к чему приводят мечты

Мечты не всегда приводят к чему-то хорошему...

Ким Минсок бредил химией, а потому стал студентом химико-математического факультета. Он мечтал создать сыворотку правды, благодаря которой люди не просто бы говорили правду, а открывали свои самые потаенные мечты и желания. И однажды ему это удалось. Вот только добровольно никто бы не согласился открывать свое самое сокровенное, поэтому различными обманными способами он заманивал своих подопытных. Сначала в свою "лабораторию" он заманил студента экономического факультета Бен Бэкхена, учившегося в его университете. Совершенно случайно он услышал, что у Бэкхена проблемы с курсовой и он за небольшую плату согласился помочь ему. И неважно, что Минсок - химик, а не экономист - Бэк на тот момент был в таком затруднительном положении, ибо сроки сдачи поджимали, что не стал бы проверять всю подноготную Кима, а поверил ему на слово. Минсок сказал ему, что нужно обсудить все детали и гостеприимно пригласил Бэка к себе домой. Доверчивый и ничего не подозревающий Бен тут же согласился и первый подопытный Кима был на крючке. Оказавшись дома у Минсока, хозяин заботливо предложил Бэку присесть на диван и вскоре принес ему "воды". Ради приличия Бэкхен немного отпил, хоть ему и не хотелось, и тут-то все и началось... В мгновение ока Бэк выпал из реальности и увидел вдруг, сидящего рядом с собой, сокурсника Пак Чанеля по кличке Чешир, прозванного так из-за своей сумасшедшей улыбки. А еще Чанель писал неплохую музыку и читал реп. Но самое главное, что Пак был заветной мечтой Бена. Он мечтал спеть ему серенаду, написанную им самим, а после этого начать с ним встречаться, но ничего не получалось, ведь Чанель, как казалось Бэкхену, испытывал к нему лишь дружеские чувства. А теперь Чан сидел рядом с ним, смотрел влюбленным взглядом и нежно басил о любви. Бэку не снилось такое даже в самом прекрасном сне и он, опьяненный увиденным, крепко обнял любимого. Чанель обнимал его в ответ и говорил, что отныне они всегда будут вместе. Минсок, наблюдавший со стороны за своим экспериментом, улыбался, как припадочный и уже подумывал над следующим подопытным. Следующим оказался студент с факультета менеджмента - О Сехун. Он был довольно популярен среди студентов обоих полов и Минсок предложил ему немалое вознаграждение, если тот поделится с ним секретом популярности. Сехун долго ломался, взвешивая все "за" и "против", но студентам всегда нужны деньги, поэтому он согласился. И вот он уже сидел на том же самом кимовском диване и, перед своим долгим рассказом, сделал небольшой глоток "водички"... Неожиданно квартира Минсока превратилась в подземку с разрисованными стенами, а рядом с Сехуном стоял и подмигивал друг его детства и любовь всей его жизни - Ким Чонин: дерзкий и сексуальный, розоволосый- с-бритыми-висками-и-с-серьгой-в- левом-ухе-Чонин. Именно таким его и любил Сехун. И день, когда Чонин проколол ухо, стал днем смерти и воскрешения Сехуна, потому как этот небольшой кусочек металла сделал Кима еще сексуальнее и ради такой красоты, Се готов был умереть и вновь возродиться. Но дабы не выдавать своих истинных чувств, Сехун пошутил тогда, сказав, что с серьгой в ухе Чонин похож либо на пирата, либо на педика, но так как корабля у него нет, то Се склонялся ко второму варианту. В ответ он получил недовольное "пфф" и обиженно надутые губки от Чонина. А после, проржавшись с удачной шутки, Чонин вальяжно закинув руку на плечо друга, предлагал в качестве развлечения побить битой имеющиеся в мусорном баке бутылки из-под пива и, разбив все найденные, они, опасаясь полицейских, неслись наперегонки прочь. Сехуну нравилось бесшабашно проводить время с Чонином, но ему хотелось взаимности. Именно поэтому он признался Киму. Открыл ему самое сокровенное. Но взаимности он не дождался. Чонин любил его, как друга... И намекнул на то, что у него уже есть человек, поселившийся в его