Утром Гермиона обнаружила, что спит на полу, но одеяло все-таки на на ней. На краю кровати, свесив руку лежал Оливер. Вот это да! Грохнулась ночью с кровати, но не заметила.
Именно в этот момент на пол с жутким грохотом рухнул Оливер.
— Черт! — выругалась Гермиона, потому что он упал прямо на нее. — Слезь с меня, Оливер Вуд!
Но Вуд, видимо, еще не думал просыпаться. Гермиона пихнула его в бок:
— Оливер!
Вот теперь-то он и проснулся.
— Что я тут делаю? — простонал Оливер.
— Я тоже хочу тебя об этом спросить, — гневно ответила бывшая гриффиндорка.
Тут-то Оливеру и стало неудобно. Видимо, пока он ворочался во сне, он случайно столкнул Гермиону с кровати.
— Прости, — только и смог сказать Оливер.
— Прости?! Я чуть не умерла, упав с кровати! А он «прости»! Знаешь что, Оливер Вуд?! За такое не прощают!
Гермиона демонстративно оттолкнула Оливера, встала с кровати, переоделась и вышла из комнаты.
Оливер лишь вздохнул. Какую девушку он упускает.. Он тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Нельзя. Не думать. Гермиона — не его девушка. Это все Джинни подстроила.
Хорошо, хоть родители на работу ушли. Ах, да! У него же сегодня еще и тренировка.
Он, спустившись вниз и не забыв прихватить метлу с формой, подошел к Гермионе.
— Я на тренировку. Вернусь через три часа, если не больше, — прошептал он ей на ухо, а затем, поцеловав ее в щеку, вышел из дома.
— Зараза, — тихо сказала Гермиона в воздух.
«Но любимая зараза», — невольно пронеслось у нее в голове.
Горестно, но в то же время чуть весело вздохнув, Гермиона пошла в комнату Оливера, уже ставшей такой привычной, обыденной...
Гермиона взяла расческу из тумбочки и расчесала волосы. Теперь ее слабые завитки и вовсе казались прямыми волосами. И ей это определенно не понравилось. Завив волосы при помощи палочки, она легла на кровать. Почему-то захотелось спать.
***
Проснулась Гермиона от того, что кто-то тряс ее за плечо.
— Герми, проснись, — сказал кто-то.
Почему-то Грейнджер показалось, что этим «кто-то» является Оливер Вуд.
— Отвянь, — простонала Гермиона.
— Ну, знаешь ли! — Оливер разозлился. Шутливо, конечно. Невозможно было злиться на нее по-настоящему.
Гермиона перевернулась на другой бок, открывая Оливеру вид на свою спину, покрытую футболкой, которая бесила его. Во-первых, он не знал, чья она, потому что футболка мужская и была Гермионе явно велика. Во-вторых, потому, что он хотел, чтобы этой футболки вообще на ней не было.
***
Вечер закончился как обычно. Оливер и Гермиона помирились, мистер и миссис Вуд пришли домой.
— Мне все-таки кажется, что футбол лучше квиддича, — спорила Гермиона.
— А мне кажется наоборот, — настаивал Оливер.
Вот так и пошло-поехало. В конце концов они начали кричать друг на друга, но спать легли все-таки помиренные.