Дети Дракона

«…Родовой Замок Тарли, Рогов Холм, взят Рейнис Таргариен…» «…Родовой замок Каронов, Ночная Песнь, взят Эйгоном Таргариеном…» «…Робб Старк одерживает победу в войне за Трезубец и Север…» «…Армия Робба Старка движется на Западные Земли и на родовой замок Ланнистеров, Утес Кастерли…» «…Родовой замок Флорентов, Ясновидная Крепость, взят Рейнис Таргариен…» «…Сир Хью Бисбери был сожжен драконом Рейнис Таргариен за неповиновение главы дома Уоррина Брисбери в деле о поддержке дома Таргариенов…» «…Железный Флот захвачен Рейнис Таргариен… » Все эти письма лежали на столе Тириона Ланнистера, который уже выпил вторую бутылку, принесенную Подриком. Он хмельным взглядом смотрел на разбросанные бумаги, а руки сами тянулись за бокалом, полным дорнийского вина. Войска Таргариенов осели в Дорне, как и их флот с третьим драконом. Такое ощущение, что они были везде. Драконья Королева уже захватила три южных замка Простора, в то время, как ее брат - три в Штормовом Пределе. Едва к ним прилетел ворон с вестью, что замок Бандаллон взят Рейнис, как в тот же день летел другой ворон с письмом, что Фаунтон взят Эйгоном. А на следующий день ему сообщили, что Молодой Волк захватывает Западные Земли. Тирион вздохнул и налил еще вина. Вся армия ушла. Тиреллы убежали защищать свои земли, хотя головы четверти их войск уже висели на пиках Рогова Холма, Ясновидной Крепости и Бандаллона. Рейнис брала в плен глав домов и казнила тех, кто не слушался ее. Эйгон делал то же самое. Казнил и брал в плен, пополнял войска, убивал Ланнистеров. Эти двое будто заключили пари, сколько замков за неделю смогут захватить, и у обоих уже было по три на счету. Но драконы в игру не вступали, лишь пожирали тела умерших, будь то союзники или враги. А тем временем, Робб Старк обосновывался в Западных Землях. Золотой Зуб, Хорнваль, Глубокая Нора - замки сдавались один за другим. Такими темпами он доберется и до Утеса Кастерли, что будет означать значительное ослабление позиций армии Ланнистеров. А если слухи о том, что Молодой Волк и Драконья Королева объединятся, окажутся правдой… И Железнорожденные. Они захватили Щитовые Острова, но, едва высадившись на побережье Простора, умерили свой боевой пыл. Армия Рейнис разбила их всех, но судьба Виктариона Грейджоя до сих пор неизвестна, как и остатка его выживших людей. Тирион считал, что они выиграли войну, когда разбили Станниса Баратеона на Черноводной. Но все только начиналось, а их зажимали две огромные армии, остановить которые будет им не под силу. Видимо, Тайвин Ланнистер это тоже понимал, поэтому разделил армию Ланнистеров и Тиреллов, полагая, что те жалкие остатки, которые остались от основной армии, направившейся на войну со Старком, смогут остановить Рейнис и Эйгона. Но Таргариены продолжали захватывать замки, оставляя там некоторых своих бойцов, и брали заложников. Тирион знал, что пока настоящие драконы не вступали в бой, но это ненадолго. Рейнис наверняка спустит своего, когда доберется до Староместа. Девчонка хочет захватит торговые пути и перекрыть Дорогу Роз, обосноваться в Хайтауэре и занять порт. Возможно, оттуда она пойдет на Железные Острова, а может, захватит Хайгарден, пока ее брат будет занят Штормовым Пределом. А пока все будут волноваться за драконов, Робб Старк займет Утес Кастерли. Тем временем, подоспеют Аррены, увидев, что итог битвы подведен, и встанут на сторону Старка. Который чуть позже объединиться с Таргариенами. Почти весь Вестерос восстанет за Рейнис, которая не приложит серьезных усилий, чтобы подчинить Королевскую Гавань. Для нее это будет как пальцами щелкнуть. - Милорд Тирион, - от размышлений его оторвал дрожащий голос оруженосца. - Вы меня вызывали? - Да, Под, - Тирион подумал, что было бы неплохо попросить еще вина, но