сердце... Разочаровавшись во всем и в первую очередь в себе, Сехун брел по рельсам и с горя решил на них залечь, потому что в сердце Чонина для него нет места, а значит ему не место и в этой жизни... Минсок ошарашено наблюдал всю эту картину и не мог понять, почему один из самых популярных парней университета даже в своей фантазии получил отказ!? Ведь, по идее, в фантазии все должно быть так, как того хочет ее хозяин... Так как у Бэкхена все получилось, а у Се нет, Ким решил попытать счастья и посмотреть на сокровенные мечты своего объекта воздыхания - сокурсника Ким Чондэ. Под предлогом показать новые химические реагенты, Минсок позвал его к себе. Умирающий от жажды Чондэ, оказавшись у Минсока, тут же осушил заветный стакан "воды". Выпив, он оказался в прекрасном лесу, совсем один, и в полном одиночестве, не стесняясь никого, ведь белки не умеют говорить, он запел. Его пение было настолько прекрасным, что Минсок уронил свою челюсть. Он даже и не догадывался о такой невероятной способности Чондэ. И все это, конечно, было волшебным, но в заветной мечте Чондэ нет Минсока. Что безумно его огорчало. И тогда ему стало интересно, замешана ли у других людей любовь в заветных мечтах и есть ли еще такие, как Чондэ, не испытывающих тайной любви? Минсок взял с собой в универ немного сыворотки и решил угостить ею первого попавшегося. Первым на пороге аудитории ему попался староста - Ким Чунмен и Минсоку было забавно, что же таится в его скромной и сдержанной натуре. Предложив старосте немного своей "водички", Минсок не увидел никаких изменений после того, как тот немного отпил из бутылки. Чунмен находился все в той же аудитории, сидя на полу. "Возможно, по долгу службы старостой, общение с кучей людей его тяготило и он мечтал побыть в одиночестве" - думал Минсок. Но почему-то Чунмен, в отличие от Чондэ, не наслаждался своим одиночеством... А потом Минсок увидел, за рядом стоящей стеной, лежащего на кровати студента из Китая - Чжана Исина. От своего одиночества он страдал ни меньше, чем Чунмен. И тогда Минсок понял, что Чунмен настолько стеснялся своих желаний, что даже в фантазиях боялся подумать о контакте с Исином. Боязливый староста не впечатлил Минсока и он решил найти кого-нибудь поинтересней. В этот раз Ким не стал что-то придумывать, а просто предложил своему сокурснику-химику До Кенсу сходить к нему домой и пронаблюдать очень интересный эксперимент. Заумный и вежливый Минсок всегда ходивший в костюмах и носивший очки в округлой черной оправе, не вызывал подозрения у Кенсу и он согласился. -Добро пожаловать в мою нору, - распахивая двери своей квартиры и поправляя свои очки на переносице, сказал Ким и впустил гостя-подопытного. Как только Кенсу оказался в гостиной Минсока, он увидел несколько студентов из его университета. На диване сидели Бен Бэкхен и Пак Чанель, известные на весь университет своей совместной музыкой. Они о чем-то шептались в перерывах между объятиями и поцелуями. Еще здесь был их общий сокурсник Чондэ, который, казалось, пребывает в лесу, потому как вокруг него были деревья и трава,и, находясь наедине с природой, он пел. Странно... Но потом внимание Кенсу перетащили на себя двое парней: популярный О Сехун и не менее популярный Ким Чонин. На последнем Кенсу особенно заострил свое внимание, потому Чонин был тем, о ком он бредил уже целых семь лет. Он так хотел признаться Чонину, но в первую очередь боялся разочарования и осуждения со стороны своих родителей. Они бы точно не поняли его чувств к парню. Как бы Кенсу хотелось, начать отношения с Чонином, жить вдвоем с ним в уютном домике и, чтобы при этом его родители были в неведении по этому поводу... Думая о совместной жизни с любимым, Су почувствовал, как кто-то сзади вколол ему в шею шприц и после этого он провалился в свои мечты. Кенсу лежал на широкой кровати и потягивался. Рядом с собой он уловил тихое копошение и через мгновение увидел