Драбблы по омегаверсу

Голову кружит от горьковатого запаха алкоголя, въевшегося в кожу. Сознание плывет медленно, к горлу подступает тошнота, а живот в агониях перекручивает жгутом, потому, что печень в ахуе. Парень с минуту пытается понять где он находится, но различает своими опухшими глазами лишь неясный силуэт, лежащий на диване. - Пиздец, - стонет Юнги, приподнимаясь на локтях, чтобы осмотреть комнату. Пачки сигарет, переполненные пепельницы, пустые бутылки, разбросанные по полу подушки и смятые простыни, съехавшие с кровати вниз. Содержимое желудка стремительно захотело покинуть бренное тело парня. Подавив огромными усилиями приступ тошноты, Юнги все же встает с кровати, шатаясь и оправляя изрядно помятую рубашку. - Тэхен? - Мин трогает парня за плечо, трясет слегка, чтобы разбудить. Тот не отвечает, лишь сопит, причмокивая губами. Юнги решает "пусть поспит" и вытаскивает из кармана пачку, чтобы выйти покурить на балкон. Жаркое июльское солнышко нещадно жарит Мина, поэтому он бросает попытки докурить сигарету хотя бы до половины, и возвращается обратно в прохладный от кондиционера дом. Он решительно ничего не помнит со вчерашнего дня, лишь... Лишь отчаянное "ну же" и помутневший взгляд Тэхена, скользящий по нему, а еще... Еще влажные, горячие толчки, пальцы в волосах, укусы в основание шеи и полу-удушья. /огосподибля/ Юнги начинает паниковать. Он ж, блять, вчера выебал омегу Хосока... - М-м, - хнычет Ким, переворачиваясь на другой бок. - А ну, вставай, сука ты течная, меня ж Хосок убьет... - Юнги опять невольно тянет носом сладкий воздух. Тэхен пахнет потрясающе. Он ведь не виноват, так? Тэхен сам пришел к нему, сам попросил себя отыметь и вообще, нечего по Япониям разъезжать, пока у него тут омега с другими альфами и... Какие нахер оправдания? Хосок ему башку снесет. Немедленно, при первой же возможности.