And now, go toward the light

Кроули был надежно привязано в одной из комнат, скованный наручниками и находился посреди ловушки. Аду так же приковали наручниками и посадили в ловушку. Дин делал все сам, не допуская до ритуала даже Сэма. Дин осветил помещение. Еще раз проверил прочность оков. — Ты вся дрожишь! — изумился Дин, коснувшись руки девушки. — Пустяки! — отмахнулась Ада. Дин решил сделать все по правилам так же как с Кроули и потому собирался вкалывать Аде свою кровь каждый час, ровными порциями восемь часов подряд. Миновало пять уколов. Сэм лишь слушал крики демона за дверью. И тут появился Дин, до этого он ни разу не выходил из комнаты, находясь рядом с девушкой. Дин схватился за голову руками и сполз по стене. — Дин ты чего? — спросил Сэм. — Что-то не так Сэм! — ответил ему брат. Сэм поднял брата на ноги и посмотрел ему в глаза. — Что ты имеешь ввиду? — спросил его Сэм. Дин лишь молча, взял Сэма за руку и ввел в комнату. Настало время шестого укола. Дин набрал кровь в шприц и подошел к Аде. Он вколол ей кровь. Девушка истошно закричала. Словно в нее вливали кислоту, она корчилась от боли. Сэм удивленно смотрел на брата. — Ты видел Сэм? — спросил он его. Сэм не понимал, о чем говорит Дин. — Сколько раз мы с тобой экзорцировали демонов и ты даже пару раз очищал их, но они вели себя по-другому! Они шипели, огрызались, сопротивлялись, но здесь все нет так! — рассказал Дин. — Дин она не сопротивляется и не огрызается, потому что согласна на все и просто терпит! — пояснил ему Сэм. — Может ты и прав, но я не знаю… — сомневался Дин. — Ты просто переживаешь, — поддержал его брат. Дин взглянул на часы и сделал предпоследний укол. Ада кричала сильнее прежнего, ее словно уродовали изнутри. Никаких проявлений человечности, а ведь остался всего один укол. Ада практически была без чувств. Она тяжело дышала и почти не открывала глаза. — Вот ты дура! — раздалось позади братьев. Они обернулись, там стоял невесть откуда взявшийся Кроули. — Ты не помешаешь нам! — рявкнул Дин. Кроули примирительно поднял руки вверх. — И не собираюсь! — ответил он, — ей уже никто не поможет! Вы ее почти убили! — рассказал он ухмыльнувшись. Дин непонимающе смотрел на него. Кроули убрав руки в карманы, обошел, Дина и подошел Аде. Она подняла на него глаза. — Тебе так плохо было со мной, что ты готова сдохнуть? — спросил он. — Тебе не понять этого! — ответила она. — Ну конечно! — хмыкнул Кроули, — Куда уж мне! Ладно, дело твое! — отмахнулся он и пропал. Дин недоумевающе смотрел по сторонам. Он подошел к девушке. — Ада о чем он говорил? — спросил Дин. — Это неважно Дин, — ответила она, — Ты только не останавливайся! — попросила она. Дин отложил шприц с последней порцией. Ада шумно вздохнула. — Я не продолжу, пока ты мне все не объяснишь! — настаивал он. Ада согласно кивнула головой, выбора у нее не было. — Принеси виски и развяжи! — попросила она. Сэм ушел за бутылкой, а Дин развязал девушку. Вскоре он вернулся с бутылкой и тремя стаканами. Разлив янтарную жидкость до краев он раздал все по стакану. Руки и ноги не слушались Аду, она была словно под действием яда. Троица, молча, выпила по глотку. — Дин, Кроули был прав! — наконец подтвердила она. Дин вопросительно посмотрел на нее. — Ритуал не поможет мне, и даже возможно убьет! — продолжила она. — Но зачем тогда ты согласилась? — спросил он. — Что бы доказать тебе, что я не предатель, что бы Сэм который снял тогда меня с цепей снова поверил в меня, — ответила она. Сэм вспомнил тот день и даже улыбнулся. — Ты вспомнил? — спросила она. Он кивнул. — Как все изменилось, — вздохнула она. — Почему ты думаешь, что тебя нельзя исцелить? — спросил Дин. — Я не думаю, я знаю! — ответила Ада, — потому что я, не замученная в аду душа, а чистокровный демон, обращенный демон или та, которая стала демоном при жизни! — пояснила она. — Но как такое возможно? Кто может сделать человека демоном? — изумлялся Дин. — Люцифер! — ответил ему Сэм. Ада кивнула в знак согласия. — Я родилась 1 августа 1800 в городе Ландсхут, Курфюршество Бавария в семье домохозяйки и криминалиста, правда на момент моего рождения моему отцу было всего 24 года, но уже через год он был назначен профессором Йенского университета, говоря одним словом, молод он был только по годам. Моя мать сильно заболела после моего рождения и вовсе умерла через 4 года после рождения Людвига — моего брата. Мой отец первый из криминалистов, кто разработал теорию о психическом принуждении и запугивании, он считал, что наказание за преступление должно быть настолько суровым, что