Хранимые адом.

Спать на полу в неудобной позе было крайне мучительно. К тому же каменный пол был ледяным. Даже прижавщаяся к боку девушка не согревала деревянные мышцы. Парень попытался шевельнуться(что было очень и очень зря: боль пронзила затекшие конечности) и присесть. -Непривычно,да?-Майя приселя рядом и,кажется, подтянула колени к груди. -Издевались?-девушка услышала, но оставила вопрос без ответа, видимо не желая вспоминать. Эдгар же решил больше не терзать беднягу своими вопросами. Он лишь прижал исхудавшую старосту поближе. -Кто-то идёт,-голос чуть охрип от холода и долгого молчания. -Ты слышишь?-то ли от страха, то ли от холода зубы предательски стучали. -Чую. И это совсем плохо,-девушка шумно сглотнула,-не светит нам это ничем хорошим. Префект дрожала. Она прижалась бочком к напрягшемуся Питерсону и тихонько всхлипнула. К тяжёлой двери кто-то подошел и она открылась. От режущего света глаза заболели и заслезились, их пришлось прикрыть. Ребят схватили и ,грубо подняв на ноги, куда-то потащили. Через промежуток времени тело парня встретилось с более тёплым полом, глаза начинали видеть. Когда зрение частично вернулось, Эд понял, что это та комната, через которую он попал в дом. В ней витали запахи мяты, коньяка и сигаретного дыма и было очень тихо. Когда глаза окончательно привыкли к свету, парень разглядел происходящее в комнате: один из близнецов (хрен поймёшь, кто из них кто) сидел на том самом вульгарном красном диване, второй навис над самим Питерсоном, их сестра оперлась о косяк. Под ним что-то блеснуло:целофан? Юноша глянул на Майю; в темноте не было видно, что с ней стало, но теперь парень отчётливо видел, как была она избита, как исхудала. Поникнув, префект сидела у ног близнеца, восседавшего на диване ,и тупо глядела в устланный целофаном пол. Тот нахально гладил её по голове, словно верную собачонку. В один момент произошло то, что оглушило Эдгара:близнец схватил старосту за волосы, оттянул голову назад и, не замявшись ,перерезал ей горло. В ушах юноши зазвенело. Майя не билась,не хрипела перед смертью. Она просто резко замолчала. В ушах все раздавался предательский звон,Эдгара вывернуло наизнанку. Больше держаться он не мог. Он кричал не своим голосом, бился в истерике и кидался на убийц Майи. Парень орал так, что казалось будто ему только что перерезали глотку. Он не мог, не хотел верить в её смерть. Что больше она не посмотрит на него с укоризной, не поправит ,что щеки её не покроются румянцем от его колкого замечания. Что она умерла. "Пусть все это сон.. Пусть Майя жива" Но это не так...