Очевидное и невероятное
28 сентября 2015 г., 22:23
- И ведь всё было действительно очевидно. Он просто боится, что Элеонора его утопит, за то, что он чуть тебя не убил, - говорил Леголас.
Трандуил уже несколько минут выслушивал речи сына о их с Тауриэль догадках о том, что твориться с магом. И вот принц подошел к концу, к развязке. По крайней мере, так Леголасу казалось. Только Трандуил знал, что сын ошибается. И сейчас думал, промолчать? Или всё же посеять в душе сына новую тревогу. В его собственной душе тревога уже летала. Гендельф опять что-то задумал. И король Лихолесья понятия не имел, что.
- Леголас, версия логичная, но вот только, она не верная.
- Что? – удивился принц.
- Конечно, Элеонора бы не обрадовалась, узнай, что со мной было. Но… Я ей ничего не говорил. И Гендельф это знает. Нет. Я ей расскажу. Но не сейчас и не тут. Когда Гендельф за море уплывет.
Вот теперь принц Лихолесья снова занервничал. «Если дело не в этом, то в чем?»
Гендельф веселил Келебэль, создавая иллюзии из бабочек, светлячков, белочек и других забавных зверюшек. Девочка, смеясь, бегала за иллюзиями по комнате.
- Она тебя не замучила, - с комнату вошла Тауриэль.
Гендельф улыбнулся.
- Нет, что ты. Она чудесная девочка. Вся в маму! – сказал Гендельф.
Эльфийка села рядом. Какое-то время сидели молча, наблюдая за Келебэль. Тут Гендельф спросил:
- Ты с Келеборном ладишь?
- Да. У нас хорошие отношения. Я даже думаю, он меня любит, как свою дочку, - спокойно ответила Тауриэль.
- Хм. Ты знаешь, он жутко ревнивый. Хотя пытается сдерживаться. Но это заметно. Его в гнев кидает, если кто Галадриэль комплемент сделает. А уже не говорю о чем-то большем.
- Да, - сказала Тауриэль, улыбаясь. – У него это есть. Но… Поверь, ко мне он хорошо относиться. Я, всё таки, жена его внука. Мы с Леголасом любим друг друга. И Келеборн не станет это рушить. Он не захочет причинять Леголасу боль и портить с ним отношения.
Гендельф тяжело вздохнул.
- Ты знаешь, как погиб Орофер? – спросил Гендельф.
- Знаю, но при чем тут это?
- Все кто знал Орофера и Келеборна, считали их друзьями. Лучшими друзьями. Лотлориен сильно помогал Лихолесью. Теперь то, я понимаю в чем причина. В тот день, когда Битва Последнего Союза была окончена, когда искали раненных. Келеборн был уверен его никто не видит. Но я видел. Орофер был ещё живой. Возможно, его можно было спасти. Келеборн вытащил меч и убил его.
Тауриэль широко раскрыла глаза. «Не может быть! Келеборн не убийца!»
- Теперь то я понимаю, почему он так поступил. Но Тауриэль. Он убил эльфа. Будь с ним осторожнее. Убить для него не проблема.
Тауриэль забрала дочку и передала Бризе. Самой принцессе было не по себе. Знание такого её пугало. Келеборн пытался и её убить. «Нет! Нет! Он не причинит мне вреда. Гендельф зачем ты рассказал мне об этом?» Тауриэль стало не хорошо. Эльфийка пришла в их с Леголасом комнату, легла на кровать и попыталась заснуть.
Трандуил седел у себя в комнате, рассматривая документы.
- Не помешаю? – в комнате появился Гендельф.
- Нет. – коротко ответил король Лихолесья.
Гендельф с интересом посмотрел на стол.
- Арагорн помочь попросил, - пояснил Трандуил. – Ему тяжело с непривычки. Но он привыкнет.
- Я хотел извиниться. Давно пора было.
- За то, что чуть не отравил?
- Не только. Я только сейчас начинаю понимать, какого тебе было, чуть не потерять Линтера, почему ты злился, почему верил в его невиновность. Я пойму, если ты не сможешь простить мне, Трандуил. Если бы моего ребенка кто пытался убить, я никогда бы не простил.
Трандуил улыбнулся. Хотя речь мага его удивила.
- Гендельф, чтобы понять, какого мне было. Нужно быть на моем месте. Я держал сына на руках всего в крови, из него торчали стрелы. То, что он выжил – это чудо. И я счастлив, что Саруман мертв. Что же до тебя. Я никогда не желал твоей смерти. Ты поступил подло и глупо. Но ты просто доверял Сарумну. Он задурил тебе голову. Так что. Я тебя уже давно простил.
Они пожали друг другу руки и слегка обнялись. Трандуил ложь чуял за версту, и сейчас его жутко удивила искренность Гендельфа. «С чего бы это? И почему сейчас?»
Трандуил настолько был потрясен этим извинением, что и не обратил внимания на одну странную фразу, произнесенную магом.