Спустя года

Мужчина тихонько открыл дверь в спальню и бесшумной поступью вошёл внутрь. На кровати спала его жена. Непослушные каштановые волосы раскинулись по подушке, лицо умиротворенное. Первые морщинки, появившееся вокруг глаз, во сне полностью разгладились. Она была прекрасна. Даже спустя столько лет сердце замирало при одном взгляде на эту женщину. Прошло почти двадцать лет, а она всё оставалась той непреклонной гриффиндоркой, в которую он влюбился на третьем курсе, но боялся признаться вплоть до самого конца. Мужчина опустился в кресло возле семейного ложа и задумчиво смотрел на спящую женщину. Его мысли витали далеко, а точнее в данный момент они были в Хогвартсе, в той комнате, где всё началось. Он мог с точностью до мелочей вспомнить каждый момент, произошедший в ту ночь. Как внутри всё сжималось от страха, как он боялся, что она может угодить под одно из заклятий, что разноцветными лучами летали вокруг. До последнего момента он старался хоть как-то огородить её, если удавалось быть достаточно близко. И было совершенно плевать на то, что сам мог погибнуть. В ту ночь, последнюю для многих, его главным желанием было лишь чтобы она осталась жива. Теперь же всё позади, Тёмный Лорд повержен, а его семье больше ничего не угрожает. Магический Лондон вздохнул с облегчением. Мужчина перевёл взгляд на время: как бы ему не нравилось наблюдать за своей женой, но через три часа им нужно было быть в Хогвартсе на открытии мемориального памятника, воздвигнутого к двадцатилетию победы. А его жена была героиней войны, золотой гриффиндоркой. Усмехнувшись своим мыслям, мужчина поднялся со своего места и подошёл к спящей супруге. – Гермиона, – он осторожно потрепал её по плечу, шатенка что-то пробурчала и повернулась на другой бок. Мужчина улыбнулся, наклонившись он нежно поцеловал жену в шею. – Гермиона Грейнджер, сейчас же поднимайся с кровати, иначе мы опоздаем. Бывшая гриффиндорка распахнула глаза и сев на постели уставилась на своего мужа. – И с каких это пор я вновь Грейнджер? – хмуро поинтересовалась Гермиона. – С тех самых, – рассмеялся супруг. – Как ты отказываешься посетить одно из важнейших мероприятий этого года. – А если я сделаю так? – лукаво улыбнувшись она подползла к мужу и поцеловала того в губы, проведя языком по нижней губе. – Ммм, – довольно протянул мужчина. - Я думаю теперь ты достойна вернуть себе мою фамилию. – Спасибо, мистер Малфой, – Гермиона чмокнула мужа в макушку и ушла в ванную, через минуту послышался шум воды. Драко посмотрел на закрытую дверь ванной и вновь пустился в воспоминания. Он вновь и вновь прокручивал в голове события прошедшей войны. Свой страх, свой ужас от происходящего. То, как он бегал по всей школе пытаясь найти Гермиону, как наткнулся на Гойла и Крэбба и взял их с собой. Помнил то чувство, когда наконец-то нашёл Грейнджер, как проник в выручай-комнату, как старался защитить её, оттолкнув руку Крэбба. Как сам чуть не погиб, и только Поттер спас его. Помнил, как вздохнул полной грудью, когда Тёмный Лорд умер. А дальше пошла вереница событий совершенно не интересующих его, суд сменялся судом, но было абсолютно плевать. Главное, что Гермиона была жива. Он помнил как увидел её на одном из своих судов. Встретившись с ней взглядом, слизеринец прочёл в них такую надежду, что в тот же миг решил бороться за свою свободу. И ему удалось, опять же с помощью святого Поттера, но всё же удалось. Его отпустили. И в тот момент, когда Визенгамот вынес оправдательный вердикт, первое, что он увидел — улыбка Гермионы, она освещала всё вокруг. Не отдавая себе отчёта, слизеринец сорвался со своего места и подбежав к девушке, сжал её в объятиях. – Спасибо, – это было единственное, что он смог произнести. В тот момент она отстранилась, улыбнулась и направилась к выходу. Малфой проводил её взглядом. В душе поселилась надежда на будущее, а ещё он решил, что во что бы то ни стало, сможет завоевать эту непреклонную гриффиндорку. Поставив себе задачу, Малфой следовал ей не отклоняясь. Он заваливал Гермиону письмами, цветами, подарками. Больше всего он боялся, что Грейнджер сойдется с Уизли, ведь всё магическое сообщество трещала о их