I'm Humanoid

— Билли, я дома! — хорошее настроение не покидало меня весь день и весь вечер. Ученики особо не дергали, и я спокойно читал веселую книгу, думая о сегодняшней удаче. И все-таки надо срочно менять отношение к Биллу! Он же не собака все-таки… Билл лежал на кровати и читал книгу. Странно, раньше меня он никогда не ложился. В голове был четкий план дальнейших действий. — Как дела с космолетом? — Спасибо, хреново, — буркнул он. Да чего с ним такое? Критические дни что ли? Ой, забыл! У Билла их физиологически не бывает. Может, у гуманоидов еще какая-нибудь хрень имеется? — Да ладно, — как бы невзначай сказал я, снимая футболку и кепку, развешивая их на стуле. — Эта твоя развалюха все равно уже не полетит… — я стоял к Биллу спиной, но чувствовал, что сильно задел его. Что тот уже буквально захлебывается от злости. — Том! Иди ты… — зло прошипел он. Я в два шага пересек комнату и навис над Биллом. Он несколько удивился. Я приблизился ближе к его лицу. — Так куда мне надо было идти? — прошептал я. Я чувствовал его горячее дыхание. Мои губы были в паре сантиметров от его. И я не собирался менять ситуацию. Какие же эти гуманоиды простые. Я еще ничего не делаю, а он уже забыл, что хотел. Если так дальше пойдет, то я без проблем его и на секс развести смогу. Сердце парнишки сбилось с ритма, и билось очень громко, я слышал это. — Так что? — я выдохнул. Билл прикрыл глаза, с губ сорвался тихий стон. Он то приоткрывал рот, то снова закрывал, стараясь, что-то сказать. Но мысли, как тараканы, разбегались в голове ничего не соображающего гуманоида. Да, я знаю, я садист. Издеваюсь над несчастным мальчиком. Но меня еще заслужить надо! — Том… — тихо произнес он, находясь, все в том же состоянии. Я изогнул бровь. — Я думал ты что-то хотел, но раз нет… — я выпрямился и ушел в душ, тихо радуясь своей победе. Не растерял еще навыки-то!

***

Билл лежал на спине, широко разведя ноги (ммм… как сексуально) и, скрестив руки на груди, о чем-то напряженно думал. Я на ходу вытирал голову полотенцем. Билл смотрел в одну точку, очень сосредоточенно, прямо гипнотизировал взглядом несчастную мою кепку. — Не спишь еще? — спросил я, подходя к шкафу. Он устало перевел взгляд на меня. — Том, я хотел спросить… — Что? — все так же не поворачиваясь, я снял полотенце, повязанное на бедрах, и, краем глаза наблюдая за реакцией Билла, повесил его на открытую дверцу шкафа. Реакции не последовало никакой. — То странное ощущение… когда ты наклонился ко мне… — я одел шорты и лег рядом с Биллом, — мне почему-то очень захотелось прикоснуться к тебе… губами… к твоим губам… — он говорил напряженно, тщательно подбирал слова, это было видно. При этом, сопровождая жестом. Билл приложил пальцы к своим губам, потом коснулся моих. Я широко улыбнулся. — Это, Билл, называется поцелуем… — Билл удивился. — Поцелуй? — задумчиво произнес он, снова касаясь своих губ. — А… — Билл! — прервал его я, — Я тебе завтра книжку дам, там и прочитаешь все про это, а пока спи! — я развернулся к нему спиной и закрыл глаза, притворяясь спящем. Да, я знаю, я та еще сволочь, ну уж пардон! Любите, какой есть! Хорошо, все-таки у него присутствуют нормальные человеческие рефлексы. Такие, как возбуждение. Вот только я не почувствовал никаких изменений в его нижней части, в то время, как у меня там разыгралась вторая мировая война. И все-таки я не мог понять, что со мной. В какой-то момент мне правда захотелось поцеловать его, попробовать, какие у гуманоидов губы… Пришлось приложить не мало усилий, чтобы этого не сделать. Я же не педик! Нет, я не мог быть педиком, это точно. Что же я чувствую к Биллу? Я явно что-то ощущаю, но что это? И какой же я теперь ориентации? Ну с Биллом то все понятно, он БИ во ВСЕХ возможных смыслах этого слова. А я? Может тоже БИ? Нет, ну то, что я не гомик это точно! Хотя и в своей натуральности я тоже был бы не уверен на все 100%…Кто у нас там еще бывает?.. Педофилы, зоофилы…а как называть тех, кому нравятся гуманоиды?! У меня даже язык не поворачивается такое выговорить! Как же все-таки сложно жить… День начался обычно: пинок от Билла — подъем, пинок от Билла — душ, пинок от Билла — завтрак, во избежание пинка от Билла — работа. Порой хотелось послать надоедливого гуманоида куда подальше, но я все-таки понимал, что Билл это из лучших побуждений, а то я бы совсем обленился.

