Принципы насилия

Шизуо был в порядке. Во всяком случае, он хотел в это верить. Через день Хейваджима уже вышел на работу, игнорируя беспокойные взгляды Тома. День сменялся другим, не оставляя ярких следов в памяти. А Орихары будто бы и не было никогда. Икебукуро по-прежнему бурлил, иногда взрываясь драками и стычками. Никто не говорил об Изае, никто не вспоминал Изаю, никто не грустил об Изае. Шизуо ненавидел эту обыденность, ненавидел свою скорбь. Впервые он так остро ощутил тоску по всемирной справедливости. Орихара был тем ещё ублюдком, но Хеваджима ничего не мог поделать со своими чувствами. Ему было невыносимо осознание холодного безразличия вселенной. Насколько бы ужасные вещи не случились, мир не рухнет, «жизнь продолжается». Закончив работу, Шизуо возвращался домой. Это просто: два раза повернуть ключ в замке, закрыть за собой дверь, сбросить ботинки, закурить по пути в комнату, включить свет, тихо вскрикнуть от неожиданности постороннего присутствия. Чёрная одежда с идиотским белым мехом, короткие черные волосы, прищуренные красные глаза, кривая ухмылка тонких губ. Шизуо сошёл с ума. – Ты кто? – Заикаясь спросил Хейваджима. – Шизу-чан такой грубый. Пара месяцев и ты уже забыл меня, – Изая спрыгнул с кровати и подошёл к Хейваджиме. – Ты же умер, – Шизуо едва выдавливал слова, бледнея. – Я воскрес, чтобы отомстить. – Изая обнял Хейваджиму за шею и прошептал в самое ухо, – Страшно? – Я сошёл с ума, да? – Шизуо расслабился и прижал к себе Орихару, уткнувшись лицом в шею. – Я не знаю. – Изая поглаживал светлые пряди. – Хочешь проверить? – В смысле? – Ты наивный дурак, Шизу-чан, ты знал? – Орихара двумя руками схватил Шизуо за голову и поцеловал, вцепившись в волосы. Хейваджима же лишь сжал его ещё сильнее, пока Изая не застонал от боли. – Извращенец. – Шизуо переместил поцелуи на шею, подталкивая Орихару к кровати. – Шизу-чан скучал по мне. – Я своими глазами видел твой труп. – Оба рухнули на постель, лениво раздевая друг друга. – Неужели у тебя даже мысли не было, что это подстава? – Но там были эти ушибы, и… Это не мог не быть ты, – растерянно сказал Хейваджима, заглядывая в широко раскрытые красные глаза. – Похож, да? – Изая приблизился вплотную к лицу Шизуо и прошептал ему в губы, обхватывая шею пальцами, – А знаешь, откуда эти следы? – Хейваджима молча внимал словам. – Их оставил я. Это было действительно здорово. Будто трахаешь самого себя. Он так кричал. – Орихара медленно поглаживал пальцами сонную артерию. – Я вот не веду себя так громко. – Ты убил его? – Его убили те, кто хотел его убить, то есть те, кто хотел убить меня. – Ты отвратителен. Изая опрокинул своего любовника на спину, мягко скользя по его телу вниз. Он погладил полувозбуждённый член и, прислонясь щекой к бедру, сказал: – У тебя ведь за всё это время никого не было. За такую преданность Шизу-чану полагается награда. Побудь сегодня бревном, ладно? Орихара мило улыбнулся и взял уже возбуждённый орган в рот, лаская языком и помогая рукой. Вместе с тем, второй рукой он начал растягивать себя, подаваясь на собственные пальцы. Шизуо же, успокоился, поняв, что сегодня ему не придётся делать всех этих ужасных садомазохистских вещей, и окончательно отдался ощущениям, устало прикрыв глаза. Почувствовав, как Хейваджима напрягся, Изая плавно переместился и в одно движение насадился на горячий член. Оперевшись руками на грудь Шизуо и восторженно простонав что-то невнятное, он начал двигаться. Однако, Хейваджима все-таки не выдержал и, больно схватив любовника за бёдра, начал неритмично вбиваться во влажное, узкое тело. – Так хорошо, Шизу-чан! Так хорошо! – Выкрикивал Изая вперемешку со стонами, едва помня себя, на что Хейваджима отвечал довольным шипением и сдержанными стонами. – Потрогай меня. Пожалуйста! Шизуо одной рукой обхватил парня за талию, притянув к себе, и начал быстро дрочить ему. Орихара смотрел на любовника полуприкрытым взглядом и вряд ли что-то соображал. Вдруг всё его тело вытянулось, голова запрокинулась, глаза распахнулись, рот раскрылся в задушенном крике, а на руку Хейваджимы брызнула сперма. Изая обмяк и растёкся поверх Шизуо. Тот догнал его в пару толчков и, не сдержав стона, кончил внутрь Орихары. – Шизу-чан, если я сейчас пошевелюсь, то умру, – сонно ныл Изая. – Заткнись и спи. – Я посплю на тебе, ладно? – Ладно.