Любовь вторична

- Ребенок, значит, - Акаши сверлил Тецую одновременно угрюмым и гневным взглядом. – Это все? Она нерешительно кивнула и осторожно посмотрела на парня. Сейджуро выловил ее сразу, как она вернулась с работы. Усадил за стол и заставил рассказать обо всем. Это были самые сложные часы в жизни Куроко. Более того, она теперь не знала, как к ней относится Акаши. Вроде бы она ничего и не утаила вчера вечером, но рассказала все настолько в общем, что это даже внимания не стоило. И теперь она об этом сожалела. - Это точно все, Куроко? – медленно, но твердо спросил Сейджуро. – Или мне и дальше все вытягивать из тебя клещами? - Нет, - стойко встретила она яростный взгляд своим. – Это все. Акаши подозрительно прищурился и выдал: - А обо мне ты знала все. Я разочарован. Эти слова невыносимой болью пронзили ее душу. Нет, она ни за что не хотела его ранить. Просто не смогла обременять еще большими проблемами, их и так немало. - Акаши-кун, - она не могла подобрать правильных слов. – Все, что я делала… - Это отказывалась от помощи всеми силами, - перебил ее парень. – Хотя она тебе необходима. - Это не так. Но я больше морально не могу тебя о чем-то попросить! - Дело не в морали, а в том, что твои мысли опять повернули в какую-то абсолютно нелогичную сторону. - Это уже слишком, Акаши-кун! - Тецуя! Она вздрогнула от звука собственного имени и осторожно посмотрела на Сейджуро. Это был все еще он? Да, он был все тот же. Разозленный, кипящий гневом, но такой «свой». - Ты действительно не понимаешь? – шипел он. – Думаешь, я помогаю просто так? Что ты всего лишь мой очередной пунктик? Ты – одна из Поколения чудес. Ты часть нас, а мы – часть тебя. Тебе отмерен такой же кусок пространства в моем сердце, как и всем чудотворцам. Я помню каждого встреченного мной человека, помню каждого из команды, но вы для меня нечто большее. Больше, чем даже друзья. И я не хочу, чтобы один из столпов моего мироздания опустил руки и утопал в болоте! Так в чем же дело, Куроко? - В том, что у меня тоже есть чувство собственного достоинства! Акаши осекся. Это чувство было ему знакомо, но: - Но ты не справишься сама, - это была правда. – Я позвоню моему семейному врачу… - Акаши-кун! – Тецуя была на взводе. – Прекрати это, пожалуйста. Позволь мне сохранить хоть какие-то остатки гордости. Он прикусил нижнюю губу на полуслове и бросил в сердцах: - Делай, что хочешь, - он так сказал, но все равно был уверен в своей правоте. Пусть думает, что убедила его, но он все равно поступит по-своему. Не было еще в мире человека, осмелившегося не подчиниться его приказу. Вот и Тецуе рано или поздно придется смириться. – Звонила твоя бабка. - Бабушка Саю? – не поверила Куроко. - Сообщение на телефоне, - он махнул рукой в сторону домашнего, и девушка тут же метнулась к аппарату. Квартиру вновь наполнил старческий голос, записанный умной машиной. - Она… хочет, чтобы я приехала, - пробормотала девушка после того, как прослушала послание. Кому это было сказано – непонятно. Наверное, самой себе. Чтобы еще раз убедиться в правдивости этих слов, чтобы осознать. - Ты уедешь? – этот вопрос волновал Акаши с самого утра. Да, ей будет лучше в Киото. Там у нее семья, поддержка, будущее. Там ей не придется перебиваться подачками и наступать на горло своей гордости. Но он все равно втайне рассчитывал на ответ «Нет». «Нет, я останусь здесь. Здесь мне хорошо, - ну же, скажи так». - Да, - был ее ответ. Она даже не думала над другими вариантами. – Акаши-кун, спасибо тебе за все. Если бы не ты… я бы точно наглоталась каких-нибудь таблеток. - Куроко, обдумай все хорошо. - Тут нечего думать, - возразила она. – Теперь, я знаю, что делать. - И что же? – что такого она успела придумать? - Я перееду в Киото, и там с помощью бабушки смогу обеспечить нормальное будущее моему ребенку, - пояснила она. - Ты все-таки решилась на это? Она кивнула. Да, теперь все станет на свои места. Препятствий больше нет, осталась лишь жизнь, прямая и без развилок. Такая, какой была всегда, но сейчас ее освещало солнце. Тецуя в тот же миг набрала оставленный номер, воодушевленная появившейся надеждой. А Акаши свои чувства разобрать не мог. Он тоже был рад, что, наконец, все наладилось, но с другой стороны понимал: ему понадобится время, чтобы привыкнуть к ее отсутствию. Ведь он действительно доверял Куроко как себе. Сейджуро еще не определился со своими эмоциями, когда доставал из кармана мобильный, где написал Мидориме всего пару строк: «Собирай всех. Сегодня вечером у меня. Срочно».