***

Многие из учеников сегодня не пришли. Апрель, как ни как, скоро конец года — все к репетиторам. У меня было от силы человек 5. Я проводил взглядом ушедшего ученика и взглянул на часы. Третий час. Сейчас должна подойти моя любимая ученица, а потом свобода! Ученики у меня сильно разные. Есть маленькие первоклашки, размером с саму гитару. Я прямо говорил родителям, что это бесполезно! Как можно чему-то научить человека, который не имеет ни желания ни физических возможностей. Но родителям пофигу. Я же детей стараюсь не мучить, понимаю все-таки. Далее следуют ребята с акустикой от 9 до 11 лет. Балбесы балбесами! Честно признаться, эта вся мелкотня мне вовсе не интересна, и я не заинтересован, как человек, в их дальнейшей музыкально карьере. Человек, которые даже расположения нот на гитаре выучить не может, а хочет уж на сцену лезть… Сами понимаете. Есть у меня несколько учеников по 15-16 лет, вроде умные ребята, но что из них выйдет сложно сказать. И еще одна девочка 14 лет. Отличная девчонка. Играет всего два года, но очень классно играет. Но ей сильно не везло с преподавателями. Первый преподаватель — фанатик акустики ушел из музыкальной школы. Второй — дедок 75 лет — с ужасным характером не смог найти с подростком общего языка. Третий, 56 лет — выпивоха подзаборная. Таким образом, Катерина, перепробовав очень много, умеет играть всеми возможными способами. Ноты, аккорды, но предпочтение отдает все же табулатурам. Недавно мы с ней выбрали электрогитару, и теперь она изучает игру с применением баре на перегрузе. Девочка деловая очень, всегда знает, чего хочет. Составила мне список песен, которые хочет играть. Немного нагловатая и требовательная, но я её за это уважаю. Я пообещал себе, что сделаю её музыкантом. Вот и сейчас, я сидел и ожидал Катерину, как вдруг зазвонил телефон. Я лениво поднял трубку. — Том? — раздался взволнованные голос Билла. — Да? Билл? — Том, приезжай, пожалуйста. Меня в милицию забрали. — Как в милицию?! — я прямо подскочил на стуле. Голос Билла дрожал. — Я тебе на месте объясню… — Диктуй адрес! — быстро сказал я, проверяя на написание все ручки на столе. Дверь открылась. Пришла Катя. — Добрый день… — начала было она, но я ее оборвал. — Кать, слушай, ты не могла бы сегодня позаниматься одна? — брови девочки взлетели вверх. Я умоляющим тоном добавил, — Катерин, у меня большие проблемы. У меня брат в беду попал, пожалуйста, не злись на меня. Мне срочно уйти надо, — Катерина тяжело вздохнула и кивнула. — Спасибо! — воскликнул я. Вот за что я еще люблю Катю, как это за ее понятливость. У директора я отпросился без проблем. Он тоже понял меня. Держись, Билли.