сейчас ему нужна трезвая голова. Они остановили Станниса, значит, нужно хотя бы попытаться дать отпор Таргариенам. - Ты сделал, что я тебя просил? - Да, милорд, - мальчик вошел в его комнату, закрыв за собой дверь. Тирион кивком указал на кресло перед собой. Как только Под сел, Ланнистер-младший увидел, настолько тот взволнованно выглядел. Выдавали его дрожащие руки, сложенные на коленях. - Я был на стенах Красного Замка, милорд. Народ в гневе. - Никто и не сомневается, - Варис говорил Тириону тоже самое. Едва поползли слухи о живых драконах, то простой люд сразу встал на сторону Рейнис. Они подняли такой шум, что, стоило Тириону открыть окна, он сразу слышал гневные слова в сторону Короля Джоффри и крики содержания, подобного «Славу Королеве Драконов». Будто бы, сядь она на престол, жизнь их сразу улучшится, недовольно думал Тирион. Но люди шли к ней, открывали двери ее солдатам, молились о ней. Даже в Королевской Гавани народ стал до смерти забивать людей Короля, будь то солдаты или простые знатные лорды. Приходили и эти бедняки, называвшие себя «Воробьями». Они расселись на улицах Королевской Гавани, вслух молясь о благополучии Королевы Рейнис. Тирион знал, почему. Слухи, дошедшие до их ушей, были пугающими, будто сам Балерион переродился вновь в теле Рэаса, дракона Рейнис. «Он настолько огромен, что может за один раз поджарить многотысячную армию», убеждал их Мейс Тирелл недавно. «Гарлан сам не видел его, но говорят, что это правда». Лорд Мейс покинул Королевскую Гавань вчера вместе со своей дочуркой. Он кинулся в Хайгарден в надежде, что крепкие стены его замка защитят лучше, чем Королевская Гавань. - Люди кричат о том, что Король, тот, который Джоффри, ложный, а Королева Рейнис - истинная правительница. И что, когда она начнет править, драконы установят в стране настоящий порядок. Тирион тяжело вздохнул и отпил вина. За что же тебя так любят, королева, сжигающая людей?.. - А что ты думаешь? - Тирион посмотрел на Пода, глаза которого от удивления, казалось, стали больше, чем обычно. - Как тебе эта Рейнис? - Она... - Под запнулся, - она странная, милорд. Я не видел ее, но говорят, что она магией темной пользуется, или что это не живая Рейнис Таргариен, а мертвец. Но мертвец не может ведь так быстро захватывать замки, верно, милорд? Ее брат, Эйгон, лучше. Он добр, весел - так о нем рассказывают. Даже не так жесток, как сестра, но справедлив. Почему Рейнис Королева, милорд, а не Эйгон? Тириона это тоже волновало. После Танца Драконов было решено, что Престол перейдет в наследство только по мужской линии, а если мужчин не останется, то тогда королевой станет женщина. Эйгон был хоть и младше Рейнис, но мужчиной, но именно она объявила себя правительницей вместо него. Хотя Тирион не слышал, чтобы брат Драконьей Королевы как-то жаловался на это. Даже Варис не мог ответить на этот вопрос. Рейнис была жестока, упряма и подпускала к себе лишь трех человек, включая брата, и управлять ей было невозможно. Политика ее была похожа на политику Тайвина Ланнистера. Правь страхом, а не любовью. Тирион даже пытался сравнить Рейнис с Серсеей, но потом понял, насколько это смешно и нелепо. Его сестра горяча, нетерпелива, окружает себя подхалимами, которые даже слова против нее не скажут. Она пользуется своей красотой, положением и заманивающими речами, в то время, как прямолинейная Рейнис идет напролом. Серьезна, жестока и беспощадна, как одна из сестер Эйгона Завоевателя, Висенья. Говорили, что она также скора на гнев и упряма. Возможно, это даже хорошо для правителя. - Может, потому что была лучше брата, - пожал плечами Тирион. - Драконы возвращаются в Вестерос. Они одержимы местью и желанием снова сесть на Железный Трон. И они не пощадят никого, кто встанет у них на пути.

