Мои 5 ночей - Убийца в тисках...

Меня не пронзила резкая волна боли, я не почувствовала стремительный удар, ни помех, ни препятствий, вставших на пути… Лишь странное, обволакивающее чувство… Лёгкий, тонкий поток ветра окутывающий тело… Словно и не было на пути никакой стены, исчезла та преграда, будто раскрывая передо мной невидимую, прозрачную дверь. Лишь ощущение стягивающего страха, паника от того, что я совершенно ничего не могу сделать… Гулкие звуки биения сердца раздавались в груди, словно разносясь эхом по всему пространству. Мелкая дрожь, замкнутость и свобода, затянутость и лёгкость, момент — паришь, мгновение — падаешь, задержав дыхание… Приоткрыв глаза, я вижу глубокую пропасть. Так легко, спокойно, словно две пушинки мы летим вниз, протыкая насквозь густую тьму — устремляясь к свету. Он плавно расстилается прозрачным туманом, что кажется, даже если ты упадёшь, то приземлишься на мягкое облачко. Но пустота бывает обманчива… В секунду замирает сердце, застывает дыхание, ты закрываешь глаза, кричишь внутри, чтобы скорей проснуться, но лишь сильнее разрастается мрак… Внезапно всё вновь встаёт на свои места. Глубокий, тяжелый вдох, сковывающая дрожь, резкий подскок сердца и мелкая искра боли в ногах. Мягкий, спокойный удар об железный пол, словно тебя в воздухе поставили на ноги. Мысли плотно и крепко переплетены в узел, еле сдерживающий их бурный поток. Столько паники, страха, тревоги… Словно ты медленно прощаешься с жизнью. Но аккуратно открыв глаза, я вижу, что стою ровно в вертикальном положении. Прямо как и тогда, будто кто-то аккуратно, незаметно схватил меня в воздухе и словно лёгкую пушинку поставил на землю… Но никогда мне ещё не было настолько страшно падать… Балун-бой стоял прямо рядом со мной и с той же любопытной улыбкой смотрел на меня. Всё ещё не отойдя от шока, я посмотрела на него застывшими глазами, задавая немой вопрос. На этот вопрос он лишь громко рассмеялся, будто ничего не произошло и развернувшись пошёл вперёд. Стараясь хоть как-то встряхнуться, я глубоко вздохнула и впервые за всё время зашевелилась. Такое чувство ничем непередаваемо… Именно сейчас мою душу распирал оглушительный крик, но я сдерживала его внутри, тем самым истязая себя. Но кроме этого корила себя за недоверие, ведь я уже не в первый раз падала вниз и всегда, постоянно Голден спасал меня. Это не кошмар — это моя задача, а я превращаю её в фильм ужасов. Я же знаю, что он рядом, что он не позволит мне ошибиться. С ним я могу чувствовать себя в безопасности, он не желает зла…  — Неужели ты и правда думала, что я дам тебе упасть, Малыш? — похоже наблюдая моё состояние, послышался ласковый голос Золотого. Теперь я явно почувствовала стыд. Я уже столько всего слышала, столько всего пережила и всё равно боюсь каждой мелочи. Сколько можно быть такой трусихой? Я должна помнить свою главную цель — души дети должны наконец освободиться… Они слишком долго находились взаперти в железных тюрьмах, они слишком долго и несправедливо мучились, они заслужили наконец обрести спокойствие… Души прячутся где-то здесь, скрываются от опасности, однако за столько лет им улыбнулся шанс наконец попасть домой… И тут же рухнул… Поодиночке не выберется никто..  — Прости… — лишь тихо зашептала я. От одного представления, как маленькие, заблудшие души прячутся в тени от боли и страха, как плачут где-то в углу не в силах больше терпеть… Разве такой участи заслуживает ребёнок?  — Тебе не за что извиняться, Малыш. Все из нас чего бояться. Главное не дать страху победить себя…  — Спасибо… Спасибо, что помогаешь мне… — прошептала я в ответ, чувствуя как внутри растекается теплое чувство от его улыбки. Ничего не было впереди, ничто не преграждало нам путь. Лишь тянулся вперёд бесконечный, чёрный коридор, казалось, что он никогда не закончиться. Странные тени возвышались над нами, выстраиваясь в знакомые силуэты. На своё удивление, я обнаружила, что ни один из семи шариков в руках не пострадал, я сжимала их в руке, стараясь сохранить каждый. Мальчик шёл вперёд, а я держала его за руку, стараясь поспешно идти к намеченной цели. Он выглядел абсолютно уверенным в ней, а мне оставалось лишь следовать за ним. Наконец, впереди показалась стена — конец нашего пути. Рядом с ней находился заключительный