***

Я довольно быстро прибежал в отделение. Там было много народу. — Том! — услышал я. Долго искав Билла взглядом, я наконец-то нашел. Он стоял, прижавшись к решетке. — Билл! — я кинулся к нему, — Билли, как же ты тут оказался-то? — озабоченно заговорил я, накрывая его руки. Он опустил голову, прижимаясь лбом к решетке. Щеки его блестели, глаза опухли. — Я сам не понимаю… подошли, спросили какие-то документы, потом отвезли сюда. Я просунул руку сквозь прутья и погладил Билла по волосам, заправляя выбившиеся прядки за ухо. — Все будет хорошо, слышишь, все будет хорошо, — говорил я. В поле моего зрения попал мужчина в милицейской форме, — Подожди! — попросил я, кидаясь к мужчине. — Том? — услышал я в след. Прости, Билли, надо кое-что решить. — Господин офицер, — окликнул я. Мужчина остановился и вопросительно посмотрел на меня, — Скажите, пожалуйста, кто забрал вон того парня и за что? — я указал на все так же стоящего Билла. — А, этого… Я забрал. Странная личность без наличия документов. У нас сейчас отлов бомжей идет, — проговорил он, глядя в бумаги. — Отлично, а теперь можете отпустить моего брата? — Вашего… кого? — удивился тот. — Видите ли, этот юноша мой родной брат. Приехал только недавно, вещи и документы обещали доставить завтра, — сотрудник правоохранительных органов был удивлен таким поворотом событий. Через пять минут Билл был выпущен и сразу кинулся ко мне. Я подался ему на встречу, заключая его в объятия. — Братишка, ну как же ты так? Я же волновался! Никогда больше не уходи гулять без моего ведома, — я осознавал, какой бред я несу. Это было сказано не для Билла, а скорее для гаишников. Вдруг не поверят. — Я не буду, больше никогда! Спасибо тебе, — быстро заговорил Билл, крепче прижимаясь ко мне. Блин! Ну нам точно надо в театральное. — Пойдем, пойдем домой, — я отстранил «братика» от себя, поспешно вытирая его слезы. Он закивал, глядя мне в глаза. Я попрощался с мужчиной, краем глаза заметив, что сидящая на вахте женщина прослезилась, крепко взял Билла за руку и мы вышли. — Фух… — вздохнул я с облегчением, когда мы отошли подальше от отделения, — Билл, ну ты меня напугал… — Билл вытирал рукавом глаза. — Прости Том, я не хотел… — Да ладно, — я махнул рукой, — это не главное. Знаешь, надо будет оформить тебе документы. А то мало ли, а ты без паспорта… — Э… а что это? — Билл почесал затылок. — Не заморачивайся. А еще, — я критически оглядел его, — Одежду тебе надо купить…

