summer days passed by my love

Чонин терпеть не может начало лета. Все эти экзамены, палящие лучи солнца, душные автобусы. Жара такая, что хочется стянуть с себя всю одежду прям на улице, не заботясь о мнении окружающих (и стянуть, желательно, вместе с кожей). Кажется, под такой температурой плавиться начинает даже его безупречная репутация 'мистера совершенства' - Чонин становится все более раздражительным и нервным. Он устало изнывает от одиночества в своей комнате после утреннего зачета по танцевальной практике, наконец растворяясь в холодном воздухе из под кондиционера и слушая что-то агрессивное от bts, под которых первый раз в жизни хочется не сорваться и танцевать, а только лечь и медленно умирать. В квартире пахнет арктическими ветрами, только Чонину этого мало - и он время от времени добавляет в стакан воды куски льда. Когда он смотрит на себя в зеркало, расценивая, когда нужно будет обновить цвет волос, на его телефон приходит сообщение от Лухана. Предложение увидеться кажется Чонину бесполезной тратой времени и он скептически поднимает брови, глядя в пустой экран для ответа, но почему-то решает согласиться. В конце концов, Лухан - единственный, кто не видел его пепельно-розового цвета волос (чем не повод?). Чонин убеждает себя, что поступает как настоящий оптимист, находя причину выйти из дома, но уже через пять минут нахождения на улице готов послать все к черту. Ветра нет, а солнце для пяти вечера все еще слишком жаркое - у Чонина потеет шея, и его раздражает даже легкое прикосновение к ней провода от наушников. На нем полуспортивные брюки и полосатая футболка, на два тона темнее его волос. Чонин ловит на себе взгляды проходящих девушек и его настроение все же подползает к знаку +. Он подходит к стадиону университета, где учится Лухань. Тот старше на два года, и в отличие от Чонина, выбрал спорт, а не искусство. Чонин еще издалека замечает бегающих по полю парней, только вот один из них притягивает куда больше его внимания. И нет, это вовсе не Лухан. Как позже поймет Чонин, во внешности этого парня, кажется, слишком много всего и ничего особенного одновременно. Волосы нетронуты краской - естественные, черные. Сам он высокий, худой - на нем совершенно неряшливо смотрится широкая спортивная форма, только вот это совершенно не снижает его способностей. Пока Чонин занимает место на трибунах, следя за тренировочной игрой, он замечает, что этот парень не пропустил ни одного мяча - он играет в защите. Чонин думает, сколько ему лет? А еще, когда этот парень задирает свою футболку, вытирая мокрый лоб, Чонин едва не зажимает себе рот рукой - господи, как же хочется пройтись губами по этой светлой коже. Чонин рад, что надел черные очки - так хотя бы не видно его откровенного взгляда. Когда Лухан замечает его, то отвлекается от игры и бежит в сторону трибун. Чонин про себя думает, что предпочел бы оттянуть момент их встречи, но виду не подает. Лухан весь мокрый - он обливается водой из бутылки прежде чем подойти к Чонину. Старший выглядит совершенно вымотанным, когда усаживается рядом. Первым делом он касается пальцами чониновских розоватых волос, роняя 'ты такой милый, Чонин', а потом говорит что-то про пытки футболом и то, что его друг Сэхун, ровесник Чонина, который тоже в команде, откровенно удивляет его своей выносливостью - хотя тот так похож на тростинку. Чонин пропускает комплимент мимо ушей (к ним он привык, а Лухану отвечать совсем не хочется), сдвигает черные очки вниз и смотрит на то, как рука старшего указывает на того самого парня, который привлек его внимание. Значит, Сэхун. Чонин чуть щурится, и снова прячет глаза за черной оправой, когда Лухан прикладывает руку к его уху и придвигается ближе - он шепчет что-то пошло/нежное - они не виделись почти месяц. Не то чтобы у них были какие-то особые отношения (так, пару раз неплохо потрахались), но Лухан сам по себе такой - готов романтизировать все, что связано с сексом. Чонин не отвечает, лишь неуверенно растягивает губы в слабой попытке не казаться равнодушным. Но если быть честным - он не хочет Лухана. (Он хочет его друга). - Знаешь, у меня не особо есть настроение на какие-то... - начинает Чонин. Лухан перебивает и чуть хмурится: - Но ты ведь пришел. Вообще я не думал делать ничего "такого". Чонин почему-то не верит - у их встреч всегда была высоко/рейтинговая отметка. Но сейчас Лухан жмет плечом. - Я хотел просто погулять с тобой и Сэхуном. При упоминании имени последнего Чонин тут же оживляется и решает, что он готов идти гулять уже в эту самую секунду. - Хэй, - он поджимает губы, примиряюще глядя на Лухана. - Идем гулять, ладно? Я же пришел. Старший растягивает губы и кивает. - Подожди нас, пока мы закончим, - говорит он и уходит обратно на поле. Чонин дожидается, пока они закончат игру, слушая последние скачанные на плеер дабстепные ремиксы. Он следит за Сэхуном на поле - тот каждый раз реагирует на летящий мяч с удивительной скоростью и двигается довольно резко (кажется, реальность подстраивается под биты в наушниках Чонина). Чонин списывает это на свою впечатлительность. Когда команда уходит в раздевалку, Лухан машет ему и дает ему знак ждать. Чонин показывает сложенные в кольцо большой и указательный пальцы - говорит таким образом "окей". А потом замечает, как старший говорит что-то своему другу Сэхуну, и тот бросает взгляд на трибуны. Он смотрит прямо на Чонина (и Чонин в который раз боготворит создателя солнцезащитной оправы на своем лице). Чонин на секунду задерживает дыхание. Лухан с Сэхуном возвращаются через минут пятнадцать - Чонин зависает в это время в инстаграме, упорно пытаясь скинуть нежелающую загружаться фотографию пустого стадиона и своих модных кроссовок от найк, купленных специально для защиты своих танцевальных практик. Чонин вальяжно спускается с трибун, всем своим видом показывая свою афигенность, а потом кивает Сэхуну, когда Лухан их представляет друг другу. - Чонин тоже на первом курсе, - говорит старший. - Только он занимается хореографией. Сэхун почти не меняет выражения лица, даже когда неразборчиво говорит что-то вроде "м, вау", а потом достает из рюкзака минералку и быстро делает пару глотков. Лухан предлагает пойти в парк, но Чонин упрямится - мол, давайте сбежим уже с улицы и добавим в нашу компанию кондиционер? Лухан шутит про то, что у Чонина появилась новая любовь на это лето, на что тот отвечает, что любовь с этими божественными охладительными аппаратами у него давно и навсегда. Он замечает, как в этот момент Сэхун, делающий новый глоток минералки, усмехается, и по его подбородку течет вода. Чонин думает - черт, а он милый (и черт, его влажные губы просто магнит для взглядов). Но Чонин тут же дает себе мысленную пощечину. Лухан предлагает пойти в какой-нибудь фаст-фуд (Сэхун при упоминании макдональса морщится, но соглашается с тем, что как и старший, хочет есть после этой адской тренировки), и они уходят с территории университета. Чонин думает, как хорошо что есть Лухан - можно просто идти рядом, и по большей части молча разглядывать Сэхуна из-за черных стекол, мысленно зарисовывая в воспоминания каждую родинку на его шее и каждую черточку его лица (Чонин сам себе удивляется - его давно не привлекали люди настолько, как этот парень). Но когда они уже почти подходят к красно-желтой вывеске мака через пару улиц, Лухан обрывает свой рассказ про последний посмотреный им фильм в кино и достает из кармана звонящий телефон. Уже по тому, как меняется его лицо в первые пару секунд разговора, Чонин предчувствует что-то нехорошее. - Вот блядство, - ругается старший, когда нажимает на сброс вызова. - Чунмён сказал, что у меня в комнате какие-то придурки устроили апокалипсис. - В смысле? - Чонин смаргивает. - Вроде была какая-то драка на нашем этаже общежития, и они как-то сломали дверь в мою комнату, - Лухан судорожно цепляется за лямки своего рюкзака. - Черт, там же мои вещи. Чонин понимает, что ему нужно уходить. Лухан извиняется перед обоими и говорит, что наберет, как только разберется с ситуацией. Вот так и обрываются иллюзии молчаливого созерцания чужих вызывающе светлых ключиц. Чонин смотрит вслед убегающему Луханю и думает - ну, и что теперь? Сэхун, озадачено переминающийся на месте напротив него, кажется, думает о том же. - Ну, - неуверенно тянет Чонин. - Может, зайдем? - и кивает на дверь макдональса. - Ты же хотел есть. Сэхун поджимает губы, задумчиво глядя на желтую букву m. А потом он оборачивается назад, разглядывая вывески, и кивает в сторону суши-бара. - Давай лучше туда? Чонин жмет плечом - ему все равно, кофе он там тоже сможет заказать. Пока они подходят к суши-бару, Сэхун объясняет свой выбор: - У них есть вегетарианские блюда. Чонин спрашивает: - Ты поэтому такой худой? Сэхун вздергивает брови - мол, что? - Я бы не смог без мяса, - признается Чонин. - Ты просто не изучил свои возможности, - Сэхун жмет плечом. - Ты поэтому?.. - Нет, ну или... - Сэхун теряется. - Я уже не помню. Последний раз я ел мясо семь лет назад. - Но ведь должна быть причина, - не отстает Чонин. - Не у всего есть причина, - Сэхун хочет открыть дверь в кафе, но Чонин накрывает его плечо ладонью, удерживая. Он чувствует подушечками пальцев его плечевые косточки. - Можно я покурю? Сэхун говорит: - Можно я зайду и сделаю заказ? Я так хочу есть. И Чонин кивает. Сэхун заходит в дверь, а тот достает красную пачку мальборо и закуривает. Странно, но Чонин рад. Тому, что Лухану пришлось уйти, тому, что Сэхун вроде бы не против его общества (ему хочется в это верить). Чонин заходит в помещение через пару минут и находит Сэхуна за столиком в самом углу. - Ты не хочешь снять очки? - спрашивает тот, когда Чонин садится напротив. Чонин стягивает оправу. Что-либо говорить в ответ ему не приходится - к ним подходит официантка, принося заказ Сэхуна - рис и овощные роллы, и Чонин отвлекается, заказывая себе латте. - Давно ты знаешь Луханя? - по тому, как мягко произносит имя старшего, Чонин решает, что Сэхун действительно его хороший друг. Чонин подсчитывает в уме время. - Месяца...