Убийства пятнадцатое и шестнадцатое
1 сентября 2015 г., 08:09
— Он что сделал? — воображаемая Джадзия подавилась воображаемым рактаджино и закашлялась.
Да, именно такая реакция и была бы у настоящей Дакс, скажи ей Джулиан о том, что произошло вчера. Он откинул голову назад, упираясь затылком в стену. Выходить из спальни решительно не хотелось. Возможно, Джулиан мог бы взять выходной, придумав какую-нибудь правдоподобную причину для своего отсутствия, но чувство ответственности не позволило ему пойти на поводу у минутной слабости. В конце концов, ничего страшного не произошло. Гарак всего лишь сказал, что считает его своей собственностью, и поцеловал. Джулиан закрыл глаза и глубоко вдохнул, медленно выдыхая. В губы. Совсем не как друг. Тайный агент Джулиан Башир выругался бы, изящно отхлебнув мартини из бокала, констатировал, что операция идет немного не по плану, и нашел бы другой выход, прибегнув к импровизации. Но, как бы Джулиану ни хотелось походить на своего вымышленного двойника, в действительности он был совершенно растерян и не представлял, к какой импровизации стоит прибегнуть, чтобы как-то выпутаться из этой ситуации. А главное — куда именно выпутаться. Доктор невольно сжал губы, вспоминая, как их касались сухие и жесткие губы кардассианца. Нет, это не было неприятно. И Гарак в целом не был ему неприятен, скорее наоборот, но он все еще оставался энигмой, которой следовало скорее остерегаться, чем...
— Чем что, доктор? — мягкий и вкрадчивый голос портного словно прозвучал у него в ушах, и Джулиан тряхнул головой, прогоняя наваждение.
Так не годится. Не хватало только начать выдумывать гипотетические диалоги. Подобные размышления никогда ни к чему не приводили, ему нужен был совет, и если он не мог поделиться своей проблемой, то оставалось только погрузиться в работу, чтобы хотя бы на время отвлечься, прежде чем предпринять еще одну попытку привести смешанные чувства и мысли к общему знаменателю. Или отбросить к черту все это неуместное смущение и все же обратиться к Дакс.
_________
Гарак пребывал в задумчивости. Сделав выбор, он не сомневался в нем, однако нельзя было не принимать во внимание то обстоятельство, что у него все еще оставалось существенное число недругов, готовых воспользоваться любой подвернувшейся возможностью. Не говоря уже обо всех этих баджорцах на станции. Гарак скривился и взял другой падд. Каталогизация только что прибывших рулонов ткани, которую портной делал совершенно автоматически, позволяла ему сосредоточиться на более важных вещах — еще раз проанализировать каждый свой поступок и рассмотреть все возможные последствия, которые они могли за собой повлечь. Не то чтобы он беспокоился за жизнь или безопасность Джулиана — они охранялись Звездным флотом и Федерацией в целом, и все же... Неприятной вспышкой в памяти всплыли слова Дорала. Привязанность? Кардассианец нахмурился. Вздор. Качнув головой, Гарак вернулся к андорианскому шелку, раскладывая его по цветам. Интерес, не более того. Пусть он вынужден был признать, что его интерес к наивному доктору существенно отличается от чисто тактического, роли это не играло. Элим Гарак не испытывает привязанностей. Он просто не привык позволять другим посягать на то, что принадлежит ему. По крайней мере, безнаказанно. Сигнал оповестил его о том, что в магазин зашел посетитель, и кардассианец отложил падд, выходя из подсобного помещения. Кого он не ожидал увидеть, так это Кварка, нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу в ожидании владельца магазина. Завидев портного, ференги бросил на него выразительный взгляд, предварительно убедившись, что кроме них здесь никого нет. — Не уверен, что вам стоит об этом знать, но вы все равно узнаете, так что я хотел бы подстраховаться и снять с себя возможные подозрения. Гарак вопросительно приподнял надбровный гребень, поощряя