Tell My Love To Wreck It All

— Я скучаю по тебе. Его нервозность довольно ощутима, и сердце Микки сжимается именно в тот момент, когда он вспоминает о том, где они находятся и кем являются, так что он просто говорит, что вырвет ему язык. Йен только улыбается, и Милкович чувствует тяжесть в груди, в ногах, в руках, во рту. Ему хочется, чтобы ее там не было, чтобы он мог сделать что-то, чтобы она исчезла, но это невозможно. Галлагер кладет руку на стекло, находящееся между ними. Второй парень почти закатывает глаза. — Убери руку. Йен улыбается и выглядит застенчивым, а Микки, возможно, влюблен в него.

☆.。.:*・°☆.。.:*・°♡.。.:*・°☆.。.:*・°☆

Йен продолжает оставлять засосы на его коже, из-за чего на той появляются мурашки, и Микки хватается за его рыжие волосы. Он отсутствовал в течение двух недель, и теперь они занимались только этим. Галлагер прижимает свою руку к его джинсам и улыбается, глядя в его глаза. Уверенный, высокий, рыжий. Микки считает его веснушки, раздвигая ноги. Улыбка его любовника становится шире, и Милкович чувствует, как что-то сжимается в его животе. Ему хочется, чтобы Йен никогда больше не отворачивался от него снова. — Я скучал по тебе, — говорит он в шею Микки, кусая его кожу, быстро двигая рукой и глотая его стоны.

☆.。.:*・°☆.。.:*・°♡.。.:*・°☆.。.:*・°☆

Железный забор с острыми краями начинает греметь, и брюнет хватается за него руками еще сильнее, из-за чего на тех появляются разрезы, из которых бежит кровь. Руки Йена крепко сжимают его бедра, затем хлопая его по заднице, что, черт возьми, действительно удивляет Микки, который начинает смеяться, а затем громко и глубоко стонет. Он скучал по этому, скучал по нему, и Галлагер хватает его за плечи, за волосы, совсем не смягчая свои движения, а лишь продолжая делать все это быстро, сильно, грязно. Он рад, что не имеет возможности посмотреть в глаза рыжего парня, и думает, что, может быть, тот тоже не хотел бы делать этого из-за всего произошедшего между ними до этого. С этим чувством вины. Микки просто позволяет Йену грубо обращаться с ним, именно так, как он и заслуживает. Галлагер что-то бормочет низким голосом: — Скучал по тебе. Его руки совершают более мягкие движения, и Микки задумывается над тем, было ли сказанное правдой, но затем Йен меняет угол, и парень видит миллионы звезд перед глазами.

☆.。.:*・°☆.。.:*・°♡.。.:*・°☆.。.:*・°☆

Они лежат в боксерах в постели Йена, и он кажется таким другим. Он рассказывает ему об армии и вертолетах, заставляя Микки смеяться так сильно, что тот даже выгибается в спине. Галлагер поет и марширует по комнате, пока его парень наблюдает за ним с небольшой улыбкой на лице, чувствуя себя таким счастливым, таким живым, чувствуя себя дома в первые за несколько месяцев. Йен падает на кровать рядом с ним, начиная рассказывать о работе, о Монике, и его первоклассные шутки заставляют Микки смеяться еще сильнее. Он наблюдает за брюнетом, его глаза сияют, улыбка кажется до невозможности мягкой, и Микки не может отвернуться. — Что? — чуть позже спрашивает он. — Ничего. Просто, — рыжий парень пожимает плечами, поглаживая пальцами тазобедренные кости Микки. — Мне нравится смотреть на тебя. Он ждет, и Милкович знает, чего именно он ждет: что тот что-то скажет ему, либо попросит заткнуться или отвалить, но он не может сделать этого, потому что ему тоже нравится смотреть на него, ему нравится то, как тот смотрит на него, выглядя действительно счастливым, полным света и совсем не пустым, как раньше. Как в ту ночь. Или как в те месяца. Он смотрит на него так, словно тот является воплощением всего самого теплого и красивого. — Я скучал по тебе, — шепчет Микки, грудь которого дрожит от волнения, но парни уже движутся навстречу друг к другу; тяжесть в его груди становится такой сильной, что ему кажется, что Галлагер может чувствовать это при каждом ударе его сердца. — Я тоже скучал по тебе, — шепчет Йен, затем целуя его, и Милкович обещает себе, что им больше никогда не придется скучать друг по другу.

☆.。.:*・°☆.。.:*・°♡.。.:*・°☆.。.:*・°☆

Йен не выбирался из постели в течение нескольких недель. В комнате неприятно пахнет, и Микки открывает окно, чтобы позволить легкому, свежему воздуху проникнуть внутрь, но рыжий парень сразу же тянет одеяло или подушку на свою голову. Ему ничего не хочется делать, он ни с кем не хочет разговаривать, никого не хочет видеть, никого не хочет слышать, никого не хочет знать. Милкович рассержен, он в ужасе, он так одинок, он пьет и курит, ненавидит гены и то, что-то находится в голове Йена, что заставляет его меняться каждый раз, из-за чего он начинает чувствовать себя так, как сейчас. Галлагер не улыбается, не смеется, не просит его заткнуться, не говорит ему о том, что он скучает, не рассказывает о семье, работе, или о том, чего ему хочется. Он не говорит ему о том, как исправить это. Микки никогда в своей жизни не чувствовал себя таким беспомощным. Он ложится рядом со своим парнем, смотря прямо на него. Йен беспомощно глядит в его глаза. Между ними простирается молчание, и Милкович не знает, что делать с этим. Ему никогда так сильно не хотелось прикоснуться к нему, ему никогда так сильно не хотелось обернуть руки вокруг Йена, просто держать его в своих руках и быть в состоянии сделать что-то, что заставит все это уйти. Это что-то, однако, нельзя исправить. Таким образом, он пытается сделать последнюю вещь, которая у него когда-либо была. — Я скучаю по тебе, — его грудь болит так сильно, что каждый удар сердца причиняет боль, и он чувствует колкость в уголках своих глаз. Он не знает, что делать, что сказать, но у него есть это. Он способен сказать правду, которую тот в праве знать. Микки никогда ни по кому не скучал так, как он скучает по Йену; он никогда никого не любил так, как любит Йена, но сейчас они просто беспомощно лежат рядом друг с другом.