Бунтарка

Девушка очнулась в синей комнате, прикованной к трубе. Ее тошнило, и было очень плохо, но она держалась изо всех сил. Она попыталась подвигаться, но ощутила боль. Эта боль поедала и насиловала ее из нутрии. Подняв глаза наверх, она увидела наручники, поняла, что все кончено. Больше всего она боялась именно этого. Что когда-нибудь ее поймают, и будут держать вечно. Это слово… Оно пугает ее. Осмотрев комнату, девушка поняла, что находится в подвале. Но это место не так похоже на него. Стены окрашены в синий цвет, неподалеку двухместная кровать, Лера сглотнула. Сразу, как она очнулась, поняла, что поймал ее Никита. Обернувшись, Лера увидела маленькую комнату. Может, это ванна или туалет. Хоть о гигиене он позаботился. - Как ты себя чувствуешь? – голос вернул ее в реальность. В жалкую и страшную реальность. Никита медленно спускался по ступенькам. Лера видела, как он уголками губ, улыбается. Страх, потихоньку поступал к ней. - Говнюк! – закричала Лера. Он не отвечал, а все ближе и ближе подходил к ней. Становилось страшно, но храбрость брала вверх над девушкой. Никита подошел и присел на корточки, внимательно осматривая Леру. - Ты видишь эту кровать? – неожиданно спросил Киоссе, от чего Иванова вздрогнула. Глазами он показал на кровать. - Да… - тихо ответила Лера. – Зачем ты спрашиваешь? – голос дрожал, а воображение шалило. - Скоро мы с тобой, там окажемся, - весело сказал Никита. – А ты думала, что я тебя, так просто отпущу. Я видел тебя. Думаешь, избавилась от похотливого мальчишки, - он приподнял подбородок, тем самым устремив глаза Леры к его. – Нет, я тебя просто так не оставлю. Еще год назад ты мне понравилась. И… - Ты видел меня… Когда ты был с Аришой? – она знает, что задает тупые вопросы, но удостовериться надо. – Ты меня хочешь использовать, как игрушку? Ты не сможешь! Ты же звезда, будешь на гастролях, а пока будешь там, я буду проклинать тебя, - злобно сказала Лера. За такие слова, она получила пощечину. Киоссе лишь усмехнулся и присел на кровать. Бедная девчушка… Она прикована к трубе, ее хочет использовать кумир всех девчонок. Дай ей Бог сил, пережить это! Страх… Это единственное чувство, которое она будет ощущать всю жизнь. - Оу, совсем нет… У меня есть один человечек, - Никита уставился на нее. – Он мне разрешил использовать тебя, как пожелает моя душа и дружок, - он усмехнулся и продолжал. – Ты теперь МОЯ, - парень выделил слово. – Давно хотел именно такой любви. - Какая, черт возьми, любовь? – Лера закричала. Она знает, что крики ей не помогут. – Хочешь сказать, что что-то чувствуешь ко мне? Да ты просто больной! Попользоваться мной захотел, да? Так пользуйся! Но знай, что ты подонок и тебя накажут… Никита встал и медленно подходил к ней. Его медлительность бесила ее. Если бы не наручники, она бы убила его, не оставив на его жалком лице улыбки. Он подошел к ней, что-то прошептал. Говорил, что Лера с этим смерится, но она не сможет этого сделать. Теперь она его. Еще один вопрос мучил ее… Кто тот человек, который заставил его это сделать. Может, это ее шеф или парни? Она же слышала, как они о ней отзывались. Боже, правда ли то, что это все с ней происходит? - Мне надо тебя протестировать, - расстегивая наручники, говорил Никита. – Ты же поняла как? Год назад мне не так понравилось, - он похотливо улыбнулся, подняв Леру на ноги. - Ты – монстр, - подытожила девушка. – Как ты так можешь поступать? А если об этом узнают твои поклонницы? Фанатки парней? Вы же лишитесь славы. - Спокойно, - он усадил ее на кровать, а сам стоял и смотрел на нее. – Это не твоего ума дело. А теперь, - показав пальцем на одежду. – Раздевайся, я тебе потом кое-что принесу. - Пожалуйста, - молила Лера. – Я же знаю, что в глубине души, ты не такой. Если ты хочешь любви, я дам тебе ее. Но прошу, не делай меня свое рабыней, - еще бы чуть-чуть и Лера бы упала ему в ноги, но Никита ударил ее, по щеке текла слеза, за ней еще несколько. Пришлось раздеваться. Ей страшно. Лера знает, что от этого никуда не деться, ей придется прислуживать ему, как бы это нестранно не звучало. Сняв с