу. — Отлично. Я тут причём? — Как же ты не понимаешь?! — Она начала раздражаться. У меня определенно есть талант — я даже себя выбила из равновесия! Зато у нее появились эмоции. — Они уничтожат практически все и всех! Почти все твои друзья умрут! А, ты станешь наложницей черного кошака! Неужели ты такого желаешь?! — Ты так говоришь… словно это тебя не касается. Ты и я — одно и тоже. Почему ты так говоришь? — Мы разные. — Ее лицо вновь окаменело, словно из тела ушла вся жизнь. Голос стал похож на механический. — Я больше не человек. Я замкнула себя во временную петлю, благодаря возможностям Часов Вечности, и теперь являюсь всего лишь деталью. В будущем тебя будут считать бездушной, расчетливой стервой. — Она направилась вперед, с каждым шагом удаляясь все дальше по улочке. — Тогда что изменится? — Это станет правдой… Хрупкая женская фигура медленно растворялась во тьме.