***

Наверное, единственным, кого не беспокоили Таргариены на Юге, был король. Джоффри, конечно, немного разочаровался, когда узнал, что свадьбу с Маргери придется отложить из-за происходящего в стране, но вскоре забыл об этом. Сейчас же он сидел на своем троне и смеялся, смотря, как скачет Лунатик. Милорды и леди, собравшиеся в зале, радовались вместе со своим королем, хотя в глазах их были горе и страх. Идея организовать пир принадлежала Серсее. Она подумала, что было бы неплохо подбодрить и объединить народ в это смутное и темное время. Будто вино и еда может спасти их от драконьего огня. Люди Ланнистеров и Тиреллов умирали, а они, вместо того, чтобы готовиться к осаде, надрывали животы, смотря, как полоумный шут бегает по тронному залу. Может, было бы и неплохо встать на сторону Рейнис. Ее солдаты и люди тоже не голодают, но в лагере там, наверное, сейчас тихо, и слышен был только лязг затачиваемого оружия. Мейс Тирелл уехал, как и весь его двор. Они засели в Хайгардене, чтобы защищать свой замок до последнего, но Тирион думал, что в нужное время они встанут за Рейнис. Давным-давно Эйгон Завоеватель объявил Тиреллов хранителями Юга, и дом их навечно будет в долгу за это перед Таргариенами. Здесь и собралось мало человек: лишь старики и дамы, дети и… Санса. Его жена выглядела тихой и печальной, как это было и всегда. Она ходила в Богорощу, молилась своим богам, и даже новость, что ее брат и мать живы, не придавала ей радости. Или так думал Тирион. Он даже намекнул на то, что на Юге завелись Драконы, но на это Санса ответила лишь тем, что король Джоффри победит их, как он сделал и со Станнисом. Девчушке скоро придется не легче, чем всем им, поэтому Тирион не стал докучать ей. Он не так часто встречался с ней, но сегодняшний вечер им пришлось провести вместе. Из мыслей Тириона вывел звонкий стук. Джоффри встал со своего трона и поднял вверх бокал, полностью наполненный вином. Мальчик был пьян, поэтому язык его заплетался, когда он говорил: - Я тут услышал, что какая-то девчонка появилась на Юге Вестероса, - эта девчонка сожгла бы тебя, как муху, если бы захотела, мрачно подумал Тирион. - Будто она объявила себя Королевой Вестероса. Но она умрет, как и Ренли, и Бейлон Грейджой, возомнившие, что смогут дойти до Королевской Гавани, - народ поддержал его вялым согласием. - И пусть они докажут вам это. Двери Тронного Зала отворились, и внутрь забежали шуты. Тирион сначала даже не разглядел их, но потом понял, что там была какая-то девушка, одетая как шлюха, с драконьей шапкой на голове, рядом с ней прыгал карлик с такой же шапкой, а вокруг их дуэта бегали то калеки, то просто уродцы или дураки. Тирион не сразу догадался, что это цирк уродов, которые изображали, как Рейнис и Эйгон завоевывают Вестерос. Смех в Тронном Зале стоял такой, что Тирион думал, у него отвалятся уши. Сам он не находил ничего смешного в том, что девушка в драконьей шапке подставляла свой зад любому подбежавшему к ней уродцу, а карлик бил своей палкой каждого встречного. Пару раз даже девушке доставалось. Он бегал рядом, корча рожицы гостям, из-за чего те начинали еще сильнее смеяться. Серсея улыбалась, сидя рядом с сыном, которого, казалось, это забавляло больше всех. Варис, стоявший в углу зала, выглядел хмурым, как, наверное, и сам Тирион. Санса, вовсе не обращающая внимание на представление, уставилась в тарелку. Тирион хотел было встать и предложить ей уйти, но в Тронный Зал зашли солдаты. Уроды перестали бегать, а смех замолк, будто его и не было. Мужчины были в ободранных штанах, полуголые, будто одежду их подпалили. Они все дрожали, а глаза их были полны дикого испуга. Тирион узнал в них воинов Ланнистеров. Они пришли сюда из Штормовых Земель, беспокойно подумал он, но вдруг один из солдат, выглядевший еще более жалко, чем остальные произнес: - Король Джоффри, - голос его дрожал. - Мы с вестью от Эйгона Таргариена, брата Королевы Рейнис. - Что? - грубо спросил Джоффри, развалившись на троне так, что корона съехала ему на нос. - Войска Ланнистеров разбиты драконом, Ваше Величество. А Лорд Тайвин Ланнистер взят в плен принцем Эйгоном. Десница будет сожжен драконами Верес и Рэасом, едва Королева Рейнис сядет на Железный Трон.