Ненависть или любовь?

Ребят я тут рейтинг сменила, так что перед тем как начать читать эту главу, прошу посмотреть на шапку фанфика.

***

      Домой я не попал еще в течение часа, ибо Матсуказе догнал меня и опять схватил за руку. Блин, ему заняться нечем я смотрю? Мне очень интересно на что он надеется? На то что я его прощу и мы снова будем встречаться? Если так, то он идиот с большой буквы, ибо с ним я мериться не собираюсь, потому что за год я понял одну вещь, без него больно, а с ним еще больнее. Нет, я больше встречаться с ним не собираюсь. Он для меня больше не существует! Только вот…Почему глядя в его серые глаза мне хочется улыбнуться ему? Почему когда ему плохо мое сердце замирает? Почему эта долбанная любовь не проходит? — Чего тебе нужно от меня? — тихо спросил я не поднимая на него глаз. — Отвали уже! Меня боится вся округа, не боишься что я тебе вмажу?       Ну конечно я его ударить не смогу, даже если захочу, рука просто не повернется, а вот если его кто-то хоть тронет, голову могу в асфальт вкрутить. Вот не справедливость!       Я посмотрел в глаза Тенме, в надежде увидеть хоть каплю страха, но его не было. Он не боится меня. — Ты меня не ударишь. — так же как и я, тихо сказал Тенма, а потом продолжил. — А если даже ударишь — будет за что.       Смело сказано, Тенма. Посмелел я смотрю, а то два года назад когда я тебя похитил, ты мне такие истерики закатывал от страха, а тут…Прям не узнать, тебя, Тенма, хотя я и знать тебя больше не желаю. — Отстань уже от меня! Ты меня уже реально бесишь! — сказал я и собирался уже уходить, как со спины послышалось: — Я готов на все, только прости меня. — голос его дрожал, но я знал, что это не просто слова.       Мне стало даже интересно, действительно на все он готов? Что ж, сейчас проверим. Я повернулся к нему лицом и с наглой ухмылкой спросил: — Даже на секс?       Я увидел на его лице сначала удивления, а потом появился страх. Я на такую реакцию лишь хмыкнул и собирался уже уйти со словами: «Я так и знал», но… — Да. — пауза. — Даже на это.       Чего? Серьезно что ли? Это уже начинает смешить меня, он вообще понял что сказал? Девственность не боится что ли потерять? Интересно, а он догадывается что будет с низу? Не сбежит ли? Хм, сейчас посмотрим. — Тогда пошли ко мне домой.Кстати это твой комок шерсти? — спросил я показывая на щенка, что сидел не подолеку и смотрел как мы тут сопли разводим. — Угу. — Значит бери его на руки и пошли.       Я взял его за свободную руку и повел к себе домой. Тенма не сопротивлялся, хотя я видел что ему было немного страшновато идти от того что скоро может произойти.       Дойдя до своего дома, я завел его в подъезд и уже в знакомую ему квартиру. Тенма поставил свою ходячию шерсть на пол которая тут же убежала кухню, сам хозяин щенка немного осмотревшись, стал лениво снимать обувь. Как только он снял обувь, я тут же впечатал его в стену. В глазах я отчетливо заметил страх и думал что Тенма начнет сопротивляться, но он даже не сдвинулся с места и не сказал нечего против. Что ж уже интересно.       Я впился в его губы, думая что Тенма начнет вырываться, но он решил удивить меня и ответил, хоть и не уверенно, но ответил на поцелуй…