три. А ты? - Почти с детства, - Сэхун берет палочки и принимается за еду. Чонин смотрит на его губы. Опять. - Мы жили раньше в соседних домах, - рассказывает Сэхун. - Лухань много чему научил меня в старшей школе. Чонин придвигается вперед. - Например? - Ну, - Сэхун совсем не смущается есть под его взглядами. Его лицо почти без эмоций. - Из-за него я пошел заниматься спортом. - И все? - Чонин не знает как ему себя вести, поэтому просто отдается разговору (и конечно, у него в голове выстраивается ряд компрометирующих вопросов). Но Сэхун очень мастерски переводит тему. Он просто говорит: - Чонин, расскажи, почему тебе нравятся танцы? У Чонина нет иного выбора, как переключиться на рассказ о своем любимом увлечении. Он рассказывает Сэхуну про балетную школу, в которой учился с детства, современные танцы, которыми занимался в старшей школе, про музыку, которая является неотъемлемой частью его танцевальных практик, и Сэхун бросает как бы между прочим 'ну, как-нибудь покажешь мне свои танцы'. Чонин прикусывает полные губы и кивает, переключаясь на тему саундов. Оказывается, здесь у их вкусов очень много совпадений. Чонин ловит себя на мысли, что говорить с Сэхуном совершенно не сложно, как казалось ему еще час назад (он надеется, что Сэхун чувствует то же самое). Когда они выходят из кафе, Чонин говорит, что ему в ту же сторону, что и Сэхуну - его квартира через остановку от корпуса общежития, где живет Сэхун. Они говорят еще немного о музыке, о предпочтениях, спорят о вегетарианстве, и Чонин почти забывает, что ему нужно повернуть на перекрестке. Сэхун смотрит на него чуть растерянно, а потом говорит: - Зафоллови меня в фейсбуке. Чонин кивает (еще бы). - Твоя фамилия? - О, - губы того принимают форму овала. - О Сэхун. Узнаешь по фотке. Чонин многообещающе растягивает губы и говорит: - Жди от меня сообщений. Сэхун кивает, поправляя растрепанную ветром челку, и потом их разделяет перекресток. Чонин оборачивается, когда Сэхун переходит последний метр дорожной 'зебры'. (Сэхун тоже оборачивается, но уже когда Чонин отвернулся, доставая из кармана наушники). Уже через полчаса Чонин находит его в фейсбуке. У Сэхуна три фотографии на странице, и все они сделаны на телефон. Чонин со своими двадцатью альбомами чувствует себя по меньшей мере неловко. "а ты быстро" - пишет ему Сэхун в ответ на запрос в друзья. Чонин не успевает ответить, как приходит еще одно сообщение: "господи, чонин. у тебя 2348 фото". Ну вот. Чонин чувствует себя чуть больше, чем неловко. Но он все-таки пишет: "меня просто любит камера" (вернее, фотографы, но Чонин думает что такой ответ будет выглядеть как-то провокационно). Сэхун шлет тройное "кх", и присылает ему какой-то трек от незнакомой инди-группы. Чонин расслабляется под песню, и кидает в ответ 'howling for you' от black keys. Кажется, все складывается удачно. За следующие два дня Чонин почти ни о чем не может думать, кроме как о новой встрече с Сэхуном. Они переписываются, кидают друг другу музыку, и Чонин упорно игнорирует все другие сообщения (даже те, что пишет Лухан, извиняясь за то, что пришлось уйти). Чонин думает, что лето, начавшееся с О Сэхуна в его жизни - далеко не самое провальное (конечно, Чонин уже представляет, как тот может стонать под его прикосновениями, но никто не отменял тот факт, что Сэхун никак себя не выдает в каких-либо сексуальных предпочтениях). Чонин внутри изнывает от незнания того, как Сэхун реагирует на его сообщения, хотя раньше Чонина никогда не беспокоило, как его оценят - он привык, что это его боготворят, а не наоборот. Наверное, в этом причина того, что у Чонина почти не было серьезных отношений ни с девушкой, ни с парнем - дальше интрижек и встречаний в пару месяцев просто не заходило. Все потому что Чонин брал чужую любовь, а сам не чувствовал ничего, кроме влечения или страсти. Чонин с уверенностью может сказать, что до Сэхуна он не знал, как это - влюбляться. И все дело не в каких-то ярких особенностях или отношении - он всего-то пару дней знает Сэхуна. Но Чонин не может выкинуть его из головы. Сэхун - это математически точный расчет движений (и чувств). Лицо без эмоций, и весь он просто идеально спокойный. Чонин мысленно приписывает ему хештэг #bulletproof, окончательно теряя голову от образов Сэхуна, которые настойчиво лезут в мысли, пока Чонин пытается досдать свои зачеты, а Сэхун теряется в рабочих буднях, успешно закрывая свою сессию. Сэхун - первокурсник, но вместо того чтобы позволить себе отрываться летом на полную, он устраивается на подработку. Правда, это не мешает ему развлекаться. - Расставлять