Тлеющее

₪₪₪

      На Сатиналью пьется всем: и младшим, и старшим.       - Ну-с, — прижимает мягким боком Карвера в углу Яльгарна, — чего стесняешься? Крепкий парень ведь, гульнем так, что деширье дерьмо вскрикнет!       - Н-нет, Командор, — блеет Страж.       Броска непонимающе трясет головой, задевая воина янтарными косичками по локтю:       - Тю! Ну не на людях же! Иль кровать сломать боишься, а? — за эту задорную ухмылку к ней давно лез Огрен. Била в ответ нещадно. Теперь жалобно скулит, оправдываясь за каждый взгляд в мимо вернувшейся жены.       - У меня уже есть д-другая, — стук его зубов утихомиривает гномку. Разбойница орет через весь стол:       - Эй, белобрысая! Ты чего брату спуску не даешь?! Совсем зашугала! Ты смотри, я могу и исправить до неузнаваемости этого буку!       Сестра хмуро оборачивается. Смотрит так же, как и тогда: застала его возбужденным во сне. Шептавшим ее имя. Карвер что-то бухтит в свое оправдание. Броска идет пить с навестившей его сестрой. К счастью, ее пошлые шутки радуют Мариан.       Наутро Карвер в тысячный раз приходит к запачканному зеркалу в казармах: проверить, нет ли той самой, заслуженной красноты. Эта пощечина сестры снилась в его самых непристойных снах, когда узнала сестренка. Но в реальной жизни она останавливала все неправильные мысли.       Может быть, когда-нибудь получится вымолить прощение за похоть.