Там, где Великий ворон клюёт кусочек неба

Дело клонится к вечеру. Дует сильный ветер, но воздух почему-то кажется таким тесным, что трудно дышать. Выбравшаяся из палатки чудо чувствует себя голодной. - Есть хочу, - тянет она, сев на лежащее у костра бревно. Раньше оно лежало в другом месте, но потом сообразительные участники похода перекатили его поближе к палаткам и костру. Настоящая родина Кирилла - ниоткуда, но все почему-то считают его землянином. Странным, но землянином. - Давай, инопланетянин, не стой за деревом, - хмыкает она, пытаясь отыскать в своём рюкзаке хоть намёк на еду. Хоть маленький кусочек колбасы или чего-то в этом роде... да хотя бы простого хлеба кусочек. В этот миг особо понятно, что было глупостью разрешать всем лезть в свой рюкзак, если вдруг кому захочется поесть. Кирилл подходит, ведь прятаться от чуда немного глупо. - У тебя есть еда? - спрашивает Алёнка. Сразу, без обиняков. Подумаешь, было нечто вроде отношений. Да и было ли вообще? Это ведь не значит, что стоит начать друг друга ненавидеть. Сейчас интересно только одно: поделится ли он едой или как всегда? Конечно, "как всегда" - громко сказано. Подумаешь, никогда раньше с ней вообще не делился. Даже не поймёшь - встречались или нет вообще. - Ну и молчи дальше, - бросает она Кириллу со странной обидой и скрывается в палатке. *** Тихо сегодняшним вечером. Дарий сидит на самой крепкой и прочной ветке дерева и смотрит вниз без страха. Яркие лучи заходящего солнца щекочут кожу и траву внизу, на дороге чуть поодаль ложатся отдохнувшие за день, ещё не проснувшиеся толком тени. - Давно сидишь? - интересуется снизу Илья, сжимающий лямку походного рюкзака в руке. - Скоро отбой, все по палаткам, так что слезай. Дарий уже давно подумывала слезть, но теперь у неё есть идея получше. - Залезай ко мне. Здесь красиво. Закат видно. Ты ведь поэт, любишь закаты, наверное. Она никогда не говорила столько глупостей разом, но Илья проворен - хоп! - и уже на соседней ветке. Даже не скажешь, что всего пару секунд назад под деревом стоял и звал её на отбой. Оба молчат. Любуются закатом и переливами речных волн вдали. - У меня в рюкзаке есть колбаса. И хлеб. Может, поедим? - предлагает Илья. Дарий согласна, ведь она давно не ела и очень голодна. - У меня есть чай в термосе. И стаканчики. На весу резать колбасу не слишком приятно - к тому же половина кушанья из-за невезения упала под корни дерева, а доставать её было лень, - но всё же оба едят криво, но без травмоопасных приключений порезанную колбасу, положенную на чуть помятые ломтики хлеба, и прихлёбывают чай из термоса. - Нас потеряют скоро, - напоминает Дарий, когда всё уже съедено. Илья неопределённо поводит плечом: - Да половина туристического лагеря уже разбежалась по лесу, так что пока их отыщут... В его глазах - блеск. Совсем как искры от электрических разрядов. - У меня ещё соломка есть. В шоколаде. Давай с разных концов? Сердце колотится в удивлённом ритме. Он смотрит на часы, не слишком туго затянутые на запястье. Они едва слышно тикают, но их заглушают крики вечерних птиц и ауканья не слишком взрослых туристов. Удивительно, но Дарий соглашается. И синие бабочки разлетаются от лёгкого, смутительного прикосновения губ.