бы преступнику даже не хотелось совершать деяние! Такое воспитание он применял и в семье, у нас был целый семейный кодекс, нарушение которого влекло за собой наказание! Людвиг ударился в философию и стал атеистом, ему так было проще объяснять зверства отца. Я же не могла жить сама и потому жила с отцом. Замуж я выйти не могла, потому что практически ничего не знала о существовании мужчин, меня держали в ежовых рукавицах. В один прекрасный день, а точнее в ночь — в ночь всех святых, мне это надоело, и я решила утопиться. Я уже стояла на мосту, как появился этот мужчина. Он был ровесник моего отца, но другой. Более мягкий, хотя и настойчивый. Он заставил меня передумать. Привел меня в свой дом и дал мне то, о чем я мечтала — заботливого и понимающего отца. С ним мне было легко и просто, он много рассказывал мне, и мы подолгу беседовали. В общем, я доверилась ему. — Ада вдруг замолчала, собираясь с силами. Дин подошел к ней и обнял ее. — Это был Люцифер? — спросил Сэм. Ада кивнула. — Я поняла это слишком поздно! Мужчина проповедовал, какую-то странную религию вроде бы не атеист, но и не верил в бога! Как-то он сказал мне, что можно снять груз со своей души, если уничтожить объект этого груза! — пояснила Ада. — Это был твой отец! — догадался Сэм. — Да! — подтвердила Ада, — Мы пришли в дом отца, мужчина дал мне ангельский клинок (тогда это был просто странный кинжал!) и я заколола отца! Без сожаления, без сомнений внутри была лишь боль и когда я вонзила в него кинжал, мужчина коснулся моего тела, и меня словно ударило молнией, я чувствовала, как что-то меняется! Исчезает боль, исчезают все чувства! Когда я открыла глаза, то почувствовала внутри себя неведомую силу, мне хотелось действовать! Я развернулась к мужчине и ужаснулась, сквозь его лицо словно изнутри проступало что-то зловещее, что-то дьявольское! И тогда он признался мне, что произошло! Я раскаялась! Я поняла, на что обрекла себя, но было уже поздно, — Ада замолчала. — Но Люцифер, же был заточен в темницу? — не понимал Дин. — Говорят в ночь всех святых, открываются некие врата, через которые любое зло может попасть на землю на небольшой период, вот видимо он и выбрался! — предположила Ада. Дин не знал, что говорить, не знал как поддержать. — Дин время на исходе, так что прошу тебя, продолжай! — просила Ада. — Я же убью тебя! — воспротивился Дин. — В этом я не уверена, но это возможно! — подтвердила она, — Пойми Дин, я больше не могу жить так, я хочу свободы, хочу избавиться от этой черноты, с которой и так живу слишком долго! Ты открыл мне неведомые чувства! Ты дал мне почувствовать, что такое любовь и я благодарна тебе за это! — выговорила Ада. Дин поцеловал ее в лоб. Девушка осушила бокал до дна и, закрыв глаза, устроилась поудобнее. Дин взял шприц и подошел к девушке. Игла вонзилась в ее руку. Ада вскрикнула. Дин прочитал заклятие на латыни, потом он подошел к Аде со спины. Он положил руки ей на плечи и, наклонившись к ее уху, прошептал: — А теперь или к свету! Ведь для меня ты и была светом! Он сделал надрез на своей руке и, прижав к ее рту руку? прокричал: — «LUSTRA» Девушка неестественно задергалась, словно марионетка на веревках. Ее трясло, но она уже не кричала. И вдруг она обмякла. Это был конец! Обмотав наспех руку Дин, подбежал к Аде, но она не подавала признаков жизни. Сэм с сожалением и болью наблюдал за терзаниями брата, ведь не усомнись он в ее преданности, она была бы жива! Дин прижимал мертвое тело девушки к своей груди, горячие слезы текли по его щекам. Он взял ее на руки и унес прочь. Тем же вечером Дин и Сэм на пустыре возле бункера стоят и смотрят на пламя. Вопреки всему Дин решил придать тело девушки огню и похоронить, как охотника, хотя и не надеялся, что от ее души что-то осталось. Завернутое в белую простыню тело девушки было охвачено огнем. Уже стемнело, и огонь причудливо освещал грустные лица охотников. Они стояли, молча, каждый думая о своем. Подул легкий ветерок, но братьев это не тревожило, они заворожено смотрели на огонь. Позади братьев стоял невидимый бесплотный дух — это была Ада. Одетая во все белое, она светилась изнутри. Девушка подошла к Дину сзади и положила руки ему на плечи. Дина передернуло от холода, и словно ощутив, он скрестил руки, на груди положив ладони на плечи. Ада чувствовала его тепло. — Спасибо тебе Дин! Спасибо, что спас меня пусть и таким способом! — произнесла девушка. Она в последний раз прикоснулась к Дину и растворилась. Говорят любовь - это самое светлое чувство, способное очистить даже самую черную душу!