романе, но потом, на каком-то из мероприятий, Рон появился с Браун, и после этого их отношения с Гермионой оставили в покое. Драко, с упорностью присущей каждому Малфою, продолжал свои попытки в завоевании Гермионы. И вот однажды, когда казалось, что надежды уже нет, она ответила на письмо. Предложила встретится в маленьком ресторанчике недалеко от Косого переулка. Бывший слизеринец помнил, как переживал в тот вечер, с каким нетерпением ждал её прихода. И когда она пришла, тот даже не смог найти слов, чтобы описать все свои чувства. Лорд Малфой просто смотрел на вошедшую девушку и молчал. Но стоило ей приблизиться, как его словно прорвало, слова полились нескончаемым потоком. Он рассказал ей всё, как влюбился в неё на третьем курсе, как презирал себя за свою любовь, как в тайне следил за ней. Рассказывал, что с каждым годом эта любовь лишь крепла, а он мучился, не имея возможности признаться. Поведав ей о всём, юноша замолчал и посмотрел на девушку с мольбой в глазах. Гермиона не проронила ни слова во время пламенной речи Малфоя, а теперь просто улыбалась, не мигая, глядя ему в глаза. – У тебя будет только один шанс, лорд Малфой, – с загадочной улыбкой прошептала девушка и встав со своего места направилась к выходу. Драко непонимающе смотрел ей вслед, но стоило только двери захлопнуться, как в ту же секунду юноша сорвался с места и побежал вслед за гриффиндоркой. Догнав он прижал девушку к себе, зарывшись лицом в волосы, полной грудью вдыхая запах миндаля, фрезии и зеленых яблок. – Никогда, слышишь, – дрожащим голосом зашептал слизеринец. - Никогда не отпущу тебя, Грейнджер. Никогда. Девушка тихонько рассмеялась и выбравшись из объятий юноши тепло улыбнулась ему. – Ты правильно распорядился своим шансом, – Гермиона улыбнулась, и подойдя ближе, накрыла губы Драко своими. С тех пор они не расставались. И любую трудность преодолевали вместе. После того, как Ежедневный пророк опубликовал их совместные фото, все словно сошли с ума. Им не давали прохода. В итоге обсудив все за и против, пара решила дать официальное интервью и подтвердить свои отношения. Драко вспомнил свадьбу, помнил то чувство счастья, что ощутил, увидев Гермиону в белоснежном платье. Вспомнил с каким трепетом говорил «Да» на вопрос министерского служащего. Как надел на тонкий пальчик девушки фамильное кольцо и завороженно смотрел на разноцветные нити скрепляющие их руки. Помнил как жадно целовал свою супругу. Помнил каждый момент. Помнил то чувство гордости, когда взял в руки своего наследника, подаренного любимой женщиной. Как в первый раз взглянул в шоколадные глаза сына и чуть не закричал от радости, что именно её глаза унаследовал их ребенок. Он был так горд, а после, Гермиона подарила ему дочь. Невероятную малышку со светло-каштановыми кудряшками и пронзительными серыми глазами. И вот теперь прошло двадцать лет с битвы и восемнадцать лет с момента их свадьбы. Сегодня их пара должна присутствовать на открытии мемориала, заодно им удастся увидеться с сыном и дочерью, которые учатся в Хогвартсе. Скорпиус пошёл по стопам отца, и как истинный Малфой попал на Слизерин и заканчивал четвертый курс. В то время, как Аксентия попала на Когтевран и в данный момент была на втором курсе. – Драко, – Гермиона вышла из ванны и окликнула своего супруга. – Да, милая? – Малфой вынырнул из собственных воспоминаний и улыбнулся жене. – Через сколько нам выходить? Мужчина взглянул на наручные часы и перевел взгляд на застывшую в дверях ванной женщину. – У тебя ещё полтора часа. Миссис Малфой что-то нечленораздельно вскрикнула и бросилась к шкафу: выкрикивая неизвестные проклятия она принялась быстро выбирать себе наряд, а после принялась носиться по всей комнате, стараясь привести себя в порядок. – Гермиона, успокойся, мы успеем, – мужчина принялся успокаивать любимую женщину. – Нет! – воскликнула бывшая гриффиндорка. – Я обещала Гарри, что мы заглянем к ним, а после все вместе отправимся в Хогвартс. – Ну конечно, – ухмыльнулся Малфой. – Куда уж без святого Поттера. Гермиона взглянула на мужа и закатила глаза, тот в ответ состроил страдальческое выражение лица, но не выдержав и секунды рассмеялся.

