Все познается в сравнении

- Я не псих! Это была моя вторая ошибка, ведь ляпнуть такое вместо приветствия было как-то... ...ненормально. - А разве я назвал вас психом? - взрослый альфа - ну, тут смотря с кем сравнивать - оторвался от какой-то книжки и с интересом посмотрел на меня. Сам кабинет, наверное, был все-таки просторным, но большое количество мебели изрядно сокращало пространство. Я не знаю, что бросалось в глаза больше: широкое ли окно с прекрасным видом с девятого этажа, занавешенное лишь легким тюлем; многочисленные ли книги, одну из которых он держал в руках; цветах ли, что были здесь не один десяток... Заметив мое молчаниие, мужчина вздохнул, оставляя закладку на нужной страничке. Солнечного цвета книжка заняла свое место у края стола, а сам психолог, которым был довольно видный альфа со светлыми волосами, взглянул на меня. Он был красив, наверное. Не такой как он, но что-то в нем было. Правильные черты лица, не такие плавные, как у омег, а мужественные, но все же красивые. Никакой щетины на гладко выбритых щеках, четко очерченные скулы. Некая хищность, смешанная с мягкостью. Он носил очки в тонкой металлической оправке и не стыдился этого. Не скажу, что не люблю людей с плохим зрением, но чаще всего альфы, да и мы, омеги, прячут дефект за линзами. Ведь не такой, как все, - значит дефектный. Они не портили его лицо, скорее даже дополняли. Тот тип лица, которому действительно идут очки. Обычные губы. Не тонкие. Хотя с чем сравнивать. Раньше комплексовал по поводу своих губ. Считал их тонкими, пока не увидел, что бывает и хуже. Успокоился. Обычный нос, лоб, брови вразлет. Вразлет же? Никогда не понимал это словосочетание... Рассматривание себя он терпел стойко, как и тишину. Заметив, что я закончил, как-то устало заговорил: - Психологи не работают с психами. Такое, конечно, бывает, но, - альфа снял очки и устало потер переносицу, - жуткое заблуждение. Если человек идет к психологу, то он псих? Вы путаете меня с психиатром, впрочем, - он подцепил указательным пальцем очки и снова надел их, - я уже привык. - Тогда почему вы все время смотрите на меня и разговариваете со мной на "вы"? - Это обычная вежливость. - Он улыбнулся. - Кроме того, смотря на вас, я смогу, понять говорите ли вы действительно то, что вас волнует. Люди могут врать, но вот их мимика - нет. Я невольно прижал ноги ближе к друг дружке. Я понимаю, но... Когда так пристально смотрят на меня... - Вы хотели со мной о чем-то поговорить, - мягко напоминает альфа, подталкивая меня к причине моего прихода. - Или пришли просто посидеть? - А можно? - спросил я, прежде чем успел прикусить язык. - Можно. - Альфа встал, - интересно, а психологам обязательно носить деловую одежду? В джинсах же проще влиться в доверие. Мужчина же был одет в черные брюки и светло-зелёную рубашку - подошел к тумбочке, что стояла рядом со шкафом, и щелкнул пару кнопок на кофе-машине. - А если я не люблю кофе? - немного упрямо. - Правда? - он обернулся ко мне, вскинув светлые брови вверх. - А мне кажется, что любите. Особенно, где много молока. Я поджал губы. - Можем поиграть, и к концу я озвучу еще что-нибудь интересное. - А почему у вас нет рыбок? - Рыбок? - Они же вроде успокаивают... Он вновь улыбнулся, беря два стаканчика свежего кофе. - А вам бы стало легче от их присутствия? Увы, но рыбки у меня есть только дома, и то одна, и вскоре, я думаю, она повстречается с океаном. Аквариум дорогой, не уверен, что мой босс одобрит такую покупку. Вот, возьмите. Он осторожно передал мне кофе и вернулся к своему столу. Вот только за него не сел, а, облокотившись о него бедрами, остался стоять напротив меня. Я отхлебнул кофе. - Как Вас зовут? - А Вы как будто не знаете... - Я психолог, а не волшебник, - он снова, черт возьми, улыбается, пробуя кофе на вкус. Наверное, это должно вызвать во мне дружелюбие, желание открыться ему, но все, что я чувствую, это раздражение. Он всем так улыбается и верит, что помогает. Бред. - Я могу посмотреть имя в записях, но разве неприятно его сказать? Я вновь уткнулся в стаканчик. Сам не представился. - Хорошо, вы были когда-нибудь у психолога? - А что, все так плохо? - Нет, просто я пытаюсь понять, откуда у вас такое недоверие ко мне. Даже ваша поза говорит о нежелание со мной разговаривать. - А вы не смотрите! - Ну, хорошо, - отчего-то быстро согласился альфа, поворачиваясь ко мне спиной. - Так легче? - А если я попрошу попрыгать вас на столе? - раздраженно спрашиваю я, сверля психолога взглядом. - Вы хотите увидеть меня на столе? Я смутился. - Конечно же нет! - слишком громко выкрикнул я, проклиная себя за то, что поддался на эту жалкую провокацию. - А чего вы хотите? Все. Я буду молчать! И какого черта я сюда только приперся?! Знал же, что ничего хорошего не будет. Психологи - просто шарлатаны. Говорят, что помогут, успокоят. А на самом деле только и умеют слушать и говорить какую-то ерунду... Как вообще можно рассказать кому-то настолько личное, что не можешь даже самому себе произнести это в слух? Как может войти в доверие тот, кого знаешь не больше получаса, кто просто выполняет свою работу, получая за это деньги? Даже друг не смог, а этот... - Представьте, что я не существую, - негромко просит альфа, и я запоздало понимаю, что он сидит справа от меня. - В этой комнате нет никого, правда. Без имен, без отношений и без обязательств. Просто расскажите в слух, что тревожит вас, и я уверен, вы сами найдете решение. Правда... Его шепот не такой, как его... Его рука, сжавшая меня для поддержки, слишком теплая, не прохладная, как его руки. Снова он, он, он. Мои плечи задрожали, и я впервые прилюдно заплакал, пряча лицо в ладошках. Это стыдно. Унизительно. А еще до безумия больно где-то там внутри, докуда так просто не достать. И я продолжал плакать, громко всхлипывал, пытаясь хоть как-то отгородить себя от рыдания. Но чужие объятья, что действовали не так уверенно и привычно, заставили меня зарыдать пуще прежнего, уткнувшись в грудь вздрогнувшего альфы. Как же я ненавижу эти чертовы сравнения...