Не суй нос, куда не надо, или Похождения 5-Г во время четверти трудов.

POV Женька.       Школа. Пожалуй, то самое место, куда я хочу даже не идти, а бежать, несмотря на плохое настроение или лень. Да, это только моё мнение, и, возможно, я так думаю, потому что я отличница, но я не стану говорить каждому "Школа — наш второй дом!". Многие из читателей, к огромному сожалению, терпеть не могут школу, уроки, контрольные, экзамены... Это неправильно. Лучше, не буду об этом.       Итак, учебный год подошёл к концу, средняя и старшая школа сдала экзамены (кто сдал, а кто — нет), одиннадцатые классы попрощались с учителями. Для большинства учащихся настала пятая трудовая четверть. Почти все ноют, что не хотят работать, мол, пусть другие убирают. Для нас — пятых классов — такая работа была в новинку, и каждый из нашего коллектива хотя-бы немного хотел поработать, узнать, какого это — вырывать травку из асфальта и чистить парты от почти нестирающиеся ручки.       Уж не знаю, как остальные, а я пришла в школу в хорошем расположении духа, самая первая из класса примерно в пятнадцать минут девятого утра. Решила сесть на заднем дворе школы, который был уставлен скамейками, и весь наш класс мог расположится там. Я очень хотела увидеть своих друзей, так как дома я умираю со скуки. Хотела узнать, как у кого прошёл День Защиты Детей, и как начинаются каникулы у "бедных, уставших от учебы" детишек.       Первой пришла Влада — одна из моих лучших подруг. Наша встреча началась с лёгких объятий — так сильно мы скучали.        — Боже Мой, я думала, что умру дома со скуки, — начала она.        — Ничего страшного. Нам работы дадут так много, и скучно не будет. Ты принесла перчатки?        — Ой!        — Понятно...        — Задавлю! — из-за поворота раздался угрожающий крик Саньки — одного из главных хулиганов нашего коллектива. Он ехал на велосипеде, в красной кепке, повёрнутой козырьком назад, чёрных, блестящих на солнце кедах, голубых шортах и майке в голубую и белую полоску.        — Здорóво! — выкрикнула я ему. — Как поживаешь?        — Могло быть и лучше, — ответил он.        — Не думала, что мы будем десять дней работать, — Влада присоединилась к нашему разговору.        — Сколько?! — глаза Сани стали размером с блюдца. — Ой, всё! Нам крышка.        — Не переживай, время пролетит незаметно, — знакомый девчачий голос раздался сзади.        — И не заметишь, как эти несчастные десять дней отработаем, — другой голос подхватил первый.        — Лена, Юля! — Влада полетела навстречу своим подругам. Они шли обе в джинсовых шортах, обе в сандалиях, но в разных майках.       Было уже около двадцати пяти минут девятого. Пришли и другие наши одноклассники: Серёга и Дима — такие же хулиганы, как и Саня; Катя, Даша и Настя (последняя была ещё одной моей лучшей подругой). Все общались между собой, рассказывали друг другу, сколько порций мороженого они съели за бесплатно в "Шерифе" 1 июня.       Мне было скучно. Я решила послушать музыку с одним наушником. Включила песню "Tomorrow"¹. Изредка я поддерживала беседу. Пришло ещё около десяти человек. Вдруг из-за поворота показалась знакомая фигурка. Я, отключив наушники и положив гаджеты в сумку, побежала к этой фигуре навстречу. То был Кирилл — мой лучший друг. Еле успев затормозить, я поздоровалась с ним "по-пацански". На себе можно было словить парочку косых взглядов. Мы сели на мою часть скамейки и начали болтать.        — Как жизнь молодая? — спросила я.        — Сойдёт, — ответил он.        — Какие планы на лето?        — Ещё не задумывался над этим. Но вероятнее всего, большую часть лета я буду дома. Ну куда я денусь?        — Вот именно. На Украину отдыхать не поедешь, в другое место — слишком дорого.       Так мы и проболтали до тех пор, пока все не собрались. Вскоре пришла наша классная руководительница — Ирина Викторовна. Девочки подбежали к ней и встали полукругом, ожидая указаний.        — Ирина Викторовна, когда мы начнём работать? — спрашивали девочки у учителя.        — Сейчас вы пойдёте на спортивную площадку, а учителя, которые там стоят, дадут вам работу. Позовите остальных и скажите им, чтобы они шли туда с вами.       Таким образом мы все оказались на спортивной площадке. Учителя, стоявшие там, дали нам задание — те, кто с перчатками, должны были вырывать траву из асфальта, а те, у кого перчаток не было подметали за нами.       Нашему классу достался не самый лучший участок — многие корни можно было вырвать только лопатой, и, кроме этого, людей, имеющих хозяйственные перчатки было не так уж и много, а подметальщики не хотели пачкать и царапать руки, соответственно, работа шла не очень быстро. Странным образом все вспотели, с какого-то стекал седьмой пот, ноги запарились, а руки стали мокрыми и липкими. После часа работы всем захотелось освежится. Я нашла очень крутой способ сделать это. Схватила свою до сих пор нетронутую литровую бутылку воды "Архыз", встала на скамью и громко объявила:        — Внимание! Все те, кто хочет освежится — подходите сюда. Мальчикам можно снять футболки, девочкам не стоит, — хорошенько взболтав содержимое бутылки, сказала я — Отойдите на два метра подальше. Ну что, вы готовы дети? — спросила я шутя у них, как тот самый капитан из Спанч-Боба.        — Да, капитан! — хором сказали ребята. Такого ответа я не ожидала, ведь думала, что они не поймут мою шутку. Однако я решила не останавливаться:        — Не слышу!        — Так точно, капитан!        — И... — затянув торжественный момент, я легко открыла бутылку. Из-под крышечки потекло пару капель воды. Подобно клипу "Faint"², я начала обливать своих одноклассников и кричать:        — "I can feel the way I did before. Don't turning back on me, I Won't Be Ignored!" — последнюю строчку со мной проорали два товарища, кто именно — не знаю, не видела, но судя по голосам это были наши хулиганы.       Под льющиемися струйками воды все бегали, скакали, как ненормальные. Пацаны сняли майки и хотели уже снять шорты, как вдруг подошёл учитель, точнее — психолог. Девятнадцать пар глаз (в том числе и с моей парой) уставились на неё. Те, кто стоял в сторонке сказали только лишь: "Ой, всё!". Психолог смотрела на нас косым взглядом и молчала. Пару человек убежали под дерево к остальным с видом а-ля "меня тут не было, я не при чём и водой не обливался". Мальчики быстро отделки футболки, работа возобновилась.       Нет, ну вы бы только видели её грозное лицо! Я думала, что мне достанется больше всех. Но психолог ушла, как ни в чём не бывало. Доброта этого учителя зашкаливает.       После перерыва работа совсем не хотела идти нормально. Все ссорились друг с другом из-за того, что никто не хотел никому отдавать веник. Нашему классу досталось только пять веничков, а разделились мы на девять группок. Что и говорить о лопате — она была одна(!!!) на весь коллектив. Та же самая история была с сáпой, или как её большинство называет — тяпкой. Если в первой половине смены мы хоть немножко уступали друг другу, то сейчас все стали жадинами и злюками. Неужели на людей так солнце действует...        — Маша, дай пожалуйста веник, — я подошла к своей однокласснице.        — Нам веник очень нужен, попроси у кого-нибудь другого.        — Остальным он тоже очень нужен.        — Ну, и? Что мне теперь сделать?        — Дай веник. Ненадолго. Я маленькую кучку намету, и мы с Настей выкинем её в мусорный бак.        — Ещё чего! Вы его не отдадите! Всё, иди отсюда!       Ну, как так вообще можно? Вот злючка — эта Маша! Огорчённая, я пошла куда подальше, точнее — к забору. Там был тенёк — в этом помогли деревья. Я начала вырывать траву из щель в асфальте, который кончался примерно в метре от дерева. Ко мне подошёл Кирилл и сказал:        — На тебе лица нет. Что случилось?        — Да так, ничего.        — Машка веник не дала? Да ну её! — он махнул рукой и принялся помогать мне.        — Нет! Я не понимаю, почему все люди такие злые, — не отрывавшись от работы, говорила я, — Каждый пытается плюнуть другому в душу. И везде каждому нужно вставить свои пять копеек. А может даже не пять, а пятьдесят!        — Это общество так устроено, и с этим ничего не поделаешь. Можно только быть чуточку добрее...       Неожиданно Кирилл, старавшись выврать корень из земли, вырвал не только корешок, но и громадный кусок земли, а вместе с этим от асфальта отлетело пару кусочков, размером с грушу. Сам мальчик упал на спину, но ни капельки не пострадал и остался без синяков и ушибов.        — "Ё" моё! — всё, что он смог высказать по поводу этого.        — Что это было? — спросила я у друга.        — Сам не знаю...        — А это что ещё такое? — заметив, что какая-то круглая штучка, лежавшая в земле блестит на солнце, я попробовала её откопать и достать, что у меня получилось. Подняв этот кружок повыше, чтобы Кирилл тоже рассмотрел его, мы были в неком состоянии шока.        — Чипсы небесные, это что? Неужели золото? — спросил Кирилл.       Объясню: в руках я держала ту вещь, которая напомнит вам компас с крышечкой. Это компасом и окажется, но совсем необычным. Итак, открыв этот "компас", нам с Кириллом предстали вниманию два треугольника в центре: нижний был цвета серебра (а может и серебрянным он и был), а верхний был таким же золотым, как и сама вещица. Кроме этого, он был и с вставками, камни сильно смахивали на рубин. В отверстии между невидимым механизмом и стрелками, то бишь треугольниками, сверкал изумруд, диаметром в полтора сантиметра. Неожиданно для нас обоих изумруд начал подниматься на позолоченной стоечке вверх. Я моментально закрыла компас и откинула его в сторону, так же быстро при этом сказав:        — Шестьсот шестьдясет шесть — сатаническое число!       После моей реплики последовал громкий смех Кирилла. Я услышала чьи-то шаги в нашу сторону от холма, который закрывал нас от остальных. Не долго думая, я спрятала за собой находку. То была Даша — наша одноклассница. Моё лицо в один миг приняло серьёзно-усталый вид, а Кирилл хоть уже и успокоился, но на его лице была улыбка, какая бывает у психически-нездоровых людей.        — Ты чего смеёшься? — спросила Даша у него.        — Женька анекдот рассказала смешной!        — Знаю я ваши анекдоты! — девочка театрально закатила глаза, после чего продолжила: — Наша смена закончилась, идём по домам.       За её спиной были слышны радостные возгласы, некоторые пацаны схватили свои велосипеды, сели за руль и поехали на своём транспорте к школьным воротам. Когда большинство из ребят ушло, мы с Кириллом подошли к своим сумкам и вещам.        — Дай, я хоть этот компас рассмотрю, — сказал мой друг, выхватив у меня из рук эту странную вещицу. Открыв этот компас, с механизмом произошло тоже самое, что было, когда он был в моих руках.        — Верни, — я отобрала у друга находку, — Никто не должен знать, что мы нашли.        — Почему?        — Неужели ты до сих пор не понял? Этот компас слишком опасен.        — Ты откуда знаешь? Ты же его только что нашла!        — Ты по английскому хорошист?        — Отличник. Единственный в нашей группе, кто написал годовую контрольную на "пять".        — Поздравляю. Прочитай, что тут выведено. Ты эту фразу не заметил, а я прочла её тут же.        — 1897 Compass, mine-, danger- and treasure-searcher. Made of gold, silver, with rudy and emerald pieces. Cursed. (Компас 1897 года, отыскиватель мин, опасностей и кладов. Сделан из золота, серебра, с рубиновыми и изумрудными камнями. Проклят. ). Ещё чего! Так если он проклят, не лучше ли...        — Я сказала — никто не должен знать, что мы нашли. Ты понял?        — Может, нам стоит узнать его историю?        — Как? Где ты найдёшь информацию?        — Давай лучше всё обдумаем, раз уж ты не хочешь узнать, как он оказался под асфальтом нашей площадки.        — Предлагаю завтра в восемь прийти сюда — на задний двор школы — и обсудить наши дальнейшие действия. А компас пока останется у меня, и я не буду его открывать. До завтра, дружище.        — Пока, — с некой печалью сказал Кирилл и пошёл в сторону школы, дабы перейти к главному входу и пойти оттуда домой. Мне же нужно было идти домой в другую сторону — от школьных ворот.