***

      Тсуруги впился своими губами в мои. Он медленно закрыл глаза и углубил поцелуй, а у меня глаза были открыты и наверняка стали больше яблока. На поцелуй я ответил, но это далось мне не легко. Ощущения были странные, страх что это может перейти во что-то более решительное (а это точно перейдет) смешенный с любопытством. Я заметил что руки Кеуске переместились сначала на мою талию, а потом в тихаря на мою попу. Я от этого вздрогнул, но нечего делать не стал, и продолжал отвечать на поцелуй.       Голова уже немного кружилась от нехватки воздуха, но я от этого получал удовольствие. Он отстранившись посмотрел на меня мутным скорей всего от желания взглядом, а потом он схватил меня за руку и повел в свою комнату. Я не сопротивлялся и старался не показывать страха, хотя в голове билась мысль бежать от сюда по быстрее.       Дойдя до его комнаты, он толкнул меня на рядом стоящую кровать, я успешно упал на нее. Встать я не успел, ибо он тут же свалился на меня, прижав к кровати. Теперь даже если я и захочу вырваться, он мне не позволит. Я глубоко вздохнув стал ждать своей участи и лишения своей девственности.       Тсуруги стащил себя футболку и кинул ее в дальний угол комнаты. Сейчас когда он полуголый я заметил, что на самом деле ему костюм на хеллуин не нужен, ибо он бледный как смерть, но красивый, очень красивый. Черные волосы, бледная кожа и золотистые глаза, офигенно сочетаются. Самое странное в нем это глаза, они красивые и почти всегда холодные. Я глубоко вздохнул и продолжил на него пялиться, Кеуске заметив моей заинтересованный взгляд, хмыкнул.       Я весь покраснел и отвел в сторону взгляд. А чего это я на него пялюсь? — Матсуказе ответь мне на вопрос, — я перевожу на него удивленный взгляд. Интересно что он хочет спросить? — Ты действительно, ради того что бы я тебя простил, готов со мной переспать?       Я не задумываясь кивнул в знак согласия. Он глубоко вздохнул. — Тенма ты вообще имеешь хоть представления о том что сейчас может произойти? — спросил Тсуруги. — Тсуруги, я готов на все, абсолютно на все, лишь бы ты простил меня. — серьезно сказал я смотря в золотистые глаза, в которых я заметил желание.       На это он лишь хмыкнул и стянул с меня футболку. Он наклонился над моим лицом и в губы прошептал: — Не знаю, любить тебя или ненавидеть?       У меня по телу пробежали мурашки от его горячего дыхания, которое буквально обжигало кожу. Он нежно поцеловал меня в губы, я ответил на поцелуй. Тсуруги стал спускаться вниз, ставя на коже засосы, все тело таяло от его ласк.       Он встал с кровати и стянул с себя джинсы. Я конечно заметил что он уже возбужден, потому сглотнул, представляя что в времени произойдет. Тсуруги увидел, что мне немного страшновато, поэтому погладил меня по голове и аккуратно стал стаскивать с меня спортивные штаны. На нас остались только трусы. Я сглотнул чувствуя попой, что этот день я запомню еще на долго, хотя наверное никогда не забуду!       В скором времени на на мне осталось вообще не какой одежды, даже носков. Я глубоко вздохнул и смотрел на Тсуруги очень внимательным взглядом, следил за каждым его движением. Не то что бы я ему не доверял, но чувствую он мне устроит не забываемую ночь, за то что я пропал на два года. — Разведи ноги в стороны, Тенма. — попросил, хотя нет, приказал мне Тсуруги, я же послушно выполнил, то что он попросил.       Я разведя ноги, почти с разу же почувствовал палец на своем анальном отверстии. Ну и что он делать собрался? — Тебя надо растянуть. — он мысли читает? - Хм, Тенма, у меня кажись нет смазки.       Растянуть? Смазка? Да, похоже я вообще нечего не понимаю в сексе. Ну если нет смазки, я так понимаю это плохо для меня, да? — Будет больно. — сказал Тсуруги.       Я на его слова нечего не ответил, но заметил, что его рука переместилась на мой член и стала надрачивать. Через несколько секунд мой член уже стоял. По телу пронеслась волна наслаждения, от которой я прикрыл глаза. Видимо этого эффекта Тсуруги и ожидал, потому что я почувствовал что в меня входит его палец. Я вскрикнул от неожиданности и боли, но скорее от неожиданности. — Тихо, тихо, тебя надо растянуть. — тихо прошептал Тсуруги.       Я сначала попытался отстраниться, но потом вспомнил что сейчас я заглаживаю вину и сейчас это мой единственный шанс, а боль и дискомфорт можно и перетерпеть.       