сонного, улыбающегося и еще не разлепившего глаза Чонина. Он придвинулся к Су, в намерении поцеловать его в губы и пожелать доброго утра, но, не видя, из-за сомкнутых век не дотянулся и чмокнул лишь в уголок губ, что было не менее интимнее. - Хен, сам я еще не проснулся, но мое желание любить тебя уже на высоте, - откинув одеяло и обнажая стоячую колом утреннюю эрекцию, промурлыкал Чонин. Увидев абсолютно голого тонсэна, Кенсу возбудился и засмущался. А в этот момент Чонин залез на него сверху и стал тереться своим членом о его пах. Затем нагнулся и поцеловал его в шею. И Су растаял бы от таких ласк, как молочный шоколад под пылкими лучами солнца, но Чонин задел на шее Кенсу то самое место, где немногим ранее ему вкололи шприц... А потому он вспомнил свое пребывание в гостях у Минсока... Прикосновение губ Чонина к месту укола, словно ледяной водой окатило все его тело. И, скинув с себя тонсэна, Кенсу подскочил с кровати, как ошалевший. - Это все нереально! - кричал Кенсу. - Ты ненастоящий! - указывал пальцем он на Чонина. - Это проделки Минсока! - Ты чего хен? - растерянный Чонин не понимал, что происходит. - Где мои родители? - не слушая младшего, вдруг спросил у него Су. - Умерли...пару лет назад, хен... Ты что этого не помнишь? - Чонин абсолютно не понимал, что происходит с его любимым хеном. - Как это умерли? - на глаза Кенсу наворачивались слезы. - Этого не может быть! Я ведь не этого хотел!Не этого!.. - выбегая из дома весь в слезах, кричал Су. - Я не хочу такой мечты! Не хочу! - хватая себя за волосы и закрывая глаза, орал на всю улицу Су. - Минсок верни меня в реальность! - Но ведь именно этого ты и хотел: жить с Чонином и чтобы не было никаких родителей, - прозвучал неожиданно невесть откуда взявшийся низкий голос. Кенсу раскрыл глаза и увидел рядом с собой Пак Чанеля, сидящего за рулем шикарной иномарки. - Я... Что ты здесь делаешь, Пак? Это ведь моя... - Твоя мечта! - договорил за него Чан. - Что же я могу делать в твоей мечте, а, Кенсу? - улыбнувшись сумасшедшей улыбкой, спросил Пак. Кенсу смотрел на него остекленевшим взглядом и совершенно не знал, что ответить. Он всегда мечтал лишь о Чонине и как в его мечтания попал Чанель он не понимал. Может это опять проделки Минсока? - Во всем виноват Минсок! - зло проговорил Су. - Минсок!? Этот слабый человечишка? Не смеши меня, - прыснул Пак. - Ты думаешь все из-за него? - А разве нет? - Минсок, как и все другие, был в своей мечте. Он был лишь наживкой. Он,словно белый пушистый кролик, заманил тебя, маленькую доверчивую девчушку, в свою нору, - скалился Чанель. "-Добро пожаловать в мою нору", - всплыли слова Минсока в голове у Кенсу. - Неужели это все правда? - думал про себя Су. - Пф!Конечно правда! - тут же ответил ему Чан. - Просто ты все забыл: одна нереальная жизнь наслоилась на другую, заменив собою реальность. Но я знаю, что ты все вспомнишь, когда-нибудь, потому что ты не такой, как другие, хотя, тогда уже будет поздно, - улыбаясь уголком рта, проговорил он. - Что я должен вспомнить? И почему я не такой, как остальные? - Ты должен вспомнить события семилетней давности. И должен вспомнить кто я. - А что тут вспоминать!? Ты Пак Чанель - студент из моего университета, - простодушно ответил Су. - Хах! Это было бы слишком просто, Кенсу-я. Разве нет? - все так же улыбчиво спрашивал Чан у Су. - Я лишь позаимствовал это тело ненадолго. Нравятся мне, знаешь ли, несуразные долговязые ушастые балбесы с манией величия, любящие играть с огнем, - на последних словах в глазах недоЧана загорелись огоньки. - И ты не такой, как другие, потому что твоя любовь чистая и взаимная. Хотя есть еще кое-что, но об этом молчок, - псевдоПак приложил палец к губам. - Но ведь, там, в квартире Минсока, в мечтах Бена Бэкхена был Пак Чанель... и он любил его. - Ах, это! Я подыграл Бэкхену. Захотелось посмотреть, как он бы сходил с ума от всепоглощающей вязкой любви