кофе в магазинах - скучно,- говорит он так, словно это все объясняет, когда они с Чонином встречаются среди его рабочего дня (с того дня, когда они вместе гуляли, проходит почти две недели). Младший ждет его на остановке. На Сэхуне по-весеннему яркий розовый свитер тонкой вязки поверх рубашки и он пьет капучино (несмотря на жару), втыкая в смартфон. Когда Чонин подходит, тот снимает наушники и засовывает их в карман узких светло-розовых брюк, вытаскивая оттуда горсти мелочи и смятые чеки. - Скучаешь? - спрашивает Чонин, но Сэхун лишь ведет плечом. - У меня перерыв. - Ты же писал, что твой перерыв был два часа назад, - вспоминает Чонин. - Ну, у меня много перерывов, - Сэхун мог был улыбнуться, но его лицо бы не выдержало такой резкой смены эмоций. - Моя работа фактически из них и состоит. Чонин не знает, нужно ли ему смеяться, но он улыбается. Сэхун забавный. - Тебя не уволят? - спрашивает Чонин, когда они идут в сторону парка. - Мне нужна эта работа только до конца лета, - жмет плечами Сэхун. - Если уволят, то найду другую, где буду так же халатно относиться к своим обязанностям. Чонин называет его лентяем. Сэхун смешно фыркает, допивает кофе и сует стаканчик Чонину, чтобы тот выкинул его в урну. Чонин удерживает Сэхуна за руку, заводя ее ему за спину. Что-то вроде обезоруживающего приема. Сэхун сгибается пополам и начинает смеяться, толкая Чонина локтем: - Эй, ну ладно, пусти. Чонин нарочно жмется совсем близко к спине Сэхуна. На самом деле он просто хочет его обнять, только не умеет показывать сентиментальность. А потом все же отпускает его руки - удивительно светлые и тонкие. Пока они гуляют в парке, Чонин покупает себе молочный коктейль и успевает рассказать Сэхуну, что самый большой парк развлечений возводится каждый год в Мюнхене для Октоберфеста - Чонин знает это, потому что год назад родители отправляли его в тур посмотреть Европу. Сэхун шутит что-то про киношный "евротур" и задает Чонину много вопросов про заграницу (у Сэхуна давняя мечта - побывать в Праге). Они гуляют около фонтана, когда Чонин предлагает прокатиться на машинках на закрытом автодроме. Сэхун скептически поднимает, брови, замечая среди катающихся только школьников, но все же, соглашается. Правда, через пять минут уже жалеет о своем выборе. - Ты водишь как придурок, - кричит Сэхун, когда Чонин врезается в его машину. Чонин запрокидывает голову и истерически ржет. Сэхун старается избегать его на поле автодрома (все-таки он привык играть в защите), но потом просто перенимает тактику Чонина и переходит в нападение. В итоге, когда они выходят из зоны аттракционов, у Сэхуна синяк на руке, а у Чонина болит плечо. Но Сэхун уже только улыбается, и Чонин рад видеть эту улыбку больше, чем отсутствие эмоций на его лице. По дороге из парка Чонин тянет Сэхуна на закрытую на время ремонта дорогу - полутоннель, заходящий влево круговой линией. Кроме Сэхуна рядом никого нет, и Чонин смелеет на одно движение - закидывает младшему руку на плечо, а потом тянет вперед, наперегонки до конца тоннеля. Когда наступает вечер, они все еще гуляют. Чонин успевает поужинать, пока Сэхун все же заканчивает работу, и когда они идут по центральной улице в их районе, Сэхун говорит: - Ты же тут рядом живешь? Чонин вскидывает брови: - Хочешь ко мне домой? - У меня сосед по комнате сегодня с девушкой, - говорит Сэхун. - Я могу вернуться только после девяти. Так что.. можно к тебе? Чонин кивает (разумеется). Он совсем ни на что не надеется (но вспоминает, что у него осталась дома пачка презервативов). Когда Сэхун заходит в его квартиру, он восторженно ахает. Еще бы. Квартира Чонина такая же классная, как и ее владелец. В просторном холле, который должен быть вроде как гостиной и кухней, почти отсутствует мебель, только в углу возле окна мраморная барная стойка с двумя высокими стульями и совсем малогабаритные печка, раковина, холодильник, напоминающий больше мини-бар и маленькая черная кожаная софа. Две двери рядом ведут в спальню и ванную. А на всю свободную стенку растянуто зеркальное полотно от пола почти до потолка. - Значит, с танцами все серьезно? - спрашивает Сэхун, снимая обувь и проходя чуть вперед. Он останавливается посреди комнаты, глядя на свое отражение, а Чонин медленно подходит к барной стойке, наливая себе воды (естественно, со льдом). - Я с детства обожаю танцы, - говорит Чонин. Сэхун усаживается на диван. - Ну, покажешь? Чонин щурится и тут же нажимает плэй на музыкальном центре, стоящем на барной стойке. Тишину комнаты разрывает громкий бит от незнакомого Сэхуну дабстепного трэка. Чонин плавными шагами перемещается в центр комнаты. Сэхун внимательно смотрит на каждое движение Чонина, которое соответствует музыке. Он понимает, что Чонин импровизирует, но выглядит это очень красиво. Каждый шаг Чонина, каждый его поворот и взгляд в зеркало - все слишком дышит эмоциями и мастерством. Его