Друзья

Тихо музыка. Она усыпляла лежащих на кровати парня и девушку, которые после небольшой драки подушками завалились отдыхать. Люси уже почти уснула на крепком плече лучшего друга, ведь на улице была глубокая ночь, и лишь луна и звезды освещали темные переулки. Моргнув пару раз, прогоняя сон, Драгнил повернулся лицом к девушке и на секунду замер. Он уже множество раз видел ее так близко, и с каждым разом златовласка казалось ему еще прекрасней. Нацу не мог понять, почему именно эта девушка так сильно притягивала его, ведь в институте, где он учился, просто полно привлекательных девушек, которые не уступали в красоте Хартфелии. Так говорили его друзья, но он не соглашался с этим мнением. Нацу готов поклясться, что его подруга даже не имеет понятия, как сильно он беспокоится за нее. О том, какой чудесной и прекрасной он ее считает. Она делает его покой грустным и счастливым, а ее смех… это что-то невообразимое и запредельное. Он сходит с ума, когда она говорит с ним, когда заставляет волноваться и бояться за нее. Она этого даже не представляет. - Детка, - тихо прошептал на ушко Саламандр, зная, что его услышат и отвеется. Люси закинула одну ногу на талию друга и поудобней устроилась на мужском плече. – Иди ко мне. Он нежно взял ее за руку и повел танцевать. Люси нехотя встала с кровати и последовала за Драгнилом на воображаемый танцпол. Она таяла в его объятиях. Каждой клеточкой своего тела ощущала жар, что исходил от тела парня, и то ли алкоголь, то ли сорокаградусная летняя жара ударила ей в голову, но Хартфелия желала прижаться к другу настолько, на сколько было возможно. Голова кружилась, когда парень опускал свои руки с ее плеч на талию, слегка сжимая бока длинными пальцами. - Щекотно, Драгнил, - смеясь, говорила златовласка. Она пыталась выкрутиться из его цепких силков, но сильные руки не давали ей этого совершить. – Пусти. - Никуда ты от меня не денешься, - улыбаясь, ответил Саламандр, наклоняясь чуть ближе к девичьему личику и убирая прядь светлых волос за ухо. Он крепко обнимал ее, стараясь слиться с ее телом, насытиться им. Нацу так хочет быть рядом. Ближе, чем положено. Он хочет коснуться хотя бы взглядом того запретного, о чем грезит каждую ночь. Ее губы были совсем близко. Они манили и звали его, обещая что-то прекрасное. Драгнил не думал о последствиях. Ему жизненно необходимо было поцеловать ее, иначе он бы задохнулся. - Это грубо. Но я имею право, - сказал парень и припал к девичьим губам. Не закрывая глаз, он видел, как удивленно Хартфелия смотрела в его серые глаза, чувствовал, как тоненькие маленькие пальчики сжимали его плечи, не зная, оттолкнуть или притянуть ближе. Это замешательство послужило искре стать пламенем. Поцелуй стал неожиданностью для обоих. Им казалось, что между ними пробежала искра, зажигая внутри чувства, которые они не осознавали и прятали не только друг от друга и окружающих, но и от самих себя. Их тела не слушали голос разума. Они подчинились чувствам и желаниям, не задумываясь не о чем, просто забыли о мире, о людях, о правилах – всё исчезло, стало незначительно – остались только они и их желание раствориться друг в друге. Люси не помнила, как они ушли от этой реальности. В ее памяти запечатлелись только те моменты, которые были связанны только с ее лучшим другом. Поцелуи становились настойчивее, тело обжигал огонь, идущий изнутри и сжигающий, вытесняющий все разумные мысли. Развернулась к Нацу спиной, прижимаясь бедрами к нему и, чувствуя, как сильно он возбужден. И это заводит. Девушка понимала, что хочет его здесь и сейчас. Она хочет быть рядом с ним. Златовласая жадно вдыхает аромат его парфюма, громко дышит через рот и закатывает глаза, когда его влажные губы целуют шею, иногда покусывая. Она издала громкий стон, когда сильные, большие ладони прошли по ее груди, надавливая на ребра и, пальцами, подняли резинку шорт, пробираясь под трусики. - Нацу… - стонала девушка, когда Драгнил подушечками пальцев надавил на набухший клитор. – Только не там, - и она даже не знала, что может быть так хорошо, что только от прикосновений можно таять и терять равновесие. - Меньше слов, Люси, - прошептал на ухо и поцеловал мочку. Одежда полетела прочь. В разных уголках комнаты покоилась баскетбольная форма парня, которая еще недавно была на Хартфелии. Безусловно, ему нравилось, как его одежда смотрится на подруге, но этой девушке уж куда лучше без нее. Саламандр с восторгом смотрел на её тело, которое каждую ночь снилось ему, к которому тянуло, словно магнитом. Вид полуобнаженной блондинки воспламеняет кровь и ноющая боль в паху увеличивается. Драгнил положил одну ладонь на грудь задыхающейся от волнения подруги. Сжал её и обвел контур сосков. То, что нужно. То о чем он мечтал. Упругая и аккуратная, созданная доставлять удовольствие. Ему одному. Другая широкая ладонь скользнула вниз по животу, бёдрам и, снимая кружево, проникла между ног, вынуждая девушку издать еще один стон и смутиться еще больше. Хотя, куда уж там… - Будь послушной девочкой, - шепчет парень и приникает к её губам, терзая их настойчивым и глубоким поцелуем. Его губы горькие от выпитого пива, его язык подчиняющий и нагло врывающийся в её рот. Люси никогда не целовалась столь необычно… по-взрослому. Всё, что он делает так ново для невинной девушки. Драгнил обнимал, ласкал, какая-то часть его сознания понимала, что это первый и единственный раз, когда она будет принадлежать ему, что завтра, проснувшись, она уйдет. Он запомнил каждую клеточку её тела, каждую её ласку, её движение, ее слова. Все это время Люси твердила в забвении только его имя. Через темную завесу штор осторожно пробирался первый лучик солнца, нежно касаясь лица Хартфелии. Девушка открыла глаза и почувствовала, что рядом лежит Нацу. Счастье волною заполнило её всю, и не было ничего прекраснее, чем проснуться рядом с ним. Проснуться рядом с любимым человеком. Она улыбнулась… Он пошевельнулся и крепче обнял её, но, словно очнувшись ото сна, резко убрал руку. Его взгляд был полон раскаянья, ей показалось, что он сожалеет. - Прости… - хрипло извинился он. – Не нужно было этого делать… - Н-нацу! Что ты говоришь?! – Люси недоумевала. Ее пугал его взгляд, еще никогда Драгнил не смотрел на нее такими растерянными и виноватыми глазами. Ей казалось, что парень думал о том, что совершил самую большую в жизни ошибку. Она не понимала, почему он так повел себя. Он встал и начал одеваться, его движения были порывисты. - Я… ты… мы сделали то, что не должны были делать… - Почему!? – удивилась она. - Ну, мы… Ты – мой друг… Я – твой….