следующие семь лет. Скорей всего, когда закончится его семилетняя мечта, он свихнется окончательно , - смеялся, как припадочный, констатируя правду, собеседник Кенсу. - Но мне другое интересно, - вдруг посерьезнев, сказал недоЧан. - Почему в первую очередь ты не спросил влюблен ли Ким Чонин так же сильно, как и ты в него? - Потому что это вряд ли окажется правдой. Я не поверю в это. - Неужели ты настолько закомплексован, что не можешь поверить в то, что прекрасный и непостижимый Чонин, любит тебя? - смотря в глаза Кенсу, спрашивал улыбающийся субъект. - Но это так: хочешь, верь, а хочешь - нет. Твоя любовь взаимна и только вы вдвоем сможете помочь остальным, заплутавшимся в своих мечтах. - Остальным? Это те парни, что были в доме Минсока? - Да, они. Я не должен был всего этого тебе говорить, но я знаю, что у тебя ничего не получится и все будет так, как я задумал. Так что, возвращайся в дом к Чонину, Кенсу-я. Удачной семилетней мечты и адьес! - псевдоЧан отсалютовал Су и исчез так же неожиданно, как и появился. Кенсу пялился на место, где пару секунд назад находился его собеседник и ничего лучше, чем последовать его примеру он не придумал, а потому нехотя поплелся обратно в дом. На кровати его все так же ждал Чонин, смотревший на него неестественным затуманенным взглядом. Было очевидно, что это один из симптомов чар. - Хен, где ты был? Я скучал! - Чонин обиженно надул губки. Огорченный Су сел на краешек кровати и, опустив лицо в раскрытые ладони, горько заплакал. Зачем ему такая мечта, где его любимый, словно тряпичная кукла делает лишь то, чего хочет кукловод!? Зачем ему существование без родителей!? Кенсу настолько погрузился в свои мысли, что не услышал, как Чонин сел перед ним на колени и, обнял, прижав к своей груди. - Люблю тебя, хен. Очень люблю, - шептал Чонин, гладя Су по голове и плача вместе с ним. Этих слов любви Кенсу очень не хватало и, подняв лицо, он решил взглянуть на Чонина. Тот, продолжая рыдать, прошептал "люблю" и Су поцеловал его горько и горячо, словно ставил свою печать на письме о любви. Их соленые ручейки на щеках переплелись воедино и случилось то, чего выглядящий, как Чанель парень точно не ожидал. Поцеловавшись, тонсэн вдруг отлип от хена и смотрел на него во все глаза. Он смотрел на него так будто не видел его вечность. - Хе-ен! Как же я скучал! Мы так давно с тобой не виделись! - Чонин обхватил ладонями лицо Су и принялся покрывать его беспорядочными поцелуями, а в конце немного замешкавшись припечатал свои губы к его. - Я так давно хотел поцеловать тебя, хен. Прости меня за это. Кенсу абсолютно ничего не понимал. Но то, что взгляд Чонина из затуманенного превратился в живой и горячий, он зразу заметил. - Хен, я вернулся! Это действительно я, - проговорил Чонин, смотря в глаза Су, пытаясь ответить на мысленные вопросы хена. - Вернулся!? Сюда? В мою мечту? Ты действительно Ким Чонин? - Да! - ответил на все три вопроса сразу Чонин. - Но мы ведь не были близки. Я лишь мечтал о тебе, а сейчас ты зовешь меня "хен"... - Ты ничего не помнишь, верно, хен? - Погоди-ка, - не слушал его Кенсу. - Придя в себя, ты поцеловал меня и попросил за это прощение... Ты действительно любишь меня? - снизошло вдруг озарение на Су. - Да, хен, люблю. Ты ведь тоже меня любишь? - с игривыми искорками в глазах, спрашивал Чонин. - Очень! - мгновенно вырвалось из Кенсу. - Это самое главное, а остальное уладится, - нежно улыбаясь, гладил щеку хена тонсэн. - Я расскажу тебе все потом. А сейчас я просто не могу упустить момент, о котором так давно мечтал: я голый, а ты полураздетый на кровати - что еще для счастья нужно? - Чонин стащил широченную майку с Кенсу, которая на тот момент была единственным соблазнительным скудным атрибутом его одежды и завалил на кровать, нависая сверху. Как и немногим ранее, он нежно покрывал тело Кенсу невесомыми поцелуями. - Тебе нужно расслабиться и немного отвлечься от своих