футболка кричит призывной двойной надписью: AWESOME AWESOME, и Сэхун с полной уверенностью может сказать, что да, Чонин - удивительный. Он полностью растворяется в танце и по его лицу видно, что он получает от этого удовольствие. Сэхун теряет счет времени - ему кажется, что те неполные три минуты, которые Чонин танцует перед ним, растягиваются в час. Когда трэк затихает, Чонин подходит к барной стойке и выключает музыку. - Это было.. очень классно, - бросает Сэхун хриплым голосом. Чонин кивает, восстанавливая дыхание, и снова выпивает воды со льдом, а потом наливает Сэхуну газировки, и предлагает пойти в его комнату. Сэхун поднимается и идет следом, но зависает еще в дверном проеме. Потолок в комнате Чонина тоже зеркальный, как и стена в холле. - Боже, Чонин, - Сэхун осторожно садится на широкую кровать, все еще глядя вверх. - Это ты сам так захотел сделать? Чонин кивает. - Родители сделали ремонт так, как я попросил. - Тебе повезло. Чонин поджимает губы. На самом деле он не очень ладит с родителями, которые всегда уделяли работе больше времени, чем ему (правда, денег для жизни, образования и путешествий Чонина они не жалели). Он садится рядом с Сэхуном, а потом откидывается назад, падая спиной на простынь. Сэхун смотрит на отражение Чонина на зеркальной потолке. - Здесь очень классно заниматься сексом, - говорит Чонин, заводя руку под голову. Сэхун предпочитает промолчать, делая глоток газировки. Чонин тогда говорит: - Мне нравится, когда меня окружают зеркала. - Потому что ты танцуешь, - говорит Сэхун. - А еще, ты такой.. Чонин приподнимается на локте. - Какой? - Нарцистичный, - Сэхун отставляет стакан и смотрит чуть провокационно. Чонин фыркает. - Даже не думай отрицать, - бросает Сэхун, тыкая его пальцем в коленку. - Лухан тоже говорил мне об этом. Чонин предлагает: - Давай вернемся к тому, чему там он научил тебя в старшей школе. Сэхун чуть щурится: - Он же старше меня. - И что? - Чонин вскидывает брови. Сэхун как-то странно смущается: - Не думай, что это что-то вроде того, чем вы с ним занима- Сэхун осекается. У Чонина чуть расширяются зрачки. Он смаргивает. - Так ты знаешь? Сэхун отводит взгляд. - Ну, я же говорил, что мы хорошие друзья. Чонин помнит. Он садится, скрещивая ноги. - И что он тебе обо мне рассказывал? Сэхун понимает, что взгляд Чонина разъест его лицо, если он не ответит. К тому же, Чонин смотрит слишком.. откровенно. - Он говорил, что ты популярный, - начинает Сэхун. - И что классно целуешься. Чонин самодовольно растягивает губы. - Ну, в этом он был прав. Что еще? Сэхун не смотрит Чонину в глаза. - Значит, про секс он тоже рассказал? - Чонин почему-то совсем не удивлен - Лухану только дай рот открыть (в смысле, дать рассказать о чем-то, а не то, о чем вы подумали). - Чонин.. - Сэхун выглядит чуть растерянным. - Я надеюсь, он не слишком все переврал, - хмыкает Чонин. - Я же знаю, как он любит приукрасить свои истории. Сэхун смотрит на него пару секунд, раздумывая, а потом все-таки задает свой (гениальный) вопрос: - Ты правда не можешь кончить, если трахаешься не под музыку? Чонин поражается не этой откровенности, а тому, что слышит, и вскидывает брови: - Что? (Он думает, что Лухан заслужил по морде). Сэхун же совершенно неожиданно начинает смеяться. - Он сказал, что ты каждый раз включал музыку на фон. Даже когда вы делали это в лифте. Чонин фыркает. - Да мы половину времени, когда трахались, были в клубах. Там всегда музыка, - он не знает, зачем начинает оправдываться. - Ну а в лифте? - Сэхун уже совершенно не смущается вести настолько личный разговор. Смущаться как раз-таки начинает Чонин (хотя виду, конечно, не подает). - В лифте просто включился мой проигрыватель в телефоне, когда Лухан засунул руки мне штаны, - Чонину самому ответ кажется нелепым (но так оно и было!). - Это как-то связано с танцами? -Сэхун задает новый вопрос, бесцеремонно разглядывая озадаченное лицо Чонина. - Эй, - Чонин тут же щурится - включаются защитные реакции. - Ты поменьше слушай своего Лухана. Сэхун же униматься не собирается: - То есть, это правда? Ты не можешь.. Чонин решает - а какого, собственно черта он это терпит? И резко перебивает: - Хочешь проверить? Улыбка медленно исчезает с довольного лица Сэхуна. - Ты.. - Чонин теряется в секундных паузах, которые Сэхун делает между словами, - хочешь.. переспать со мной? Тут уже и Чонин перестает улыбаться. Кажется, сказано слишком много, чтобы попытаться перевести разговор. Чонин думает, что да - наверное, этого он и хочет с того самого момента, когда только увидел Сэхуна на стадионе. Он говорит: - Я.. Сэхун смотрит на его сжатые губы. Чонин думает - зачем уходить от ответа? - Да. Слишком громкое 'да' - Чонин буквально чувствует, как незримое эхо от его ответа отскакивает от пола и пружинит нарастающим напряжением в их взглядах друг на друга. - Да? - зачем-то уточняет Сэхун, сглатывая. Чонин