Истории любви

      Трандуил, конечно, не сказал Элеоноре, кто его чуть не отравил. Но так случилось, что ей проговорилась Галадриэль. Не специально. Владычица Лотлориена была уверенна, что её подруга знает, но… Теперь Элеонора была так зла, как никогда раньше. Галадриэль это испугало. Нужно было предупредить Гендельфа. Маг носил при себе заговоренную соль, но что мешало Элеоноре воспользоваться тем же ядом. В том, что ведьма решительно настроена, владычица Лотлориена не сомневалась.       Однако, Элеонора заметив беспокойство подруги, стала её успокаивать.       - Ты думаешь, я с ним что-то сделаю? Эру! Галадриэль! Нет, конечно. Просто я злюсь и всё тут.       «Ага! Рассказывай это тем, кто тебя не знает», - думала Галадриэль.       Галадриэль думала попросить Гендельфа от заговоренной соли избавиться, тогда она сможет его защитить. А так… Но когда она встретила его, то обнаружила, что может без препятствий его мысли прочесть. Это её обрадовало, но то, что она прочитала… Галадриэль, пока маг её не заметил, ушла. Стараясь не подавать виду, что напугана. «Как? Валар, пресветлые! Что я наделала? Только бы Келеборн не узнал! ТАУРИЭЛЬ!!!» Владычица чуть ли не бегом добралась до комнаты дочери и зятя. Вошла, Леголас резко развернулся и шикнул. Тауриэль спала.       - Что с ней?       - Сначала обморок. Теперь спит, - ответил Леголас.       Галадриэль погладила дочку по волосам.       - Не думал, что Гендельф в молодости рыжим был, - сказал Леголас.       - Я тоже. Он тебе много рассказал?       - Без некоторых подробностей, - Леголас слегка улыбнулся.       - Мне не смешно! Мне страшно! Что будет дальше?       В это время с Гендельфом случилась неприятность. Как ни странно, Элеонора все же отомстила. Она подкараулила мага в его комнате. И как только Гендельф решил постоять на балконе. Просто вытолкала мага вниз.       Галадриэль ощутила что-то вроде удара и посмотрела на Леголаса. Тот хорошо знал, что значил этот взгляд. Её сила на кого-то сработала. Галадриэль могла ставить что-то вроде невидимого щита на тех, кто ей дорог. Леголас сам не раз испытывал эту её способность на себе.       Гендельф, как ни странно, не пострадал. Чему сам был сильно удивлен. Едва он вернулся в свою комнату, туда прибежала владычица Лотлориена и принц Лихолесья.       - Ты в порядке? – спросила Галадриэль.       - Да.       - Гендельф, как ты умудрился с балкона свалиться? – спросил Леголас.       - Да, я видимо задремал.       Галадриэль сильно удивилась. Она догадывалась, кто ему упасть помог, но маг решил смолчать. «Что это с ним?»       Элеонора прибежала к Трандуилу и прижалась к его груди.       - Я его чуть не убила. С балкона выбросила. А на нем не царапины!       Трандуил непонимающе смотрел на свою невесту.       - О чем ты?       - Гендельф. И не надо так смотреть. Я знаю, он тебя чуть не убил!       - Кто додумался тебе сказать?       - Галадриэль. Она думала, я знаю. Трандуил, что теперь будет?       В дверях появился Леголас.       - Ничего. Гендельф сказал, что он сам упал.       Трандуил удивленно уставился на сына.       - Ты серьезно? – спросила Элеонора.       - Думаю, наш маг изменился за эти дни. И вряд ли наша семья пострадает от его рук или слов, - улыбаясь, сказал Леголас.       Когда Тауриэль проснулась, обнаружила мать, сидящую рядом.       - Нам надо поговорить, - сказала Галадриэль.       - Сколько ты выпила?       - Прости?       - Нет, серьезно. Мам, сколько надо было выпить, чтобы умудриться изменить такому, как Келеборн? Да ещё с Гендельфом?       - Дитя моё, ты не знаешь своего отчима так, как я. Он… Мы часто ругались. Очень часто. Келеборн, казалось, о себе только и думал. Я люблю его. Очень сильно. Но тогда мне было так одиноко и больно. А тут Гендельф… Тауриэль – ты единственное из всего этого, о чем я не жалею. Если Келеборн узнает, кто ему приделал рожки!.. Мне страшно! Страшно представить, что он сделает.       - Мам, ему не обязательно знать.       - А если Гендельф ему сам скажет? Например, отбивая у него право отцовства?       - Ну… Папочку беру на себя.