Мужчина, который попал

      - Наконец-то ты начал расти, - с облегчением сказал Миша, обнимая сына.       Они с Игорем собирались проникнуть в лабораторию, которая ещё совсем недавно принадлежала Скоморохову и забрать кое-что. Мишка подозревал, что просто так их не пустят, поэтому решил дождаться вечера, когда в лабораториях почти наверняка никого не будет. Время с обеда тянулось исключительно медленно. Михаил успел уже сварить и съесть две кастрюли каши, прочитать длинное напутствие безмятежно спящей Лариске и провести процедуру Денису. Игорь всё это время снова и снова проверял химерную печать, выискивая недочёты.       - Послушай, - задумчиво проговорил длинноволосый.       - М-м-м? – отозвался Мишка, поглаживая себя по животу. Он как раз начал думать, а не сварить ли ещё и макароны или пока с него хватит.       - А почему ты так уверен, что у нас получится? – Спросил Игорь, подводя какой-то иероглиф.       - Ну, как же, - Миша почесал макушку. Шрамы сгладились и начали розоветь. Ещё немного и совсем пропадут. – Если бы мы делали что-то не так, то Хакуджа сеннин послал бы сюда ещё кого-нибудь.       - А с чего ты взял, что человечество просто не вымрет? Вдруг некого посылать? – Скептически спросил длинноволосый.       - Не-е, - протянул Скоморохов после минутного размышления. – Я думаю, люди зачем-то нужны этому миру. Вон уже две реальности с людьми есть, которым по тысяче лет. К тому же я, разрушитель – человек. Если бы люди не были нужны миру, то я бы родился какой-нибудь амёбой или собакой.       - И зачем это люди миру? – Иронично спросил Игорь.       - А шут его знает, - отмахнулся Мишка, вставая. Всё-таки, лучше ещё раз поесть. Вон, живот уже бурчит. – Может, для того, чтобы Марс колонизировать. Иначе почему людям этого так хочется.       - А как же свобода воли? Душа? – С сомнением спросил длинноволосый.       - Возможно это тоже играет какую-то роль, - развёл руками Михаил. – Откуда ж мне знать. И вообще я снова есть хочу.       Неопределённо хмыкнув, Игорь замолчал. К нему подошёл Денис, сел рядом на корточки и начал с интересом рассматривать закорючки и линии печати. Длинноволосый покосился на него, поморщился, но гнать не стал.       Как только стемнело, они двинулись в путь. Мишка нёс задремавшего сына на руках. Было неизвестно, вернутся ли они ещё в этот дом, поэтому мальчика решили не оставлять.       В лабораторию проникли через внутренний двор. Игорь немного поколдовал над магнитным замком, закрывающим двери, замок пискнул, будто по нему провели карточкой. Дверь бесшумно открылась. Мишка тут же сунулся вперёд.       - Я пойду первым, - шёпотом сказал он. – Я помню, где те штуки лежат.       Игорь кивнул в ответ и двинулся следом. Но прошли они недалеко. В коридоре резко вспыхнул свет и на другом его конце кто-то сдавленно охнул. Миша часто заморгал, пытаясь привыкнуть к свету. Глаза слезились.       - Ми-ишка-а-а! – закричал кто-то, врезаясь в него и обнимая за шею.       С удивлением Скоморохов обнаружил, что это Леночка. Девушка плакала, по крайней мере тушь у неё потекла.       - Иго-орь, - простонала девушка, отпуская Мишу и бросаясь на шею длинноволосому, застывшему от потрясения столбом.       - Чего там, Леночка? – Послышался от дверей третьей лаборатории до боли знакомый голос.       - Варвара Ивановна! – Заорал Михаил, забыв про всякую осторожность. – Чего это вы тут делаете?       - Дежурю, - ответила женщина, появляясь в дверях. – А вы всё-таки пришли, как я и говорила. Так, Леночка, хватит мужика душить. Мужики от этого отбиваться начинают.       Чмокнув напоследок Игоря в щёку, девушка отпустила его. Мужчина на это практически никак не отреагировал.       - Вот что, давайте-ка пойдём в нашу кухоньку, выпьем чаю, поболтаем, - приветливо предложила Варвара Ивановна.       - Некогда нам, - отмахнулся Мишка. – Нам надо только одну штуку забрать и двигаться дальше.       - Ничего не получится, - махнула рукой женщина. – Пётр Николаевич всё вывез.       - Да ё… - Мишка зло выругался. Денис беспокойно заворочался у него на руках и Скоморохов опустил сына на пол.       - Но мы смогли забрали самые ценные образцы, - продолжала Варвара Ивановна. – Каждый с собой что-то унёс. Так что вы скажите, что вам надо и мы нужного человека тут же представим пред ваши очи.       - Нам нужен образец дерева и врата, - устало ответил Мишка.       - То есть, ты как-то надеешься запечатать десятихвостого? – Небрежно спросила женщина.       - Да, да, соби… что? – Мишка так и замер с выпученными глазами. – Откуда вы знаете про десятихвостого? С чего вы взяли, что Кагуйя – это он?       - Ой, да как будто мы слепые идиоты, - фыркнула Варвара Ивановна, а Леночка важно закивала. – Мы ж видели, как вы одержимы этой глупой детской историей. И мы все с ней ознакомились, когда увидели первые результаты опытов. И вы думаете, что мы не узнали принцессу Кагуйю, когда вы её сюда привели? Вы думаете, что мы бы вот просто так позволили вам проводить опыты на каком-то совершенно непонятно откуда взявшемся человеке в нарушение всех норм, правил и здравого смысла?       - Так вы всё знали?! – Заорал Мишка.       - Догадывались, - весомо ответила женщина.       - Ой, а мы тут поспорили, кто вы, - обратилась Леночка к Игорю. – Вы родственник Мишки или ещё один мутант? А Славик вон ещё предположил, что вы пришелец из будущего – следующая ступень эволюции человека.       - Можете спокойно отдать все деньги Славику, - простонал Миша, прикрыв лицо руками. – Или на что вы там спорили… хих… хих… я не могу поверить, вы всё это время знали! Хих… Михаил опустил руки. Глаза его беспокойно шарили по потолку, будто выискивая какие-то тайные знаки, а рот раскрылся в жутковатом оскале. Подзатыльник от Игоря прилетел неожиданно, но весьма кстати.       - Нет, ты определённо совсем как Юдзиро, - выдохнул Михаил, становясь серьёзным. – Подзатыльники, по крайней мере, те же.       - А, так ты такой придурок из-за того, что тебя всё время по голове били? – Ехидно спросил длинноволосый.       - Не совсем, - ухмыльнулся Скоморохов. – На мне ещё опыты ставили.       - Опыты? Кто ж это на вас опыты ставил? – Тут же заинтересовалась Варвара Ивановна.       - Орочимару, - с чувством сказал Мишка. – Но это длинная история.       - Вот и славно, - ответила женщина. – Как раз чаю попьём, послушаем. Пока ещё Славик и Евгений Владимирович приедут.       Так они просидели за чаем несколько часов. За это время Мишка успел коротко рассказать о своей нелёгкой жизни.       - И вот, теперь надо запечатать Кагуйю, пока она не наделала непоправимых дел, - грустно закончил Мишка.       - Это точно, - ответила Леночка.       - Михаил Сергеевич, я вот что думаю, - задумчиво проговорила Варвара Ивановна. – Если вы вытянете из девочки достаточно сил и вернёте её из забвения, то она всё равно никого не будет же слушать. Разве что марсианскую колонию удастся сохранить. Как думаете, получится ли такое?       - А шут его знает, - грустно усмехнулся Скоморохов. – У меня всего пять классов образования. Так что я ни черта не знаю.       - Ой, да ладно, - усмехнулась женщина. – У меня два высших, но я могу сказать то же самое.       В этот момент на импровизированную кухню зашли Славик с Евгением Владимировичем. Каждый из них нёс по сумке.       - Привет, Мишка, - радостно махнул рукой Славик. После этого он вывалил на стол прямо между кружек и блюдец с печеньем кусок дерева с человеческим лицом. – Вот, принёс.       - Бр-р-р, меня всегда от него воротило, - передёрнула плечами Леночка. – Выглядит, как труп. Убери, пожалуйста.       - Это и есть труп, - обиженно ответил парень, убирая деревяшку в сумку. – Труп первого Хокаге.       - Вот, всё здесь, - значительно сказал Евгений Владимирович Мишке, поглаживая свою сумку. Внутри что-то звякнуло. – Шесть врат.       - Отлично! – Воскликнул Михаил. – И раз уж все здесь, то думаю можно заодно приготовить всё необходимое для пересадки души Орочимару.       - И в кого будем пересаживать? – С интересом спросила Леночка.       - В него, - Скоморохов хлопнул по плечу сидевшего рядом с ним длинноволосого. – Он, кстати, будет вашим следующим начальником после меня. Он, конечно, будет протестовать, но вы не бойтесь, он на самом деле добрый.       Игорь в ответ скрипнул зубами, но промолчал. Он слишком любил в этот момент Мишку, чтобы даже отвесить ему подзатыльник.