небрежно смахивает пепельно-розовую челку с лица. Он решает смешать откровенность с честностью. - Ты кажешься мне очень.. классным. Так что да, Сэхун, - и он осторожно подается вперед, так что свободное пространство между ними почти исчезает. - Я хочу тебя еще с того момента, когда ты задрал свою футболку во время тренировки на стадионе. Сэхун выглядит совершенно беспомощным. - Я.. - он шумно выдыхает. Чонин читает в глазах - неужели, взаимность? И Сэхун подтверждает его догадки тихим "Чонин, я не против". И Чонин чувствует, как внутри звучат победные мелодии. Он подается вперед, окончательно разбивая пространство между ними своей всепоглощающей аурой. Чонин кладет руки на худые плечи напротив и без колебаний целует Сэхуна. Губы у того сухие и податливые. Губы Чонина невероятно мягкие и требовательные. Пальцы Сэхуна путаются в залакированных волосах Чонина, и тот отстраняется, смеясь Сэхуну в губы. - Ты тоже очень классный, Чонин, - Сэхун говорит это, пряча глаза и оставляя влажный след от своих губ на чужой щеке. Чонин спрашивает: - Ты же не был с парнями? Сэхун сжимает руки Чонина на своих плечах. И мотает головой. Чонин мягко гладит костяшки его пальцев и нежную кожу плеч. - Тебе понравится, - говорит он и снова тянется за поцелуем. Сэхун отвечает на ласки Чонина, но по его напряженным плечам тот понимает, что он недостаточно убедителен. Чонин тогда мягко толкает Сэхуна на кровать: - Для начала, расслабься, - и седлает его колени, тут же запуская руки под майку. Сэхун откидывает голову на подушку, давая Чонину делать то, что тот начал. Чонин же исполняет свое рвущее внутренности желание с их первой встречи - задирает майку Сэхуна и припадает губами к светлому плоскому животу. Миллиметры кожи становятся чуть влажными после его поцелуев. Сэхун тихо стонет его имя, видя в отражении на потолке выпирающие из-под смуглой кожи лопатки Чонина. - Обещай, что полностью мне доверишься, - говорит тот, расстегивая ремень сэхуновских джинс. Тот кивает, стягивая с себя свитер и расстегивая рубашку. Чонин справляется с ремнем, а потом раздевается сам. На нем остается только белье - а с Сэхуна он снимает абсолютно все. На кровать возле ног младшего падает пачка презервативов и смазка. Когда губы Чонина спускаются ниже сэхуновского живота, тот зарывается рукой в розовые волосы. - Чонин, - Сэхун сжимает губы и запрокидывает голову назад. Чонин умеет делать своим ртом очень приятные вещи. Сэхун, видя над собой отражение их тел, невольно вспоминает слова Чонина о том, что с таким потолком классно заниматься сексом - кажется, он был прав. Сэхун едва сдерживается, чтобы не застонать от ощущения жара в теле. Руки Чонина крепко держат его бедра, а потом он заставляет младшего чуть поменять позу, чтобы- - Чонин, - Сэхун сорвано выдыхает, когда тот проталкивает в него один палец, и Сэхун задыхается от противоречивых ощущений холода и дискомфорта в то время как губы Чонина все еще на его члене. Чонин словно не слышит, продолжая растягивать Сэхуна и одновременно доставлять ему удовольствие. Сэхун думает, что это не легко, но Чонин справляется очень хорошо. Когда пальцы Чонина внутри него толкаются чуть дальше, Сэхун чуть вздрагивает. Чонин на секунду поднимает глаза вверх, замечая реакцию,и повторяет движение. На третий раз Сэхун хрипит: - Чонин, я сейчас.. Но Чонин не отстраняется. Сэхун сорвано дышит, вытирая мокрый лоб. Губы Чонина в белых разводах. - Извини,- Сэхун не знает, что говорить. Чонин только ведет плечом, сглатывая. Сэхуна смущает его взгляд. - Все хорошо? - спрашивает Чонин, вытирая губы. Сэхун кивает. Чонин тогда тянет его за руку, и заставляет стать на колени, оперевшись руками на постель. Сэхун сжимает простынь пальцами, когда Чонин снова начинает его растягивать. Холод внутри мешается с теплом от губ Чонина на его плечах и пояснице. Когда Чонин раскрывает упаковку презерватива и кладет руки на сэхуновские бедра, тот делает глубокий вдох. - Просто не напрягайся, - советует Чонин, прежде чем войти. Сэхун стискивает зубы - ему больно. Чонин успокаивающе целует его спину и не делает резких движений, давая Сэхуну привыкнуть. Младший терпит боль, позволяя Чонину постепенно ускорять темп. Сэхун кусает губы, чтобы не застонать, но все-таки предательский выдох срывается с его губ, но уже не от боли, а от наслаждения, когда Чонин задевает ту самую точку внутри. Слыша, как Сэхун неразборчиво просит повторить, Чонин толкается еще раз, сильнее, и когда Сэхун уже не сдерживаясь, громко стонет, Чонин запускает руку в волосы на его затылке и оттягивает их назад. Сэхун теряется в ощущениях боли и удовольствия, а Чонин больше не осторожничает, и просто старается кончить, делая движения совсем резкими. Сэхун комкает руками простынь, когда Чонин сильно сжимает его бедра и толкается последний раз. Они оба без сил опускаются на постель, и переплетают руки. Сэхун