Такое иногда случается

      Уже была ночь, но во всех окнах спального района горел свет. Создавалось такое впечатление, что люди были в это время даже активнее, чем днём. И вот у одного из таких «жёлтых» окон сидела юная особа, что-то бормоча по телефону. Имела она средней длинны коричневые волосы, которые под страхом смерти никому не дала бы отстричь, потому как отращивала эту растительность где-то лет пять. Она не была худой, но и полной ее назвать было нельзя, но в принципе, всё зависело от настроения. Что уж банально говорить о цвете глаз - так они были серые, но при особенно ярком освящении оборачивались зелёными.       - Удачи тебе завтра! Будем за тебя болеть!!!       - Так это ж первый день, а не сессия. Или вы сомневаетесь в том, что я несколько часов продержаться смогу?       - Ой, всё, Насть! Только не начинай.       - Я начинаю? Я ничего не начинаю. Я спокойна, как удав. Это вы постоянно всё начинаете, с дурной привычкой не заканчивать! И ты сейчас прекрасно понимаешь, о чём я тебе говорю!       - Удачи завтра!       - Подожди, я ещё только начала!       - ПИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!       Недовольно цокнув и закатив глаза, девушка швырнула телефон на стол и совершенно без сил откинулась на спинку стула. В это время на кухню вошла бабушка.       - Мать звонила? Чего опять поцапались? - шлёпая тапками по полу, женщина прошла к холодильнику.       - Да, бля!!! Ты понимаешь, что она просто каждый раз берёт либо меняет тему, либо просто сбрасывает!       - Бесит, бесит, бесит!- Настя стиснула зубы и выпрямила руки перед собой, сжимая пальцы так, будто душит кого-то в воздухе.       - Как же вы уже надоели со своими вечными разборками, - после этой фразы послышался протяжный вздох, и, достав из холодильника бутылку кефира, баба Катя уже было собралась уйти восвояси, но услышала:       - Да, конечно! Иди! Зачем меня слушать! Уйдите все! - и это лишь ускорило её уход. Как только пожилая женщина отошла подальше от кухонной двери, за спиной раздался мощный хлопок, что заставило даже побелку на потолке слегка осыпаться.       Настя взвыла, плюхнувшись на стул, готовая в любой момент разрыдаться, поддавшись порыву истерики, но вместо этого завела монолог, который отдавался эхом по всей комнате. Он был наполнен душераздирающими паузами, непосильными стенаниями и многострадальными вздохами, прерывающими фразы:       - В этой семье на меня всем на-а-чхать! - она недовольно шлёпнула рукой по ноге. - Вместо Лондона я сижу в этой проклятой всеми Москве! Завтра буду сидеть в этом проклятом РИФЛе*! И всё это только потому, что эта женщина просрала мою визу, только и всего!!! Но ничего! Вот пройдёт этот год, и я свалю! Буду жить там одна!       А дело-то собственно было в том, что Анастасия Андреевна должна была попасть в один из самых престижных лингвистических ВУЗов, но элементарно не смогла даже улететь из-за неведомо куда утерянной матерью визы. И поэтому девушке ничего не оставалось, кроме как за несколько дней и по связям устраиваться в один из самых приличных московских ВУЗов.       Немного успокоившись и осознав, что собственно её слова ни на что не повлияют, неудачница сползла со стула и проследовала к себе в комнату. Времени было часов десять или половина десятого, а значит пора бы уже было лечь спать перед завтрашним днём. Как никак 31 августа - это самый печальный в году день для всей молодёжи, и я думаю сей факт в объяснении не нуждается.       Но депрессия постепенно окутала девушку, и та добравшись до кровати у стены, завернувшись в одеяло и не сдерживая слёз, вдруг решила самокритикой на тему внешности:       - Боже, у меня же никогда не будет парня. Я нравлюсь одним придуркам или гопникам. Скажи за что?! У всех уже были, кроме меня! Я лох, мне уже можно вешать табличку на грудь! Что со мной не так? Может волосы? Да! Точно волосы! Они обычные! Их надо покрасить в синий. Срочно покрасить в синий! - в порыве надежды она схватила небольшую прядь своих тёмно-каштановых волос и стала задумчиво наматывать их на палец.       - Но ведь их надо будет обесцвечивать, и они станут отвратительно сухими! Нет, значит не волосы! - после этой фразы Настя расстроено поджала губу и нахмурила брови, донимая свой мозг вопросом, что же ещё с ней не так.       - Наверное это нос. Точно нос! Он слишком маленький! И губы дебильные! Всё дебильное! - девица недовольно дёрнула выключатель горевшей над кроватью лампы. Это был единственный на данный момент включенный в комнате источник света. Ненавидя весь мир и чувствуя себя отрешённой, Настя всхлипнула и демонстративно повернулась на бок, зажмурив глаза.       Из-за стены слышалось как орал в гостиной телевизор: у бабушки была проблемы со слухом, и, кажется, понятно почему. За приоткрытым окном слышалось жужжание проезжающих мотоциклов и машин. А что же ещё слышать, если окно выходит на дорогу? Ну и что, что девятый этаж - сути не меняет.       Как же хотелось не просыпаться завтра, чтобы эта ночь длилась, как можно дольше. Ведь дальше ждут только неизведанные, полные скуки студенческие будни. А ведь раньше это казалось таким классным - повзрослеть, окончить школу, пойти в институт или ещё куда. Эх, но, увы, жизнь несправедлива ко многим. Думаю сейчас самое время рассказать, чем ещё жизнь обделила «Бедную Настю».       По правде говоря, ребёнок с ранних лет занимался вокалом и грезил о профессии артистки, правда не успел окончить музыкальную школу... Но имел весьма пристойные для любителя актёрские задатки и голос. Всё это перечеркнул отец, который узнал о всей серьёзности намерений девочки, запретил ей посещать что-либо связанное с музыкой и вскоре даже убедил, что это весьма невостребованная профессия. Но так думал только ОН, так было снаружи, на самом деле не одну ночь были пролиты литры слёз артистки, отдающей жизнь языкам. Нет, не то чтобы она плохо в этом разбиралась, о чём говорило ЕГЭ по английскому, которое было сдано на восемьдесят восемь баллов. Просто не готова она была посветить этому жизнь, заниматься этим, работать с этим. Она так яро стремилась в языковой институт Лондона только по одной причине - Вест-Энд. Да. Именно он, ради него можно было и погнить в этой лингвистике.       На самом деле она в тайне от отца пыталась пройти в один не очень знаменитый и соответственно не очень тяжкий по уровню театральный ВУЗ. И вы знаете что? Она прошла. Только толку-то? Кто даст ей там учиться?       В общем об этом она могла бы ныть бесконечно.       Странные сны мучили её этой ночью, полные непонятных событий и пугающих картин. Ну и собственно в пять часов утра нового дня, она уже не могла сомкнуть глаз, опасаясь вновь увидеть хоть каплю этого бреда.       Настя вскарабкалась на подоконник, постелив на него одеяло, и в полусонном состоянии оперлась на стену, разглядывая совершенно пустую дорогу и улицу. Она как бы и не спала, но, уставившись в одну точку, просидела минут десять, совершенно ни о чём не думая. И вот какая-то полная женщина с тряпочной сумкой пересекла зебру и впоследствии оказалась на противоположной стороне. На часах было 5:10.       - Ну и куда? - скрипучим от сна «баритоном» поинтересовалась девушка, подняв бровь.       «Куда можно переть в такую рань? А главное зачем?»       Так ей самой оставалось полтора часа с хвостом, и если обычно на каждое первое сентября она наряжалась, укладывала волосы и красилась, даже несмотря на то, что терпеть не могла своих одноклассников и не считала их достойными своего внимания, то сейчас ей этого не хотелось делать из-за элементарной женской вредности.       «Да, так оно и надо!!! Создам себе репутацию конченной дебилки, и меня оттуда выпрут! Выпрут. И что? И куда?»       Этот диалог в её голове продолжался достаточно долго. Вскоре из-за многоэтажек поднялось солнце, и какая-то меланхоличная истома стрелой пронзила всё её существо:       - Вот ты каждый день делаешь одно и то же. А тебе это нравится? Или так просто было задумано, и тебе пофиг? А может тебе хочется быть чем-то ещё? О, Боже, я говорю с солнцем. У него нет мозга. Алло, Настя, приём!       