себя вверх, он улыбнулся, сказал, что все прекрасно. Но спросил, все ли прекрасно там? Пришлось снять брюки, остаться в одном белье. Она молила бога, чтобы он не был с ней жесток. Его взгляд смущал ее. Никита подошел и присел к ней, потрогал грудь, поцеловал. От его прикосновений, ей стало не хорошо. - Тебе же нравится? – кинув ее на постель, сказал Киоссе. – Знаю, что жестоко обхожусь с тобой, но мне нравится жестокость. Иванова ничего не ответила, а тихо плакала, молила Бога за спасение. Что мог бы спасти ее? Никогда и никого, она не любила. Был один случай, но это была быстрая влюбленность. После чего, она забыла, какого ощущать нежные прикосновения любимого мужчины. В семнадцать лет от горя, она ушла на радио. Первый раз был не удачным, никто не слушал ее. Но потом признали и поняли, что у такой девушки, как она, есть прекрасное будущее. А прибытие Никиты на радио вы знаете сами. Этот парень, сломал обычной девушке жизнь. Он пытался перед ней извиниться, но получил лишь злобный взгляд. Теперь она у него в рабынях. Рабыня – странное слово. В этой ситуации, оно хорошо характеризуют девушку. - Не плачь, - Никита вытер слезы с лица Леры. – Смирись и живи дальше… Но только со мной, - Киоссе начал снимать трусики с Леры, целуя ее шею, массируя грудь. Она просто закрыла глаза и не издавала ни единого стона. Это заметил Никита. Ему и хорошо и плохо. Вот как он поступает со своей любовью. Насильно притаскивает в подвал и делает ее рабыней. Но зато, она его рабыня. Он заметил, что Лера просто лежит и молчит, прикрыв глаза. За этот год он сменил немало девушек. И каждая стонала, как в первый раз. А тогда почему Лера молчит, парень понял, что нужно переходить к чему-то серьезному – стал сам раздеваться. Лицо Леры каждый раз кривилось, но он пытался ее ублажить, тем самым поддавая масло в огонь. Сняв с себя все, он поднял ноги девушки и сказал: - Стони, ибо я от тебя сегодня не отстану, - внятно и медленно, сказал Никита. Иванова поняла это, ей пришлось стонать от каждого прикосновения, приближения. Он вошел. Лера вскрикнула, увидела ухмылку на его лице. Киоссе стал двигаться, все сильнее и сильнее, от чего девушка кричала, словно бешенная. Поняв, что она исполняет его приказ, он вдалбливал в нее мысль о том, что такое будет чаще и дольше. Она кричала, ему нравилось. Жестокость, насилие, страх. Он знал, что она его боится и пользовался этим. Приятное ощущение внутри, знаете ли. Она делает ему приятно, а он ей. Это продолжалось долго, как казалось Лере. Девушка кричала, не переставая верить в то, что ей помогут, но Никиту это только забавляло. Как только он ее не трахал. И раком ставил, и заставлял сосать. Да, это звучит очень пошло… Именно таким оказался наш мальчик. Точнее уже ЕЕ. Ведь, это он ее любит. - Тебе понравилось? – спросил Киоссе, садясь на краешек кровати. – Скажи, что да. - Да, - промямлила девушка. – Пока ты не ушел. Кто тот человек, что приказывает тебе? - Молодчина, - он поцеловал ее в губы. – Он мной не командует. У нас сделка. Если бы ты знала, кто этот человек. Но это теперь не важно. Я к остальным парням, и, кстати, ты им понравилась. Скажи спасибо, что я тебя никому не отдам, - он оделся и стал подниматься по ступенькам. – Вечером к тебе еще зайду. Никита вышел, а Лера осталась лежать голой на кровати. Неужели… Это все происходит с ней. То что, он с ней творит… Это же ужасно. Сказал, что любит? Да, ладно?! С какой стати, этот ублюдок может любить? Но, хорошо, что не отдаст этим парням. Лера встала с кровати и начала одеваться. В глухой тишине, она услышала чей-то разговор. - У нас точно все в силе? – спросил первый. - Конечно, - ответил второй. – Она ни о чем не догадывается. Так что все под контролем. - Ты ее трахаешь? - Да, но я люблю ее, - о том, что это говорит Никита, было не сложно догадаться. - Да неужели? Любви вам, - сказал первый. – А другие парни смогут ее трахать? - Нет, - быстро ответил Никита. – Давайте поговорим позже? У нас скоро съемки. - Хорошо. Мне тоже на работу пора. До завтра, - сказал первый и быстро голос его пропал, как будто и не было.