***

Они стояли возле Чёрного озера, на берегу которого решено было установить памятник. Гермиона крепко держала мужа за руку, а другой рукой обнимала свою дочь. Скорпиус стоял возле отца и внимательно слушал речь министра. Среди собравшихся можно было увидеть много знакомых лиц. Впереди стояла чета Поттеров со своими многочисленными детьми, чуть поодаль - Уизли, их рыжее семейство буквально заполонило все свободное пространство. С самого края, Драко заметил Пэнси и Блейза Забини, рядом стояла их девятилетняя дочь. На всех лицах застыло выражение глубокой скорби. Каждый присутствующий вспоминал людей, которых потерял в этой войне. Драко считал себя одним из самых счастливых, ведь он практически ничего не потерял. Мать жила во Франции, отец через пару лет выйдет из Азкабана и вся семья будет в сборе. Люциус смирился с женитьбой сына и был просто счастлив, что стал дедушкой двух очаровательных детей. Драко крепче сжал руку жены, Гермиона повернулась и ободряюще улыбнулась супругу. Глядя в родные глаза бывшей гриффиндорки, Драко ощутил тепло в груди. Прошло столько лет, но его любовь не угасла. Она такая же как и раньше. Стоило лишь взглянуть на свою супругу и сердце пускалось в безумный пляс. Прошло двадцать лет. Всё встало на свои места. Все смогли свыкнуться и жить дальше. Все нашли своё счастья. – Я люблю тебя, – тихо прошептал Драко склонившись к уху миссис Малфой. – И я тебя люблю, Драко, – одними губами ответила шатенка и перевела свой взгляд на министра. – слушай внимательно, в это раз его речь совершенно другая. Малфой закатил глаза и подавил рвавшийся наружу смех. Прошло столько лет, но Гермиона, его невыносимая заучка, оставалась такой же как и раньше. И именно осознание этого факта наполняла душу светом. Ярким, солнечным, живым светом, что дарила его жена каждый день. Драко улыбнулся и посмотрел на Кингсли Бруствера, стараясь услышать, что тот говорил. – Спустя двадцать лет, – гортанным голосом вещал министр. - мы можем гордиться своей победой. Это победа каждого из нас, и я хотел бы в очередной раз поблагодарить мистера Поттера.. – И вновь святой Поттер, – хмыкнул Малфой. – Тшш, – шикнула на мужа Гермиона. – .. не передать словами, как мы все благодарны ему за эту победу. – продолжал тем временем мистер Бруствер. - И этот мемориал в память каждого погибшего и каждого участника той Великой битвы. Взмахнув волшебной палочкой Кингсли сорвал ткань скрывающую памятник и все собравшиеся удивленно воскликнули. Это был огромный камень, невероятных размеров, на нём красивым шрифтом были выбиты имена каждого погибшего, и каждого участника последней войны. Но самое главное, это было то, что от мемориала исходило чуть заметное сияние, и каждый мог ощутить тепло, словно весь памятник был создан из сплошного тепла, света и доброты. – Вот это да, – раздался голос в толпе. – Спасибо святому Поттеру, – воскликнул Драко и все собравшиеся повернули головы в его сторону. – Малфой, – прикрывая глаза рукой обреченно вздохнула Гермиона. – Что? – бывшей слизеринец окинул толпу своей фирменно улыбкой и встретившись глазами с Гарри Поттером поиграл бровями, словно злодей из старого романа. – Спустя столько лет, Малфой? – рассмеялся Поттер. – Всегда, – ухмыльнулся Драко и посмотрел на застывшего с открытым ртом министра, - можете продолжать, Министр. Гермиона застонала и незаметно пихнула мужа в бок. Прошло столько лет, а они оставались всё теми же детьми. И чтобы не происходило, так будет всегда. Это не могло не радовать. Всё было хорошо. И пусть так и будет. Всегда.