***

В небольшой гостиной было тесно от собравшихся в ней людей. Один только Ацуши, казалось, занимал добрую половину комнаты, а остальные неорганизованной толпой разбрелись по свободной части помещения. Кисе устроился на диване рядом с Тецуей и что-то увлеченно ей рассказывал. Мидорима облюбовал себе кресло, где абстрагировано пил предложенный кофе. Мурасакибара сначала хотел принести себе из кухни стул, но быстро отказался от этой идеи, пожалев несчастную мебель, и просто устроился на ковре. Момои, Аомине и Кагами разместились на низких пуфиках у журнального столика и теперь весело обсуждали события в Меян. - Мидорима, - нахмурился Акаши. – Я, конечно, сказал собрать всех. Но его-то зачем? – кивок в сторону Тайги. - Че? – не понял экс-форвард Сейрин. – Я разве не один из вас? - Нет, - чудотворцы сказали это хором. - Он может уйти, - пожал плечами Шинтаро, не принимая ситуацию за проблему. - Да как бы ни так! – подпрыгнул Кагами. - Ладно он, - вздохнул Сейджуро. – Но что здесь делает Айда Рико? Все синхронно обернулись на девушку. - А что? – не поняла она такого внимания. – Я личный тренер Аомине и Кагами. - Эм, хорошо, - согласился Кисе. – Но зачем ты здесь? Рико нахмурилась и повторила еще раз: - Я. Личный. Тренер. Аомине. И. Кагами, - она сказала это так, будто объяснила истину идиотам, но больше ее решили не трогать. - Пусть так, - вздохнул Акаши. – А он кто? – все уставились на мрачного Хьюгу, который молча подпирал собой стенку. - Я будущий муж личного тренера, - поднял голову тот. - Итак, - начал Шинтаро. – Из лишнего народа у нас только Кагами, его личный тренер и будущий муж личного тренера. Без них мы, определенно, не справимся. - Вам не кажется, что лишнего народа немного дофига? – заметил Дайки, за что получил тычок от Кагами. - Неважно, - заключил Сейджуро. – Они все равно в итоге узнают. - Что узнают? – спросил Кисе, а у Тецуи внутри все похолодело. Зачем Акаши было собирать всех сейчас? Что такого он собирался рассказать, чтобы на сборе обязательно присутствовали все? Она уже догадалась. - Акаши-кун… - Куроко вскинула голову и во взгляде красных глаз прочла, что не ошиблась. Он же обещал, что не станет ничего рассказывать без ее согласия! Он не нарушает обещаний. Или, стоп… Тогда в парке, он сказал, что будет молчать, пока не придумает объяснение. Но почему же он ничего не пояснил ей? Почему не посоветовался? Неужели, теперь у него тоже появились свои тайны? - У меня для вас есть новость, - тем временем начал организатор. – Прежде, чем делать какие-либо выводы, дослушайте меня до конца. Потом я выслушаю каждого из вас. И, Кисе… - Да? – оживился блондин. - Отсядь от Куроко. - Зачем? – не понял тот. - Отсядь, - это был приказ. - Ладно-ладно, - и Рета сполз на еще один пуфик. Все заострили внимание на Акаши, заинтригованные причиной сбора. И он не заставил себя ждать: - Причиной, из-за которой я пригласил вас сюда… - А кто-то пришел без спроса, - тихо буркнул Кисе. - …является Куроко, - все удивленно посмотрели на краснеющую от давления Тецую. – Он был нашим товарищем в Тейко, чьим-то – в Сейрин, так что мы все хорошо его знаем. А также знаем его способности. Тайга и Дайки синхронно кивнули. Уж они-то знали о возможностях «тени» практически все. - Из-за своих способностей я и определил Куроко в основной состав как призрачного шестого игрока. Аомине, ты и сам это помнишь. Мулат с ухмылкой кивнул и подтвердил: - Ну еще бы! - Но никто из вас не знает, что произошло потом, - продолжал Сейджуро. С этого момента и начиналась его ложь. – Вы не знаете, что на следующий день Куроко отказался от своего назначения. Для всех это было шоком. Особенно – для Аомине. Он непонимающе обернулся на Тецую, но встретился с таким же шокированным взглядом друга. А это было еще более странно. - Тогда я был удивлен не меньше, - продолжал Акаши. – Но правда в том, что официальными правилами играть в нашей команде Куроко было запрещено. - Это еще почему? – не выдержал Кагами. Сейджуро посмотрел на перебившего его баскетболиста недовольным взглядом и принялся пояснять: - Наверное, вся суть в том, что внешность себе люди не выбирают. А Куроко, хоть и выглядит как хилый парень… но сейчас перед вами девушка. Она родилась такой необычной. В комнате повисло