***

Я привел Билла в огромный магазин и отправил выбирать шмотки. Это было не совсем по моей части. Точнее по моей, я любил ходить по магазинам, но я же не знал вкусов Билла. А вкусы у него определенно были, причем весьма очень даже ничего. В конце концов мы купили ему две пары джинсов, две пары обуви, две футболки и черную рубашку. Один комплект одежды был так, в магазин сбегать — погулять пойти. А другой на выход. А дома, ладно уж, в моем походит. Я же не миллионер, чтобы ему сразу весь гардероб покупать! Называется, продал Томас гитару — купил Биллу шмоток. Естественно покупали мы не в крутом бутике, а на обычной барахолке, и уложились в 5 тысяч. Ничего, вот начнутся гастроли, популярность, и купим ему чего-нибудь по приличнее. А пока пускай довольствуется тем, что имеется. И все-таки Билл был счастлив. Мы шли по улице и он подпрыгивал на месте, лучезарно улыбаясь. — Том! Спасибо! — в который раз повторяет он. — Билл, да я уже понял, не за что! — отвечаю я. Билл снова улыбается. Люблю я его улыбку. Она такая честная, искренняя. Билл улыбается всегда — когда рад, когда стесняется, когда не уверен, когда боится… Всегда! И мне это определенно нравилось. Он как-то расслабляющее на меня действовал. Почему он на меня вообще действовать должен?! Я покосился на прыгающего рядом гуманоида. Такой по-детски наивный, такой трогательный… — Стопе! — хрипловатый голос вернул меня к реальности. Перед нами стояло три парня. Людей вокруг не было. Билл застыл рядом со мной. Глаза его были широко распахнуты, а губы поджаты. Троица была примерно нашего возраста, не высокие, но очень крепкого сложения парни. Типичная гопота! — Деньги давайте! — потребовал один из них. Двое, стоящие за его спиной нахмурились. — Ребят, может, решим все мирным путем? — предложил я. В руке первого блеснуло острие ножа. Я стал рыться в карманах. Один-то я, быть может, и рискнул справиться с ними, но со мной был Билл. Вдруг его покалечат? Он такой хиленький, слабенький, соплей перешибешь! А их трое… Я достал руку из кармана, протягивая зажатые в ней купюры. Главарь банды улыбнулся, демонстрируя золотые зубы. Вдруг Билл резко схватил меня за кисть, и опустил мою руку. Я удивленно уставился на него. — Билл, ты чего делаешь? — шепотом спросил я, наблюдая, как меняются лица грабителей. Билл даже не посмотрел на меня. — А почему это мы должны вам деньги отдавать?! — громко спросил Билл. Гопники опешили от такой наглости. Главарь вспомнил про нож, оскалился и замахнулся им на Билла. Но тот ловко увернулся и выбил нож. Лезвие блеснуло, и холодное оружие отлетело в сторону. Далее были нанесены еще несколько ударов. Ногой в живот, локтем по спине. Однако между этими ударами, гопник успел схватить валяющийся на асфальте осколок бутылки и полоснуть Биллу по руке. Тот вскрикнул и со всей дури ударил в челюсть нападавшему. — Валим! — воскликнул он, прижимая руку ко рту. Только пятки засверкали. Билл смотрел в след убегающим парням, пережимая руку к бицепсу. — Билл, как ты? — спросил я, подходя ближе. — Все нормально, — ответил он, сморщившись, попытался улыбнуться. Только сейчас я заметил огромное багровое пятно на плече Билла. Я никогда не боялся крови. Будучи задирой, я часто разбивал губу или нос. И мои друзья тоже. Я воспринимал это как нечто обычное. Я не беспокоился ни за себя, ни за друзей. Но увидев кровь на руке Билла, мне стало очень страшно, невыносимо обидно и больно. Как будто это не его, а меня ранили. — Зачем ты так, Билли? — спросил я, отрывая рукав своей футболки перевязывая руку Билла. — Ну как же, — ответил он, стараясь скрыть боль, — каждый должен защищать свою семью… — я кивнул, продолжая делать перевязку. И только тут до меня дошел смысл сказанных им слов. — Семью?! — Семью?! — я еще раз прокрутил в голове сказанные им слова, — нет, Билл, что ты! Мы не семья! — я думал Билл обидится. Но он скрестил руки и посмотрел на меня исподлобья. — Том, мы живем вместе? — провокационно спросил он. — Да, но… — Тс-с! — Билл приложил палец к моим губам, — Мы вместе ведем домашнее хозяйство, вместе решаем бытовые проблемы, вместе спим… — Но это же совсем в другом смысле! Вынужденные меры! — Билл поднял брови. Я осознавал, что он все же прав и смиренно опустил голову. — Билл, — произнес я, чуть не плача, — но это же не правильно… мы же не… — Билл покачал головой, и я вынужден был замолчать.

***

Билл зашипел. — Больно? — поинтересовался я, убирая в сторону смоченный йодом ватный тампон. Билл кивнул, сжимая зубы. Блин, ну как же его угораздило-то… Я до сих пор был в шоке от этого поступка! Такое, казалось бы, хрупкое существо, и чтобы так! Как можно аккуратнее я закончил обработку. Ранение было не глубокое. — Ничего, до свадьбы заживет, — пошутил я, как оказалось, зря. В глазах Билла мелькнул огонек, который, признаться, не на шутку меня перепугал. Я принялся, было, объяснять смысл сказанных мною слов, но он вдруг быстро встал, привычным жестом положил два пальца на мои губы, давая понять, чтобы я заткнулся, и заглянул мне в глаза. — Том, спасибо тебе, — ровно сказал он, приблизился ко мне и потерся носом о мой нос. Я был, честно говоря, в шоке. Тем временем Билл уже отошел к своему привычному месту у плиты. — Билл! — позвал я, не меняя ни позы, ни выражения лица. Билл сделал несколько шагов назад. — Да? — переспросил он. — Что это было? — Что было? — искренне удивился он. — Ну, вот это, — я коснулся своего носа. — Ах, это… Это определенное выражение чувств, — видя, что я не понимаю, Билл пояснил, — ну, как у вас поцелуй. Я поджал губы. Хорошо, что он все-таки не догадался меня поцеловать, а то совсем абзац был бы… И тут, этот чертов гуманоид, как будто прочитав мои мысли, быстро сказал: — Я могу и по-другому, — и быстро чмокнул меня в щеку. Ну все, абзац!

