"Просто я... тебя... люблю..."

Он опять столкнулся с ней в дверях. Как в тот, первый раз… Только теперь… на ней было красивое, черное платье… и глаза, полные не ужаса… боли. - Катя? То есть… Катерина Валерьевна? – он прищурился. - Алекс-сандр Юрич? - Что с вами? - Н-ничего… Она явно нервничала. Он заметил это. - А что… вы здесь делаете? - Работаю… с Юлианой. - Ммм, - протянул он, - Значит, вы теперь… с ней работаете… - Александр Юрич… мне ужасно некогда. Пустите меня, - она опустила глаза. Алекс не заметил, как взял ее за руку и едва поглаживал ее тонкие пальцы. Катерина же пыталась всеми силами вытащить свою руку. Он со вздохом выпустил ее нежные пальцы, как будто не хотел… отпускать ее? Она удивленно перевела взгляд на его лицо. В его темных, карих глазах было столько…. всего…. Но он отвел взгляд и отошел в сторону, освобождая ей путь… Катя не помнила, как она добралась до дома. Как смогла улизнуть от маминых пирогов и папиных наставлений. Как дрожащими руками смогла снять слишком тесное платье. Которое теперь валялось в противоположном конце комнаты. Даже не помнила, как коснулась подушки. Сон накатил, словно цунами. Он был настолько яркий, что казался реальностью. Снилась их вторая ночь. Точнее – ее начало… После которой она поняла, что ОН тоже любит ее…. Ей снился Андрей. Тот Андрей, которого она запомнила навсегда… Но глаза… Глаза у «того-Андрея», из сна, почему-то были темно-карие, с хитроватым прищуром. Не Андрея. - Сегодня я буду нежным…, - И голос был…. Не Андрея. Хриплый, чуть властный…. И губы… И руки. - Нет… давай не будем… - она чуть отстранилась от Андрея. - Почему? - Ты… тебе… зачем это тебе? - Просто… я… тебя… люблю… - от этой фразы, сказанной «не-Ждановым», она запаниковала и… проснулась. Катерина готова была поклясться чем угодно… что после этой фразы перед ее внутренним взором возник… Воропаев! «Не-ет… - она закрыла лицо подушкой, - этого не может быть. Это – сон! Просто сон! Просто… дурной… сон!». Но наваждение не отпускало. Наоборот, ей казалось, что образ проступает всё ярче и ярче. Катя болезненно простонала. - Этого… просто… не может… быть…! - она била руками по подушке, словно вколачивая в нее слова, - Я... так... больше... не могу! Не хочу... не хочу никаких дел иметь с этими людьми! Я хочу… чтобы и Жданов, и Воропаев… никогда даже намеками… не появлялись в моей жизни!