молчание. Давящее, разрывающее, убивающее. Каждый пытался осмыслить полученную информацию, но она никак не укладывалась в голове. Тецуя, которого все знали столько лет как спокойного и замкнутого парня, оказался девушкой? Это заявление звучало как полный бред. Как вообще такое возможно? Как можно было так тщательно скрываться со времен средней школы? Как она могла молчать? - Тецу?.. – медленно обернулся Аомине. Она не знала, что ему ответить, в глазах уже было мутно от накативших слез. Но в этот момент Акаши продолжил свою придуманную сказку: - Решение исключить ее из команды было бы логичным, но я решил пойти на риск. Потенциал Куроко оказался слишком велик, чтобы я просто так от него отказался. - Акаши! - вскочил Дайки. – Только не говори мне… - Я запретил ей распространяться о своем поле и приказал изображать парня все годы обучения в Тейко. А после – и в старшей школе. Только так мы могли сразиться в будущем, - он сделал короткую передышку и добавил. – Честно говоря, Аомине, я был поражен, что ты, общаясь с Куроко еще до того, как я обнаружил ее талант, ничего заметил. Конечно, это было неочевидно. У нее весьма специфическая внешность, но ты же ее лучший друг. «Акаши-кун», - она не могла поверить в то, что произошло. Она не хотела слышать эти слова. Ей не нужно было это самопожертвование. – «Зачем? Что ты такое говоришь? Уж лучше бы ты рассказал им правду! Почему ты это делаешь? Почему ты так стараешься меня оправдать? Я тебе никто». - Куроко-чи – девушка, - Рёта все еще находился в прострации. - Что за бред?! – Аомине был в ярости. – Акаши, это уже блядство! - Из-за твоего эгоизма… - попытался поддержать форварда Хьюга, но был остановлен взглядом Рико. - Пусть сами все решат, - тихо сказала Айдо. – Это случилось задолго до нашей с Куроко встречи. Так что не нам влезать. Брюнет одарил любимую непонимающим взглядом, но кивнул, соглашаясь. - Какого черта ты творил все эти годы? – сорвался Дайки. – Ты понимаешь, что перечеркнул Тецу всю жизнь?! - Да, - спокойный ответ. - Знал и все равно пошел на такое?! - Аомине, ты помнишь девиз Тейко? Победа – это все. - Твой поступок не имеет ничего общего с победой! - Как раз наоборот. Я заполучил в команду сильнейший тыл, который только может быть. Куроко вытянула нам множество матчей, ты и сам это понимаешь. Так что прикуси язык. Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Аомине замолчал. Лишь гневный взгляд выказывал всю ту ненависть, которую он испытывал к своему экс-капитану. - Я никогда не приму это, - тихо сказал он и быстрым шагом направился прочь из квартиры. - Аомине, постой! – попытался окликнуть его Кагами, намереваясь пойти следом, но его опередили. Тецуя. Дайки был ее лучшим другом. Она считала его другом всегда, даже когда он отказался от ее помощи. И от нее самой. Его теплая улыбка оставалась в ее сердце всегда, согревая в дождливые дни. И вот теперь он уходит. Но уже не на время, чтобы встретиться в будущем. Он уходил навсегда. Такой дорогой для нее человек. Она сама не поняла, когда сорвалась вслед за ним. Не помнила, как догнала его на лестничных пролетах. Знала лишь, что кричала: - Аомине-кун! Он обернулся, и следующее, что почувствовала Куроко, были его объятья. - Тецу… - он прижал ее к себе, так сильно, как только мог. На его щеке блестела тонкая дорожка от слезы, а голос предательски подрагивал. И Тецуя почувствовала, что тоже не в силах сдержать эмоции. - Прости меня, - шептала она, всхлипывая. – Прости, пожалуйста. Не злись на Акаши-куна, дело во мне. Я не хотела, чтобы ты знал. Не хотела, чтобы поддавался. Не хотела, чтобы тебе… стало неинтересно со мной играть… - на этот раз она говорила правду. Ее баскетбол в Тейко начался с Аомине. Он действительно был ее светом. Настоящим, ярким и теплым. Он заслужил эту правду. – Я всего лишь хотела с тобой играть… - Тецу, - он опустил голову ей на плечо, стараясь сдержать накатившие слезы. – Почему ты не сказала мне? Я же был с тобой всегда, - он сжал ее крепче, но голос стал только тише. – Я всегда был с тобой. Только я… Только ты меня понимал…а. Понимала. Тецу, черт возьми, - он замолчал. Просто стоял несколько минут, не выпуская ее из плотного кольца рук, пока вновь не заговорил. – Я не оставлю тебя. Ты всегда в моем сердце.