***

— БИЛЛ!!! — Чего? — удивленно произнес он. Нет, он еще удивляется! — я сделал что-то не так? — нет, он еще спрашивает! Я был готов… был готов… Блин, я даже не могу описать своих чувств! Хватая ртом воздух и задыхаясь от возмущения, я махал руками, пытаясь что-то сказать, но у меня ничего не выходило. А Билл спокойно стоял, скрестив руки, и смотрел на меня. Эмоции иссякли, как и не высказанные аргументы. — Просто не делай так больше, — закончил я, направляясь к себе. Билл поплелся за мной. Нет, ну блин… — Что?! — рявкнул я, резко поворачиваясь к своему «хвостику». — Том, мне скучно, — устало добавил Билл, –а еще я хотел спросить, вот на каком этапе у человека начинается стадия… Я сделал жест рукой, призывая его к тишине, и удалился к себе. Через некоторое время я вернулся с большой и очень толстой книжкой в руках. Она весила килограмм 15, наверное! Во! «Великие тайны и загадки. Энциклопедия». Как нельзя кстати! Дело в том, что полгода Йост затеял уборку дома, ну и, естественно, нас насильно привлек к этой тяжелой работе. Сколько же тонн всякой всячины мы вынесли… Я и не думал, что у Йоста так много вещей! Ему было жалко выкидывать эту хрень, поэтому он раздал нам, зашибись логика, не правда ли? Помню, как мы тащили вещи до дома, в том числе большую часть его библиотеки. Георг решил не тащить и выкинул все у ближайшей же помойки по пути к дому. Его примеру последовали и мы. Но все же кое-что хорошее я решил оставить, пригодится. Вот и пригодилась книжечка! Там столько страниц… будет чем занять Билла недельки так на три. Принимая источник знаний, Билл пошатнулся, но все же удержал равновесие. Я злобно усмехнулся и, пожелав приятного прочтения, ушел искать ноты для учеников.

***

Спустя полтора часа, Билл пришел ко мне и сел рядом на кровать, закинув ногу на ногу, и обняв колено. — Том, — улыбнулся он. — М? — буркнул я, продолжал разбирать листочки. — А зачем в кино ходят? — Чтобы фильмы смотреть, — так же не обращая на него никакого внимания, ответил я. — Ой, класс! А давай сходим? — я пробурчал в ответ что-то невнятное. — То есть нет? — о, надо же! Какие мы догадливые! — Хорошо, — натянуто произнес Билл, и замолк. — А ты знаешь, что дельфины вообще не спят, у них полушария мозга работают по очереди. А знаешь для чего? А все потому, что у них имеются легкие, и им надо всплывать, чтобы дышать. А то они утонут. Вот как здорово! Рыба утонет, а еще… — я мысленно выругался. Дальнейшие минут 10 Билл воодушевленно рассказывал мне какие-то интересные факты, которые, собственно, меня мало интересовали, но конкретно отвлекали и бесили. — …был построен в… э… в каком же году… — Билл перестал монотонно гудеть, а именно так я воспринимал его речи, и задумался. Я поднял голову, изображая, что жду продолжения. — Я сейчас! — он вскочил с кровати и скрылся за занавеской. Наконец то! — В тысяча… — вернулся он, держа книгу в руках. Я понял, что попал, и поспешно предложил: — Билл, а давай кино посмотрим? — Билл отвлекся от книги и некоторое время, не мигая, смотрел на меня. — Ты серьезно? — спросил он. Я кивнул, глупо улыбаясь. Билл отбросил книжку в сторону, она с грохотом упала на пол. — Ура!!! — с распростертыми объятиями, гуманоид бросился ко мне.

***

Я долго выбирал, чтобы посмотреть. Столько фильмов, а нормальных мало! Я не хотел показывать ему фантастику или ужасы, мало ли, как это повлияет на его психику. В конце концов отобрал несколько фильмов. Первым было решено смотреть «Майор Пейн». А что, веселый фильм. Пускай посмотрит на чернокожих людей. Я прилег на диван, и Билл сел рядом.