переживаний, хен, - шептал Чонин. Он выцеловывал каждый миллиметр хеновского тела. А когда дошел черед до уже стоячего колом члена, то не задумываясь он накрыл его губами. После нежно посасывал головку, размашисто проводил языком по всей длине ствола и смачно вылизывал яички. Кенсу извивался от удовольствия, раздвигая пошире ноги. Чем не мог не воспользоваться Чонин и, облизав свой палец, стал проталкивать его в хена. Это действие отрезвило Кенсу. - Чонин, я пока к этому не готов, - закусывая губы и опуская взгляд сказал Су. - Хорошо, хен, я не буду настаивать. Но я так хочу кончить вместе с тобой, поэтому сделаю кое-что. Чонин довольно мокро облизнул свою ладонь, тем самым хорошо ее смочив и, нависнув над хеном, приблизил свой член к его. Обхватив ладонью их фаллосы одновременно, он медленно принялся водить пальцами по всей длине. Такая близость неимоверно раззадорила и без того возбужденного Кенсу. Он потянулся за поцелуем к младшему и тот тут же накрыл его губы своими. Задвигав своей ладонью быстрее, Чонин приближал их к скорейшей разрядке. - Люблю, - изливаясь Кенсу на живот и содрогаясь в оргазме, шептал Чонин. - Я...тоже, - задыхаясь и пачкая свой живот, отвечал Су. Они оба пытались отдышаться и унять дрожь в теле, когда Чонин дотронулся своим лбом до лба Кенсу и произнес: - Хен, ты готов к путешествию сквозь семь лет? - Что? Как это? - мысли Су были еще далеко после испытываемого кайфа. - Просто доверься мне и возьми за руку, Су-хен, - протянув свои ладони, улыбчиво скомандовал тонсэн и хен подчинился ему. Вдруг они понеслись через бесконечный водоворот времени, сквозь энное количество часов и в определенный момент, появились в нужном месте. Это была школьная аудитория, посреди которой несколько парт стояли плотно друг другу, образуя круг. На дворе стояла ночь и дабы не привлекать к своим персонам внимание включенным светом, ведь ночью ученикам место в кроватях, а не за партами, на каждой из парт стояло по свечке. Кенсу казалась вся эта обстановка какой-то знакомой и даже родной. Вдруг он заметил, что наблюдает за этими ребятами один и Чонина нет с ним рядом, но, приглядевшись, он понял почему. За одной из парт сидел совсем еще зеленый пятнадцатилетний Чонин. А, переведя свой взгляд вправо, он увидел никого иного, как шестнадцатилетнего себя. И тут-то Кенсу все и вспомнил! В тот же момент его душа незамедлительно переместилась в его тогда еще столь юное тело. Это была та знаменательная ночь, когда девять лучших футболистов средней школы собрались воедино перед первой своей игрой, так как их одолевал тремор и сна не было ни в одном глазу. Никто не знал как унять тревогу перед предстоящей игрой и вратарь Пак Чанель вдруг предложил: - А давайте попросим победы во всех наших будущих играх у джина - ифрита. Как думаете, джин отбашляет нам несколько побед? - скалясь во все зубы, спрашивал Чанель. - Ну чем черт не шутит!? Ради прикола можно и попросить, - ответил полузащитник Ким Чондэ. - А давайте! - согласились все хором и, взявшись за руки, попросили стать самой непобедимой командой. Все тогда поржали и разошлись по домам, но на следующий день они действительно выиграли и в следующую игре, и в последующей. И так из успешной школьной команды они превратились в успешную университетскую футбольную команду ЕХО. А в последнюю свою победу, спустя семь лет после загадывания того желания, каждый из игроков задувал свою свечу на огромном торте и загадывал для себя что-то очень личное, чего хотелось, но оно не исполнялось. Вот только не знали они, что не расплатились еще за прошлое желание... И именно поэтому мечты каждого из игроков не были такими радужными, как бы им хотелось, ведь ифрит* вредный джин, питающийся страданиями и неудачами людей. Исполняя первое желание исправно на протяжении семи лет, второе желание (даже не загаданное конкретно ему) он исполнит в свою пользу, терзая человека его же мечтами