и самый главный шарик. Он переливался всеми возможными цветами, разрывая весь тот мрак рядом с собой. По взгляду Балун-боя я поняла, что это последний шар, но возникал вопрос: Для чего же всё-таки нужны все эти 8 шаров? Иногда мне казалось, что всё здесь идёт не по моей воле, для чего я нужна, если аниматроники знают путь, если они могут помочь? Что я могу сделать? Приходилось лишь смириться и терпеливо ждать. Ведь без его помощи я бы не осмелилась падать вниз… Я бы не осмелилась разорвать тьму, чтобы ближе подобраться к свету… Подойдя к шарику, я аккуратно потянулась к нему. Но внезапно, эхом раздался тихий, детский плач — единственный звук в гробовой тишине. От этого я резко дрогнула и прислушалась. Мне хотелось понять, откуда он доносится, кто его издаёт… От него на клочья разрывалось сердце и так хотелось подойти, поддержать, утешить… Но не было понятно откуда он доносится. Он будто бы был повсюду, словно всё это было игрой воображения.  — Не время рваться к чувствам, Виолет… Я знаю, тебе больно слышать страданья потерянных душ… Но не совершай ошибок, ты ещё успеешь вернуться сюда… Порвёшь череду — не сможешь начать сначала. Станет слишком поздно, когда запрутся двери…  — послышался голос Золотого внутри. Я вновь почувствовала чувство безопасности, словно меня обволокли в непробиваемые, невидимые доспехи. Он всегда находился со мной, оберегал, словно счастливый талисман. Страх бесследно испарялся, стоило мне услышать его голос вновь. Подавив свои чувства жалости и сострадания, я наконец резко схватила последний шар…

***

 — Виолет?! Виолет, наконец-то! — сквозь мглу, усиливаясь послышался громкий, восторженный голос Спрингтрапа. Чувствуя как что-то тяжелое прижимает меня, как затягивается необыкновенное чувство — болевое, режущее, разрывающее, углубленное, мирное, спокойное… я наконец начала приходить в себя. Сердце учащённо билось, словно только начало свою непрерывную работу, по телу бегала мелкая дрожь от холода металлических рук, а внутри словно всё опустошилось, стёрлось, иссякло. Все чувства, эмоции укоротились, оставалась лишь ноющую боль в груди. Словно паря в пустом пространстве, я наконец начала медленно приходить в чувство, вспоминать, что происходило. Казалось, что я начинала жить вновь, проснувшись с долговременной, глубокой комы.  — Слава Богу ты очнулась. Я боялся, что потерял тебя… — прошептал Спрингтрап. Я вспомнила, что потеряла сознание, упав прямо в его руки. Мы сидели на его маленькой сцене. ОН прижимал меня к себе, нежно гладя по голове, словно успокаивая. Представив как он мог себя чувствовать в этот момент, я почувствовала стыд. Я совсем не хотела приносить ему столько хлопот, ведь роботу сложно определить жив человек или нет… Взглянув в его добрые, полные радости глаза, я ощутила как внутри течёт тёплый, мягкий поток, как краснеют щёки.  — Прости… Это сложно объяснить, но это очень важно… Голден проник в мой разум, чтобы помочь найти души пропавших детей и освободить их… Я думаю, что ты знаешь про Фиолетового человека… Когда он разломал аниматроников, то выпустил души на волю, но при этом они не смогли выбраться, так как должны были собраться все вместе… При слове: «Фиолетовый человек», Спрингтрап явно немного смутился и опустил взгляд, о чём-то задумавшись. Я удивлённо взглянула на него, спрашивая всё ли в порядке. - Да, я знаю. Голден рассказывал мне про них. Не волнуйся, теперь всё в порядке, — в начале его взгляд был какой-то задумчивый, печальный, но потом тон резко изменился в ласковый и приятный.  — Каждый из нас скрывает то, с чем он связан… — внезапно послышался загадочный голос Голдена.  — Теперь, когда ты очнулась я могу не беспокоиться… — нежно прошептал Спрингтрап и притронулся к моей щеке. В моих мыслях крутились слова Голдена: Что он имел в виду? С чем это может быть связано? Но больше всего меня сейчас волновала судьба детей. Я не понимала для чего могут пригодиться те шарики и только следующая подсказка могла ответить на остальные вопросы.  — Пойдём, я должна идти дальше. Я чувствую, я уже близко.  Спрингтрап серьёзно посмотрел прямо мне в глаза, когда я резко вскочила на ноги. В его взгляде чётко выражалось беспокойство, но я не могла больше терпеть. Мне надоело, что от меня что-то скрывают — я устала, от чего только больше нервничала от каждой остановки.  — Ты уверена, что готова к этому вновь? — всё-таки, как можно аккуратней спросил Спрингтрап, видя, что я на взводе. Я со всех сил пыталась набраться терпения, но любопытство, жгучее желание полностью всё аннулировало. - Да, я в этом уверена и полностью готова. — ответила я прямо и вспомнив порядок нажимания рычагов целенаправленно пошла к игровому автомату. Спрингтрап молча пошёл за мной, хотя не был уверен, что я точно не пострадаю. Не смотря на всё своё желание, я была глубоко благодарна ему за всё.  — Ты становишься всё смелее и смелее, Виолет… Понимаю. Я тоже не люблю ждать… — вновь прозвучал голос Золотого и я вновь почувствовала его фирменную ухмылку. Много времени наш путь не занял. Меньше чем через минуту я стояла около автомата, ожидая всё что угодно. Спрингтрап стоял прямо позади меня, подойдя как можно ближе, чтобы успеть поймать меня. Я глубоко вздохнула и начала по очереди нажимать на первую пару из 4 рычагов, вспоминая как это делал Голден. Верхний левый… Нижний левый…Верхний правый… Нижний правый… Экран монитора начал темнеть, трястись в помехах. Я смотрела в него, находясь в глубоком трансе и вскоре начала различать уже знакомый лисий силуэт… Два яркий, неоновых огня сияли прямо в мою сторону, хитрая улыбка, оскаливала острые, железные клыки… Гулким эхом начал раздаваться позабытый, мучительный звон. С каждый разом он всё более усиливался, превращаясь в оглушительный, пронзительный, душераздирающий крик… Тысячи многочисленных голосов, спешных, тревожных, громкий скрип металла, режущий, раздирающий… Хочется крикнуть так же громко, чтобы хоть на минуту приглушить его… Я хватаюсь за голову, зная, что это невозможно остановить. В глазах начинает всё быстрее и быстрее темнеть, но я не смею кричать от боли от страха. тяжело дыша, я вновь падаю прямо в руки Спрингтрапа, вновь глубоко погружаясь в сон… Грань между реальным и невидимым, внешним и подсознательным, единственный путь к свободе для заблудшей души…

Мангл — осколки сознания

Идя сквозь густую тьму, я устремляюсь к длинному, розовому коридору. Его освещает лишь тусклый, лунный свет, остальное часть ночного пространства. Кажется каждую щель заполнил синий дым, а наверху загадочно расстилается ночное небо. Тихая ночь всегда доставляла мне спокойствие. Такая мягкая, мирная… С нею сливаются все тени, вызывающие страх. Именно в такие моменты хочется просто вслушиваться в тишину, ни о чём не думая… Впереди ночь приобретает краски, сияя яркими огнями. Испытывая необыкновенную лёгкость, я всё же стараюсь насторожиться, чтобы быть готовой ко всему. Наконец, спокойно, осторожно я наступаю на этот весёлый, красочный пол, осматривая ослепительно яркую комнату. Наконец мне на глаза попадается белая фигура на полу. Единственное отличающееся пятно, среди ярких красок. Осторожно подойдя ближе, я вижу, что это голова Мангл. Той самой Мангл, которая была в составе Игрушечных аниматроников в 1987 году. Совсем новенькая, но совершенно разобранная. Нету тела, эндоскелета, всего лишь голова со светящимися, завлекающими глазами, горящими жёлтым неоновым пламенем. Интуиция подсказывает мне, что именно она мне сейчас и нужна. Притягиваемая своей целью, любопытством, словно находясь в глубоком трансе, я медленно подхожу к ней, пытаясь дотронуться. Вновь звучит приглушённый, предупреждающий звон в моей голове, но я игнорирую его, прислушиваясь лишь к своим ощущениям. Что-то прозрачное, холодное, живое окружает её, что не остается выбора. Чем ближе приближается моя рука, тем громче становятся звуки — голоса, истошные крики, шум помех… Внезапно, послышался оглушительный скрежет, на мгновение я увидела отражение головы фантома. Оскаленные клыки, горящие неоновым огнём ослепительно-белые сферы, затягивающие в глубокую, призрачную бездну, в бесконечный, ночной кошмар, преследующий меня при каждой встрече с фантомами… В один момент всё встаёт на свои места, стоит мне лишь отдёрнуть дрожащую руку. Глаза Мангл резко стали обычными, затихли все звуки, воцарилась таинственная, застывшая тишина.  — Помоги мне… — послышался тихий, искажённый голос. Живой, словно человеческий взгляд медленно прожигал меня, — Я должна собрать все свои части… Меня разобрали и одна я не в силах сделать это… Прошу, помоги… По телу проскочила мелкая дрожь, настолько измученным и тихим был голос Мангл, что сжималась вся душа. Я присела и уже ничего не опасаясь, взяла её голову в руки.  — Только будь осторожна… Он всё ещё там.  — Кто он? — непонимающе спрашиваю я.  — Тот маленький мальчик. Мой самый главный фанат… — слегка рассмеялась Мангл, смотря вперёд, — Он настолько любит меня, что хочет чтобы я всегда была рядом с ним… Каждая моя часть. В мыслях я искренне удивилась, как она может так спокойно всё это терпеть и после всех выходок детей оставаться доброй и ласковой к ним. Ведь именно из-за них она превратилась из Игрушечной Фокси в Мангл… Хотя о чём я таком думаю — это дети, а она просто молодец, что продолжает им дарить любовь не смотря ни на что. Никогда и ни в чём не были виноваты аниматроники… Это люди превратились в бездушных тварей, не способных на сострадание. А они лишь выполняли свою работу, у них не было выбора… Мы направились прямо вперёд, где в стене я видела мелькающий проход. Сейчас наша задача отыскать все части и не попасться тому мальцу, чтобы он не отобрал ещё и голову… Стараясь быть как можно осторожной и достаточно тихой, я на цыпочках подошла к проходу, пряча голову Мангл. За дверкой слышались мирные шаги маленьких ножек, на каждом углу ищущих последнюю часть. Аккуратно взглянув из-под угла, я заметила, что остальные при этом разбросаны по всей комнате и единственным решением становится лишь дождаться момента когда мальчик сможет уйти в другую комнату. Стараясь не издавать не единого шороха, даже не дышать, я следила за мальчуганом лет 6. Зелёная рубашка с рисунком Мангл и надписью: «Она самая лучшая!», небрежные каштановые волосы и синие брючки — так выглядел этот малец, начинающий уже терять терпение от того, что не может отыскать головку своей любимицы. Наконец он устало вздохнул и решив поискать в другой комнате, скрылся за дверью. Это был идеальный момент и я немедленно направилась к частям. К моему удивлению весь экзоскелет Мангл раскрошился на мелкие кусочки и осталось собирать только её эндоскелет с уцелевшими лапами. Тело, ноги, руки, голова попугая — всё собирала в одну охапку, стараясь при этом не уронить голову Мангл. Она при этом вела себя абсолютно спокойно и тихо, лишь иногда с опаской оглядываясь на дверь, куда выбежал мальчик. Словно жонглёр, я старалась балансировать со всеми частями, держа их в обеих руках и прижимая к себе. Внезапно из-под прохода послышался слабый, неясный шорох.  — Думаю вам надо поспешить найти укрытие… — я чуть ли не подпрыгнула, услышав голос Золотого. Мне не хотелось расстраивать или злить ребёнка, поэтому я начала быстро бегать глазами по всем углам. Укрытия нигде не было видно поэтому мне пришлось спрятаться за маленьким углом прямо около прохода. Быстро забежав за него я всем телом прислонилась и задержала дыхание. Мальчик еле волоча ноги вышел из прохода, выглядя ужасно раздосадованным. Он прошёл мимо нас совершенно ничего не замечая и увидев проход, где мы были с самого начала тут же побежал к нему, сияя счастливыми искрами в глазах. Глубоко вздохнув, я наконец расслабилась и так же тихо прокралась к двери. Мне было интересно, что его так привлекло и положив все части Мангл на пол я прислонилась к углу, пытаясь рассмотреть того мальчишку. То, что я увидела одновременно ввело меня в немой шок и одновременно заставило улыбнуться. Тот самый мальчик крепко прижимался к настоящей, совершенно новой, блестящей и яркой Мангл, широко улыбаясь. Сама же "Мангл" смотрела в мою сторону, оскаливая клыки в знакомой, хитрой ухмылке. По глубоким, чёрным глазам с голубыми зрачками я сразу поняла кто на самом деле эта "Мангл" и испытывая необыкновенное чувство благодарности, широко улыбнулась ЕМУ. Он подмигнул и одной рукой поглаживая мальчика по голове, указал за мою спину. Обернувшись, на своё удивление я заметила, что Мангл каким-то образом сама присоединила к себе все части и передо мной уже возвышалась её полу-эндоскелетная версия. Стряхнув с себя пыль, Мангл взглянула на меня и улыбнулась: - Спасибо, Виолет... Без тебя я бы вряд ли смогла всё это собрать... - но потом, обернувшись к стене, добавила, - Ну а теперь я помогу тебе... Детишки обожаю Дни рождения...