Потихоньку розовеющее небо напоминало воду, в которую окунули кисточку с розовой краской. Чем больше проходило времени, тем больше и ярче становился цвет, в нашем случае растворяясь в небе. Анастасия перешагнув свою гордость и предубеждение, решила всё-таки ознакомиться с местом, в котором ей предстоит провести целый год и поэтому, вернувшись к кровати, она достала из-под подушки мобильник и зашла на официальный сайт учебного заведения. И тут она от всей души поблагодарила судьбу самыми наиярчайшими цензурными оборотами!!!       На главной странице сайта красовалось объявление:       «Дорогие первокурсники! Мы рады сообщить Вам о том, что по новой программе, разработанной совместно с нашим деканатом, с этого года мы вводим новый вариант обучения и это - парное обучение! С первого и до пятого курса ученики выберут себе постоянного партнёра, с которым будут сдавать все совместные проекты, задания и, возможно, даже защищать диплом!»       Дальше она уже не читала. Этих строк было вполне достаточно чтобы добротно швырнуть телефон об стену, но девушка пока что была слишком сонной для этого. Без единого проявления эмоций она выдохнула и пролистнула на комментарии, внимательно сморщив лоб:       « …что за фигня?! А что если никого не знаешь и достанется парень?! Кто это ввёл? Из-за повышения гомосексуализма?!..»       - Чтооо заа бред? Я сплю. Я точно сплю. Что за Голодные игры?       На самом деле новость была многогранной, смотря с какой стороны на неё посмотреть. С одной стороны, это, действительно, было фигово: желая прожить этот год сосредоточено и грызя гранит науки ради высоких баллов, Насте придётся делить их с какой-то курицей. Фу. С другой же стороны было бы круто сесть на шею какому-нибудь отличнику, чтобы эстетически халявить, оправдывая это своей женской слабостью, как часто и происходило во многих сериалах и фильмах.       Обратив, наконец, внимание на дату объявления, ей захотелось умереть ещё больше, потому как это чертово объявление было сделано ещё двадцать второго мая. Да. Ещё почти три с хвостом месяца назад они предупредили об этом. Но сути дела это бы не поменяло, это было вынужденное решение по принципу: надо успеть хоть куда-то! И совершенно раздавленная этой новостью Настя лениво слезла с подоконника и, ощутив босыми ногами весь холод бодрящего, утреннего паркета, поспешно запрыгнула обратно в кровать так, будто до этого шла по раскалённым углям. Уткнувшись лицом в одеяло, она стала бубнить:       - Нет, только не баба. Не хочу бабу. Надо написать об этом кошмаре девочкам.

***

      Бабулька живо носилась по квартире, не взирая на года и своё физическое состояние. На кухне вовсю шкварчала на сковороде яичница, наполняя звуком и вкусным запахом всю квартиру, а Катерина Ивановна пребывала в поиске своих очков.       "Я клянусь, что вчера они были здесь, я положила их на это самое место. Они же не могли сами встать и уйти?".       Да, действительно, не могли, это было бы не честно. Кухня сама по себе представляла небольшое пространство со столом, за которым могли спокойно уместиться шесть человек, не считая собаки, и огромной кухонной стенкой фиолетового цвета, в которую были встроены всевозможные приборы для облегчения жизни. Где-то рядом там затесался серебряного цвета холодильник, что говорить о поле, то была плитка под цвет стенки, в одной части укрытая ворсистым ковром. В общем ремонт закончили несколько месяцев назад, пока вся семья на месяц умотала на моря и не мешалась.       Настасья медленно открыла дверь своей комнаты, заставляя ту скрипеть от непонимания того, зачем собственно это так медленно делается.Завтрак, сборы и приведение себя в порядок прошли совершенно быстро и незаметно, но всё же вопреки своей гордости девушка уложила волосы и сделала весьма пристойный макияж. И вот на мобильном загорелось ровно восемь часов утра и Настя выдвинулась к своей неминуемой участи. Переходя порог она крикнула бабушке: - Пожелай мне удачи!- - Желаю!-       Дверь захлопнулась со стальным скрежетом.