Россия плюс Мексика равно...

- Малыш! - крикнул Иван из кухни, слыша лай и чьи-то крики, - ну что за неугомонный пес?! Малыш, ко мне! Раздались быстрые звуки бега на четырех лапах, и перед Иваном, высунув язык и тяжело дыша, предстал пес, державший в пасти какой-то странный по форме кусок джинсовой ткани словно выдранный откуда-то. Беларусь уехала к себе, быстро запрыгнул в машину. Ее срочно вызвал босс. Мексика почесала пса за ухом и аккуратно вытащила из пасти ткань. Тот плюхнулся на спину и выжидательно уставился на девушку - мол пузо, пуза-то почеши! На обрывке мелькнуло изрядно сгрызенное псом наименование. Американское. - Ива-а-ан! Брагинский появился в дверях. Она протянула ему обрывок. - Чего это у нас тут делает обрывок от американских фирменных джинс? - спросил Россия, внимательно вглядевшись в стертые зубами и замусоленные слюнями буквы. - Ну, - спросил он у пса, - ты славно поработал сегодня... Он кинул ему кость. Пес поймал ее на лету и явно довольный отправился в свою будку. *** Химена вышла из душа, обернувшись с ног до головы в пушистое полотенце. Иван словно этого только и ожидал. Он с жадностью накинулся на нее и прижал к стене. Он чуть прикоснулся губами к ее шее, и по ее телу пробежали мурашки. - Что, - выдохнула она, - ты делаешь, Иван? - Как это - что? - спросил тот, еще крепче прижимая ее к стене. Полотенце предательски соскользнуло с плеч, и она чудом, лишь одной рукой его смогла удержать. - Соблазняю... - Я... Ох... - изогнулась Хим. - Руки убери, ах! - Но ты же меня хочешь, не так ли? - его шепот был сейчас самой сладкой музыкой во вселенной. - Хочу... Только не здесь. Она совсем потерялась во времени - еле поняла, как оказалась в спальне и на кровати. Федерация бросил ее поперек покрывала, атаковал поцелуями, прижав уже к горизонтальной плоскости постели и вытянул ее руки над головой, перехватив запястья. - Хочешь потребовать от меня что-то новенькое? - с насмешливым интересом спросила Мексика у России, видя, как он тянется к тумбочке свободной рукой. - Угу. Пришлось навестить пару довольно-таки специфичных мест... Он методично привязал ее руки к спинке кровати черными, эластичными лентами и проверил крепко ли завязаны узлы. Крепко. Ее завели его движения, его покрытое шрамами сильное тело(ни жиринки - все мышцы), но он пока не собирался приступать к «главному лакомству». Лишь неспешно оцеловывал ее шею, иногда чувствительно покусывая и водя языком по месту укусов. Она возбудилась мгновенно и тут же поняла его замысел. - Ты... - хрипло выдыхает она, - собираешься меня помучить? - Да, - усмехнулся Иван, - значи-и-ительное время... - Черт... - Но ты уже согласилась, - его улыбке в этот момент позавидовал бы сам чеширский кот. - Меньше слов - больше дела... В ответ на эти слова, его губы жадно и чувствительно ласкали мочку уха, и он начал спускаться все ниже. Она начала громко постанывать, но пощады так и не просила. Мексиканка извивалась под ним, жадно вскидывала бедра и раздвигала шире ноги - видела, как у него стоит... видела как он хочет ее... Но Ивану хоть и было явно неприятно, но к главному он так и не приступал. Он чувственно целовал ее, проводил самими кончиками пальцев по самым наиболее чувствительным местам ее тела, иногда резко царапал или чуть, не сильно прикусывал. Она совершенно забыла обо всем: например, что на шее останутся шикарные засосы, на запястьях - следы от лент, по телу будут россыпью синяки и царапины. Его руки водили по телу непременно там, где ей именно хотелось... Соски стали чувствительнее. Иван словно почувствовал это и начал дразнить, щипать и лизать их языком... В итоге Химена не выдержала и взмолилась с выступившими слезами на глазах: - Пожалуйста... Я больше не продержусь. - Она выгнулась, напрягая руки в узлах. В место ответа он приподнял ее бедра, с силой сжав руками ягодицы, и вошел одним плавным и мощным движением, и это было так великолепно, так превосходно... замечательно... хорошо - она практически чувствовала его большую твердость внутри - что ей оставалось только выгнуться и... И да, похоже она все-таки кончила, но это было все неважно, потому что, пока оргазменные судороги сотрясали ее тело, он сильными, неровными толчками входил в нее, раз за разом, а потом упал с криком на нее тоже, весь дрожа и тяжело дыша, весь покрытый струящимся потом: он все это время оставался возбужден, удержаться раньше срока ему стоило очень больших трудов. *** Они перевели дыхание в объятиях друг друга. - Ну, как? - спросил Иван, обнимая ее. - Ты еще спрашиваешь?! - она слегка ударила его по плечу. В шутку, конечно же. - Было супер! - Знаешь, быть может, мне впервые нравится дача... А то все водка с шашлыками, сон, радио, книги, телевизор... - Кстати... Что ты там говорил о шашлыках? *** С легкостью извлекая мангал с шампурами с антресолей, и найдя подходящее мясо в небольшом холодильнике, который был на даче, он замариновал мясо, поставил водку в морозилку, и сейчас Химена, облизываясь в предвкушении, готовила пару легких овощных салатов вдобавок к мясу. Дело шло к вечеру, но постепенно затихающая природа была поистине прекрасна. Иван ловко нанизал мясо на шампуры. И сейчас до них, голодных, уже доносился самый вкусный запах на свете - запах жаренного мяса. Право первого куска досталось мексиканке, и она с жадностью начала есть сочнейшее и вкуснейшее мясо. - Мммм, - пробормотала она, - вкусно! Давай, налетай, Иван! Иван раскрыл бутылку и плеснул в рюмку себе и Химене "огненной воды". Она попробовала водку с осторожностью, но та только вызвала у нее еще более острый приступ голода. Она закашлялась. В желудок словно проник жидкий огонь. Иван же выпил первую чарку до дна. Несколько минут они ели, не отвлекаясь на лишние разговоры. Вокруг был мир и покой. Мексике было настолько идеально что, она чувствовала комфорт и гармонию с окружающим ее миром. Словно они и не воплощения, а обычные люди. *** Постепенно на землю опускались сумерки. Она прижалась к Федерации, и они молча вместе глядели на языки пламени, которые плясали свой танец в костре. Изредка звучали трели птиц и скрежетание кузнечиков в высоких травах. Ветер наконец подул. Его робкие, едва ощутимые дуновения волновали траву и ветви деревьев. - Кла-а-ас, - выдыхает она. - Как красиво... И показывает Ивану на то, как солнце постепенно садиться за горизонт. - Действительно красиво, - ответил Россия чуть поцеловав ее в щеку. Она улыбнулась и еще больше прижалась к нему. В воздухе начали зудеть первые комары; Иван начал гасить и так догорающий костер... *** За океаном ситуация была отнюдь не романтической. Америка, матерясь и молясь одновременно пытался еще получше забаррикадировать дверь. Так как внутрь рвалась Наташа, сестра России, желающая... - Альфредушка! - удар ножа пришелся прямо в середину двери и та поддалась под столь диким напором - образовалась дыра. Он с воплем ужаса отпрыгнул от запертой двери подальше. - Я будут твоей женой! - Следующий удар пришелся чуть ниже и в двери тоже засияло огромное отверстие. - Давай поженимся-поженимся-пожени... Теперь-то он как никто понимал Брагинского... Дверь медленно, но верно превращалась в щепки....