Мои размышления прервал Тсуруги, вставляя в меня второй палец, вскрикнул, а потом закусил губу. — Не надо меня растягивать, входи уже, — сказал я смотря на Тсуруги. — Нет. — Входи ты же хочешь, я же извиняюсь перед тобой, так что может и не растягивать. — сказал я и снова закусил, а вернее уже прокусил свою несчастную губу из которой пошла кровь. — Я не хочу что бы те было слишком больно, так что потерпи. — произнес он и стал двигать пальцами внутри меня.       Вот сейчас мне реально захотелось что бы все это закончилось как можно скорее, ибо было больно и страшно.       Пытать меня своими пальцами он перестал через минуты три, как только они из меня вышли, я хотел облегченно вздохнуть, но вспомнил, что это еще далеко не конец мои мучением на которые я сам согласился, а еще только начало.       Я напрягся думая о том, что сейчас будет, сказать что мне страшно, это нечего не сказать, ведь уже от пальцев мне было больно, а что будет когда он войдет? — Тенма закрой глаза и расслабься. — попросил меня Кеуске.       Я конечно же понял зачем, поэтому замахал голов в разные стороны в знак несогласия. — Тенма выбирай либо сам закроешь глаза либо я тебе из завяжу каким-нибудь шарфом?       Я подумал и решил лучше самому закрыть глаза, а то с завязанными глазами мне не слишком хотелось сейчас находиться. Я ожидал, что он сейчас резко войдет, но этого не произошло. Тсуруги лишь стал ставить очередной засос на моей несчастной шеей, на которой красовалось уже больше наверное двадцати фиолетово-красных пятен. Я даже немного расслабился забыв, чем мы тут занимаемся.       Но расслабляться мне не стоило, ибо Тсуруги как только увидел что я расслабился, тут же начал входить. Мои глаза тут же распахнулись и по лицу покатились слезы. Я сжался. Мой крик наверное не только в городе «Молния» было слышно, но и Окинаве. Это еще при том, что он только начал входить. — Тенма, тише, тише, все хорошо, — тихо проговорил Тсуруги, он погладил меня по голове, смахнул с моих щек слезы и постарался меня успокоить, но нечего не получилось. — Успокойся и попытайся расслабиться хотя бы немного, а то еще больнее будет.       Я кивнул, но расслабиться так и не смог, ибо давления на мою бедную попу медленно, но увеличивалось. Я продолжал мучить мою губы, прикусывая ее до крови. Больно было очень сильно, но я старался не вскрикивать и не дергаться, что получалось у меня плоховато. — Еще не пожалел, сказав что готов на все, лишь бы я тебя простил? — поинтересовался Тсуруги смотря в мои серые полные слез глаза. — Н-нет. — заикаясь ответил я, хотя моя попа сейчас твердила обратное.       Тсуруги на это лишь хмыкнул и резким движением вошел в меня до конца. Я хотел было уже закричать от боли и закричал бы, но Кеуске вовремя заткнул меня поцелуем. — А сейчас? Не сожалеешь ли? — спросил Тсуруги отстранившись от меня. — Ни сколько. — ответил я.       Тсуруги подождал пока я привыкну к его члену, только вот мне кажется что привыкнуть к нему не реально, а потом начал двигаться и я бы не сказал что медленно. Больно, очень больно. С глаз не переставая текли слезы. Интересно как этим геи занимаются и получают удовольствие? Это же очень больно, хм, может все геи мазохисты? Тсуруги стал двигаться быстрее, я зажмурился от дикой боли и прошептал, ибо кричать уже не было сил: — Тсуруги больно, пожалуйста помедленнее.       Кеуске остановился на секунду и взглянул мне в глаза, а потом снова начал двигаться, но так я попросил, медленно и аккуратно.       Сначала была только боль к которой я уже понемногу стал привыкать, но потом он задел во мне какую-то точку и по телу пронеслась волна наслаждения. С моих губ сорвался стон, Тсуруги удивленно посмотрел на меня и еще сделал толчок. И снова это чувство. Я прикрыл глаза и стал наслаждаться…сексом.       Через несколько минут я почувствовал, что уже конец, Тсуруги стал двигаться быстрее, потом он положил руку на мой член, который уже ныл и требовал разрядки, и стал надрачивать мне, через несколько секунд мы оба кончали, только он в меня, а я себе на живот. Я был ужасно измотан, поэтому почти сразу же уснул, даже в душ не сходил, ибо усталость и слабость во всем теле давала о себе знать.

***

      Я набираю знакомый номер и жду когда мне ответят. — Алло, Кирино. Прийти сейчас ко мне сможешь?