семь лет. Теперь Кенсу вспомнил все и всех и точно знал, что нужно делать. Он шепнул Чонину отмотать время на пару минут назад, а тот в ответ лишь кивнул. - А давайте попросим победы во всех наших будущих играх у джина - ифрита. Как думаете, джин отбашляет нам несколько побед? - скалясь во все зубы, спрашивал Чанель. - А давайте не будем ни у кого ничего просить, а просто будем расчитывать на самих себя. Я верю в нас, ведь мы лучшие! - Кен воинственно вознес кулак ввысь. - Давайте послушаем хена, ребят. Хен фигни не посоветует, - подмигнув Кенсу, сказал Чонин. - Давайте! - подхватили все кроме Чанеля, который был крайне недоволен поворотом событий. Но на Чанеля уже никто не обращал внимания, потому что ребята поверили в себя, ведь, если в команду верит самый пессимистичный игрок, то они точно придут к победе. Чонин и Кенсу вышли из своих юных тел и перенеслись на школьное футбольное поле. Они присели посреди поля, дабы переварить произошедшее. - Так выходит, что Чанель был ифритом? - Нет. Тело Чанеля было лишь сосудом для ифрита, - ответил Чонин. - Помнишь, как в начальной школе и немного в средней, Чан увлекался поджигательством? - Помню-помню! У него еще тогда спросили зачем он это делал, а он ответил: "Потому что мне нравится смотреть на огонь", - последнюю фразу парни сказали в унисон и засмеялись. - Вот поэтому он и понравился ифриту, ведь он дух огня, - констатировал Чонин. - Так вот оно что, - понимающе замотал головой Су. - Но, хен, осталось еще одно важное дело, - Чонин поднял указательный палец. - Это какое? - Любовь, хен, - младший задвигал бровями. - То есть? - Кенсу не понимал о чем ему пытается сказать младший. - Ты должен будешь всех свести, ведь ты купидон. - Кто я? - глаза Су округлились до необычайных размеров. - Ты купидон, хен, но память об этом придет постепенно. - То есть я маленький щекастый кудрявый пупс с крыльями и с луком и стрелами в руках. Но если так, то где тогда мои крылья и лук со стрелами? - Твои крылья это уверенность в своих словах, а лук и стрелы - это и есть твои слова. Стоит тебе кому-то нашептать о том, что его кто-то любит, он тут же начнет присматриваться к этому человеку и у них все получится. Кстати, только ты, дома у Минсока-хена, увидел все те парочки. - Да!? - Су был очень удивлен услышанному. - И в первую очередь я хотел бы, чтобы ты нашептал Сехуну, что один блондин-китаец очень им заинтересован. А то мне больно смотреть, как он сохнет по мне, а я не могу ответить ему взаимностью. - Ну конечно не можешь, - Кенсу приблизился к уху Чонина. - Ведь тебя любит один очень ревнивый купидон, который оторвет тебе яйца, в случае чего. - Мне стоит быть очень осторожным с этим купидончиком и просто его любить, - улыбаясь, Чонин повернулся к Кенсу и слился с ним в тягучем и сладком, словно карамель, поцелуе. Это была очередная заслуженная победа университетской футбольной команды ЕХО. Ребята радовались своей победе, как дети: они кричали, скакали, запрыгивали друг на друга и не было счастливее людей в тот момент. А потом был праздничный победоносный торт, ведь в этот день игроки праздновали не только очередную победу, но и годовщину создания своей команды. Стоя у торта и, приготовившись задувать свою свечу, каждый из мемберов не знал, что пожелать, ведь у них была куча побед и популярность, а еще с легкой руки, а вернее шепота Кенсу, у каждого была взаимная и прекрасная любовь. У них было все! Поэтому, посмотрев на всех мемберов, лидер Чунмен призвал всех взяться за руки и крикнул: "ЕХО, сараджа!". Все подхватили слова лидера и дружно задули свечи. ...но, если мечты чисты и бескорыстны, то они приведут только к добру. *Ифри́т (араб. عفريت) — сверхъестественное существо в арабской и мусульманской культуре. Входят в класс джиннов ада, известны своей силой и хитростью. Огромные крылатые существа из огня, которые живут под землёй. Также известны как демоны (духи) огня.