Драбблы по омегаверсу

Все время, что они ехали, Чонгук молчал, боясь нарушить создавшуюся атмосферу. Мотоцикл мерно ревет, на голове мотоциклетный шлем, пропахший шампунем Юнги, а сам он цепляется за его куртку, чтобы не упасть. Ситуация немного абсурдная, ведь Чон себе представлял все немного иначе: на водительском месте он, а сзади его обнимает Юнги, мечтательно закрыв глаза и положив голову ему на спину. А потом они, держась за руки, бегут в закат по пшеничному полю, вокруг летают бабочки... Мда. Омега сбрасывает скорость, подъезжая к дому, куда несколькими днями ранее привозил еду на заказ. Во дворе темно и лишь рассеянный свет из окон совсем чуть-чуть освещал улицу, где Мин паркует свой мотоцикл, заезжая на тротуар. Альфа ловко спрыгивает с заднего сиденья, разочарованно отрываясь от приятного тепла парня. - Послушай, Чонгук, ты парень очень славный, - Юнги принимает из рук свой шлем и застывает, потому что чувствует сильный запах... Клубники? В горле моментально пересыхает. - Но, пойми, пожалуйста. Найди себе другого омегу. Возможно тебе повезет и ею окажется хорошенькая девушка, а не пацан. Заведи семью, детей, поступи в университет, для начала. Живи хорошей жизнью и не зацикливайся на мне. Звучит, словно он столетний монах. Или очень глупая, истеричная девушка, заканчивающая отношения эффектными и пылкими речами. Королева драмы, чтоб его. - Подожди, но ... Я ведь чувствую твой запах! Обоняние не может подводить, мое тело не врет мне. - Оно тебе не врет, но допускает огромную ошибку, - вполголоса бормочет Юнги и надевает шлем на голову, еще глубже проваливаясь в клубничный аромат, рискуя сойти с ума раньше, чем успеет уехать прочь от альфы. - Да стой ты, черт возьми! - рявкает Чонгук. Он вдруг кажется выше и взрослее своих лет, пропадает ссутулость и он ширится в плечах. В глазах что-то совсем недоброе и это что-то - животный инстинкт. - Хватит убегать, словно трус. Ты же, в конце концов, старше меня, а ведешь себя как ребенок. В воздухе запахло силой и гормонами. У Юнги начинают слабеть руки и подкашиваться ноги, а в голове звенит колокольчик. Он выключает заведенный мотоцикл и стягивает с себя шлем, сам понимая, что поступает по-идиотски, но пойти против природы не может. - Скажи мне, в чем причина? Я ведь прекрасно вижу и чувствую, что ты мой омега, не надо меня пытаться обмануть. Я подросток, а не умственно-отсталый. Юнги громко вздыхает. Может, он все-таки заведет снова мотор и умчится в ебучую даль, оставив пацана? Уволится с работы, перестанет снимать ту халупу и переедет в другую часть города, а лучше вообще в другой город, где нет всяких заносчивых Чон Чонгуков на его голову... - Так и будешь молчать? Какой, все-таки, упрямый пацан. Ему бы тягаться с баранами. - Чонгук, - Мин понимает, что лучше сказать все, чем и дальше мучить мальчонку, и чувствует себя героем сопливых мелодрам, уставляясь в носки своих поношенных кед. Черт, а ведь признаваться так трудно. - Я стерилизован. Взгляд полный непонимания. Кажется, альфе не совсем понятно, что ему пытаются сказать. Он смешно склоняет голову на бок, глаза по пять копеек. Какой же... Красивый пацан. - Что? В смысле, ты... Это вообще возможно? Юнги хочется заржать в голос и сказать, что это неудачная шутка, а еще броситься ему на руки, крича "Чон, чтоб тебя, Чонгук, я весь твой!". Но ситуация совсем не смешная. - Я... Когда у меня началась первая течка, я заболел. И заболел очень серьезно. Мне сказали, что либо я сдохну, лежа в больничной койке, либо мне удалят матку. Как ты думаешь, что мои родители выбрали? Тупому понятно. - Мне плевать, Юнги! - Чонгук осторожно подходит ближе, боясь спугнуть сдавшего позиции парня. - Мне плевать, что у тебя нет матки или чего там еще, ты все равно мой омега. Что за хуйню ты порол про "бросить тебя и найти другого"? - Ты, кажется, не понимаешь, - Мин сжимает крепче шлем в руках, начинает злиться. - У меня из омежьего остался лишь гребаный запах, я даже потрахаться нормально не могу! Это сейчас ты говоришь, что готов на что угодно, но потом тебе захочется завести семью и что? Ты пока еще слишком мал, чтобы понимать такие вещи. Юнги заводит мотоцикл и, стараясь не слушать воплей альфы, уезжает прочь, под оглушительный стук своего сердца. Он бракованный, ему не место рядом с ним.