дышит в мокрый висок Чонина, а тот мягко перебирает его волосы и прижимает лодыжки к сэхуновским ногам. - Лухан специально прятал тебя от меня? - отдыхавшись, с улыбкой спрашивает Чонин. Сэхун жмет плечом, и касается ногой коленки Чонина. Тот жмется еще ближе и говорит: - Видишь, мне не нужна музыка, чтобы кончить. Сэхун смущается и прячет глаза, утыкаясь в смуглое плечо. Чонин тогда целует его в волосы и спрашивает: - Тебе было больно? Сэхун ведет пальцами по бедру Чонина и отвечает: - Все хорошо. Чонин гладит его плечо. - Я опять хочу тебя, когда ты вот так рядом. Сэхун поднимает на него робкий взгляд, а Чонин тут же мотает головой: - Нет, на сегодня хватит. Я знаю, как это бывает в первый раз. Сэхун говорит: - Можно мне в душ? Чонин кивает и позволяет младшему уйти в ванную. Кажется, проходит полчаса, прежде чем Сэхун выключает воду в душе. Чонин успевает заснуть. Сэхун минут пять смотрит на спокойное лицо спящего Чонина, а потом одевается и уходит, тихо закрывая за собой дверь. Чонин просыпается с утра от короткого звонка телефона возле уха. Лухан пишет ему сообщение: "С СЭХУНОМ?чонин как ты мог, я не для этого вас познакомил". Чонин думает, что явно не Лухану решать, с кем ему трахаться (правда, в случае с Сэхуном, он надеется, что между ними было что-то близкое к разряду акта любви). Кстати, о Сэхуне. Чонин резко поднимается на постели, понимая, что вчера, скорее всего заснул, пока младший ушел в душ. А потом.. Чонин натягивает белье и выходит в холл. Но Сэхуна в его квартире нет. На часах - почти восемь утра, и в соцсетях сообщения от кого угодно, только не от Сэхуна (тот был в сети в 02:04). Чонин открывает сообщение от Чанёля: "чувак, ну что, мы с кёнсу придем к тебе сегодня на плэй-офф?" Чонин вспоминает, что обещал друзьям вечеринку с приставкой, пиццей и выпивкой. Он пишет, что да, сегодня у них вечеринка. А Лухану набирает: "это значит, что я могу не приглашать тебя на мою сегодняшнюю вечеринку?" Лухан ничего на это не отвечает, и Чонин набирает смс Сэхуну. Когда Чонин присылает сообщение, что устраивает вечеринку, Сэхун спрашивает, кто там будет. Чонин говорит, что его друзья, которых младший не знает, но Сэхун соглашается прийти. Чонин ничего не пишет про вчерашний вечер, но по тому, что он пригласил Сэхуна и готов познакомить его со своими друзьями, младший решает, что между ними был не просто секс. Он заканчивает работу чуть раньше положенного и едет в общежитие, переодеваться. Он надевает рубашку и темный пиджак, потому что на улице сегодня поднялся сильный ветер, и долго смотрит на свое отражение, пытаясь понять, почему понравился Чонину (Сэхун был уверен, что такие популярные парни как Чонин, не интересуют обычными людьми, вроде него). Лухан говорил, что Чонин ветренный, но Сэхун почему-то так не думает, и жалеет, что вчера рассказал ему в переписке, что они с Чонином переспали. Мысли в голове хаотично сбивают друг друга, и Сэхун умывается холодной водой, чтобы успокоиться. Он выходит из дома за пятнадцать минут до того времени, на которое Чонин назначает ему прийти к нему домой. Когда Сэхун звонит в дверь чониновской квартиры, дверь ему открывает невысокий темноволосый парень с очень милым лицом и губами, еще более пухлыми, чем у Чонина. - Привет, - говорит он, пропуская младшего в квартиру. - Я Кёнсу. А ты Сэхун, верно? Сэхун кивает и бегло оглядывает гостиную. Но полу возле дивана стоит экран с приставкой, рядом - пустые банки от газировки и пива. Чонин яростно жмет кнопки джойстика на пару с пепельноволосым парнем в полосатом пиджаке. - Мы заказали пиццу, - Кёнсу кивает на стол с открытыми коробками. Чонин отвлекается от игры и кивает Сэхуну в знак приветствия. - Тебе я заказал вегетарианские роллы, - Чонин поджимает губы. - Целый сэт. Сэхун удивленно поднимает брови. - О. Спасибо. - Кстати, - Чонин кивает на парня рядом с собой. - Это Чанёль. Как Сэхун узнает дальше, Чанёль очень смешной и резкий, от его шуток постоянно хочется смеяться. Странно, но у них с Сэхуном очень сразу возникает взаимопонимание. Чанёль работает диджеем на радио и пишет рэп, и Сэхун обещает обязательно послушать его эфир. Кёнсу же более спокойный, и очень много знает о Чонине - они вместе учатся в университете, только Кёнсу занимается музыкой и вокалом. Но вот с ним Сэхун почти не разговаривает, а все потому что ловит себя на мысли, что ревнует, когда Кёнсу в какой-то момент вытирает губы Чонина, влажные от колы, словно это совершенно естественно. На лице Сэхуна реакция никак не отображается в виде эмоций, но он каждый раз напрягается, когда рука Кёнсу (случайно?) задевает локоть Чонина во время их игрового файтинга. Сэхун довольно растягивает губы, когда Кёнсу оказывается побежденным, и его джойстик выхватывает Чанёль. Чонин говорит, что он мастер игры в мортал комбат, но только вот проигрывает Чанёлю два раза подряд, и грубо пихает его