его продолжить. — Вы в курсе, что на вас устроен тотализатор? Сразу говорю — это не моих рук дело, пусть ставки и делаются в моем заведении, — Кварк сопроводил свои слова соответствующим жестом, приподняв ладони. — Конечно, я имею с этого некоторую... выгоду, — уклончиво добавил он, — но хорошие отношения с таким ценным клиентом, как вы, стоят намного дороже десятка полосок латины. — Какой тотализатор? Кварк понизил голос еще на полтона. — Вы и доктор Башир. По станции ходит множество слухов, — он снова посмотрел по сторонам и позволил себе усмехнуться. — В последнее время все больше людей ставят на вас. Джадзия официально сошла с дистанции пару недель назад, когда сказала, что не стала бы на себя ставить, потому что это заведомый проигрыш. Остальные кандидаты выглядят неубедительно, так что теперь большей частью ставят либо на ваш выигрыш, либо на ваш проигрыш. Гарак сощурился. — Проигрыш? — Ну да. Баджорцы, — Кварк пространно взмахнул рукой. — Им хочется верить, что доктор Башир вполне намеренно не замечает... — И почему же ты решил поделиться этой информацией сейчас? — мягко поинтересовался Гарак, отчего ференги невольно сглотнул и поежился. — Потому что я бизнесмен и хочу быть уверен в том, — он сделал остановку, чтобы сопроводить свои слова многозначительным кивком, — что вы понимаете это. Гарак смахнул невидимую пылинку с ближайшего манекена. — И многие ставят против? — Не то чтобы, — Кварк снова усмехнулся, чувствуя облегчение. — Особо упорных всего двое, и они... Встретившись с пристальным взглядом портного, ференги побледнел и переменился в лице, отступая на шаг назад._________
Джулиан ошибался. По правде говоря, он никогда еще не был так далек от правды в своих предположениях. — В самом деле? — спросила Джадзия, искоса поглядывая на него поверх десерта, после того, как Джулиан рассказал ей свою историю. — То есть, ты хочешь сказать, что он сделал это только сейчас? Чуть не подавившись таркелианским чаем, он снова поднял глаза на Дакс. Она одарила его снисходительным взглядом. — О чем ты? Джулиан почувствовал, как его ладони вспотели, и невольно заерзал на стуле, подавляя желание ослабить ворот униформы. — Да ладно тебе, Джулиан, все знают, что вы двое проводите много времени вместе, — она усмехнулась. — Я уже не говорю о том, что он сказал тогда у Кварка, чтобы защитить тебя. Джулиан сощурился. — Что сказал? Ты ведь так и отшутилась на мои вопросы, хотя ты прекрасно знаешь, что я не говорю по-клингонски. — Ты бы мог спросить у Гарака, — Джадзия невинно улыбнулась. — Джадзия! — Ну ладно, ладно, раз уж дело приняло такой оборот, — она выставила ладони перед собой в защитном жесте. — Если в двух словах — он уведомил бравого клингонского воина, что ни ты, ни он сам не заинтересованы в ком-либо еще, и что если клингон не прекратит проявлять чрезмерное внимание к его партнеру, то Гарак расценит это, как домогательство. Джулиан сглотнул, медленно бледнея. Джадзия отставила в сторону пустую тарелку из-под десерта и сложила ладони вместе. — Послушай, Джулиан, если ты не хочешь этих отношений, то почему бы тебе просто прямо не сказать ему об этом? Доктор нервно рассмеялся. — И как ты себе это представляешь? "Простите, Гарак, но меня не прельщают какие-либо более близкие отношения с вами, чем те, что у нас были"? — он покачал головой, снова утыкаясь в так и не допитый чай. — Он захочет узнать причину. И что я ему отвечу? — А у тебя нет причины, Джулиан? Джулиан растерялся, словно осознание того, что то, что сказала Джадзия — правда, оглушило его ударом по голове. Подняв взгляд на трилла, он все еще чувствовал смятение, а из приоткрытого рта так и не вылетело ни звука. Джадзия снисходительно улыбнулась с видом существа, прожившего уже не один век. — По-моему кому-то здесь нужно для начала разобраться в собственных чувствах. И это явно не Гарак.