в плечо, на что тот только усмехается, сдувая с лица пепельную челку. Сэхун забирает у Чонина джойстик. Тот впервые за вечер оказывается к нему слишком близко, когда шепчет в ухо: - Пожалуйста, сделай его, - и кивает на Чанёля. Сэхун принимается за игру с очень сосредоточенным лицом. Чанёль выигрывает первый бой, но Сэхун отправляет его в нокаут во втором. В третьем Чанёль отчаянно пытается одержать победу, но Сэхун выполняет просьбу Чонина, и Чанёль сокрушенно выдыхает злое "айщ", когда его персонажа на экране красиво и со спецэффектами убивает игрок младшего. Сэхун улыбается и откидывается назад - на колени Чонина. Руки того обхватывают его с обоих сторон, и он слышит его довольный выдох. Сэхун сам не осознает, как опускает свои пальцы на ладонь Чонина, чуть сдавливая. Чонин тогда улыбается еще шире, а спустя пару секунд, пока Чанёль начинает раунд игры с Кёнсу, пухлые губы шепчут Сэхуну в ухо: - Пошли со мной. И Чонин тянет его в ванную. Когда за ними закрывается дверь, Сэхун не успевает и слова сказать - Чонин включает воду в раковине, и толкает младшего к стенке, прижимаясь к нему всем телом и требовательно целуя. Сэхун отвечает на прикосновения, и зарывается в залакированные волосы Чонина, снова путая в них пальцы. - Прости, я вчера.. не знаю, как я мог заснуть, - Чонин мотает головой, отстраняясь. - Нужно было меня разбудить. Сэхун жмет плечом: - Ты же спал, и не хотел.. - Ты мог бы остаться, - Чонин прижимается щекой к скуле растерянного Сэхуна. - Я не думал, что это будет.. правильно. Чонин заглядывает тогда ему в глаза: - Что еще Лухан тебе наговорил про меня? Младший комкает край его футболки, опуская глаза. - Я знаю, что ты ему рассказал, - говорит Чонин, но в его голосе нет упрека. - Я уже жалею об этом, - тихо говорит младший. Чонин уточняет: - О том, что рассказал ему, или о том, что мы с тобой.. - Нет, - Сэхун тут же поднимает взгляд на Чонина и берет его за руку. - Мне было очень хорошо с тобой вчера. - Но Лухан сказал, что я ни с кем не встречаюсь долго, да? - пытается угадать Чонин. Младший кивает. Чонин тогда мягко касается пальцами его щеки. Его взгляд полон какой-то запредельной нежности. - Я просто никогда не был влюблен, - говорит Чонин. - Ни в кого. До тебя. Сэхун смущается, но растягивает губы. И дает Чонину себя поцеловать. Его руки забираются младшему под футболку, но они оба невольно вздрагивают, когда слышат резкий стук в дверь. Голос, который им кричит, явно луханевский. - Эй, хватит там уже трахаться,- и Лухан начинает ржать вместе с Чанёлем. Чонин смеется в губы Сэхуну, и они выходят из ванной, сцепив руки. - Фу, Чонин, я тебя ненавижу, - Лухан не больно бьет его в смуглое плечо. - Сэхун - мой лучший друг. Младший лишь виновато жмет плечами, приобнимая Чонина. - Я думал, ты не придешь, - говорит Чонин Лухану. Тот фыркает. - Ты же знаешь, что я не умею обижаться. Чанёль с Кёнсу в стороне молча слушают их разговор, но Чанёль не выдерживает: - Давайте уже прекратим эти ваши гейские разборки, и поедим пиццу. С ним все соглашаются. Они усаживаются возле приставки, Кёнсу с Луханом на диване, остальные на полу. Сэхун незаметно сжимает руку Чонина за его спиной, пока они говорят об учебе, фильмах и всяких глупостях. Лухан, кажется, правда не злится, хотя первая его реакция на слова Сэхуна о них с Чонином, была истерично-негативной. Чанёлю, кажется все равно, что Чонин сцеловывает с губ Сэхуна капли вишневого сока (хотя, Чанёль самый настоящий натурал, но не выражает никаких эмоций отвращения при настолько близких прикосновениях парней). И только Кёнсу как-то совершенно неискренне улыбается, когда все смеются над чанёлевскими шутками. - Он же в меня вроде как влюблен, - поясняет Чонин, когда они с Сэхуном остаются одни около двух часов ночи (но младший и так сам понял). Они сидят на диване, переплетая пальцы. - Ты с ним?.. - Нет, - Чонин обрывает догадку Сэхуна. - Мы даже не целовались. Но он очень хорошо ко мне относится, несмотря на то, что я не смог ответить ему взаимностью. Сэхун говорит: - Он хороший парень, но я ревновал в начале вечера, когда он тебя касался. Чонин довольно растягивает губы и усаживается к Сэхуну на колени, прижимая его спиной к дивану. Он игриво прикусывает нижнюю губу: - Значит, ты ревнивый, О Сэхун? Младший опускает руки на его бедра. - Только если кто-то проявляет излишнее внимание к.. моему парню? Чонин касается губами его скулы: - К твоему очень классному парню. Сэхун усмехается ему в губы и целует. Чонин отвечает медленно и нежно. - Сэхун, - говорит он, когда дыхание сбивается. - Можно, я скажу тебе кое-что, что даже мне самому кажется опрометчивым? Сэхун кивает, а Чонин под его взглядом впервые выглядит немного растерянным и смущенным. - Я, кажется, правда, влюблен в тебя. Сэхун подается вперед и счастливо улыбается ему в губы. - Мне кажется, Чонин, я тоже безнадежно в тебя влюбился.