***

Над вторым фильмом мы с Биллом смеялись от души. Вот умеют же русские снимать! «Хотабыч» — замечательный фильм! Очень веселый, и оригинальный. И Биллу не навредит. Разве что пришлось объяснять ему некоторые детали, но он заверил, что уже понял устройство нашего мира и научился отличать правду от выдумок.

***

А далее решили посмотреть «Хатико». Признаюсь — не смотрел. Если бы я это посмотрел ранее, то, конечно же не позволил бы Биллу! Однако же, прочитав аннотацию, подумал, что ничего страшного. Страшного ничего не было. Однако уже на середине фильма, Билл начал вытирать слезы о мою футболку. Все еще были живы и здоровы, но он, видимо предчувствовал дальнейшие развития событий. Под конец фильма, Билл проплакал мне всю футболку насквозь. Я и сам плакал в конце, но не так, как Билл. Какой же он ранимый все же… Фильм был прекрасно снят, и сюжет был реальный, но больно уж грустно…10 лет ждать человека, который никогда не вернется… Уже давно стемнело, и луна заглядывала в окно, освещая комнату холодным светом. Пошли финальные титры, и я нажал на off. Телевизор погас, а проигрыватель сам выключится. Билл разрыдался в полный голос. Я кое-как вырвался из его цепких пальцев и пошел за валерьянкой. Сам выпил, и Биллу принес. Билл залпом осушил стакан, снова уткнулся мне в грудь, но уже не рыдал, слезы текли беззвучно. Я взял его за плечи и отстранил от себя, легонько встряхнув. — Билл, не переживай ты. Это всего лишь фильм. Да, перегнули они палку, бывает. Не надо так уж расстраиваться? Билл неуверенно кивнул, шмыгнув носом. Я смотрел в его заплаканные глаза. Лунный свет освещал его лицо. Мокрые щеки блестели. Губы подрагивали. Глаза немного опухли, но все же оставались такими же глубокими. Слипшиеся ресницы добавляли изюминку лицу. Я осторожно взял Билла за подбородок, пристально глядя в глаза. Его взгляд непонимающе блуждал по моему лицу. Неожиданно для самого себя я приблизился к нему и коснулся губами его губ. Билл весь напрягся, мелкая дрожь, толи от страха, толи от возбуждения, бегала по коже. Я понял, что начинать надо с малого, и не стал углублять поцелуй, обхватывая его нижнюю губу своими. Через несколько минут я отстранился от Билла. — Том… — простонал он, переходя на шепот, — Это было великолепно… Я смотрел на его приоткрытый рот, припухшие губы, и полу прикрытые глаза, и мне хотелось еще. И плевать на все. Я положил руки на спину Билла, снова прильнув к его мягким влажным губам. Он был очень даже за. Не разрываю поцелуя, я уложил его на спину. Он обвил руками мою шею, притягивая ближе. И все на свете перестало для меня иметь смысл. Lebe die sekunde, и я жил именно этой секундой. Этим столь сладким моментом близости…

***

Как вдруг что-то щелкнуло во мне. И я отчетливо понял, что делаю. Ночь, диван, и я целую инопланетное бисексуальное существо. Я отстранился от него, сел. Через некоторое время растрепанный Билл тоже соизволил подняться. Он снова хотел что-то сказать, но я снова перебил его. — Это все не правильно, — сказал я, качая головой. — Так нельзя. Мы существа одного пола. Это не правильно. Билл тут же открыл глаза, и принял вполне здравомыслящий вид, как будто мы и не целовались пару минут назад, а просто сидели. Я смотрел в пол, продолжая нести какую-то чушь про правильное поведение и так далее. Краем глаза я отмечал реакцию Билла. С каждым моим словом, он делался все печальнее и печальнее. Он не верил мне. Я и сам не верил тому бреду, что нес. Кому будет лучше, от того, что я сейчас оттолкну его? Ему? Мне? Ну уж нет! — А вообще знаешь, — вдруг сказал я, — А хрен с этими гребанными правилами! — я подхватил Билла на руки и понес к кровати, где мы и продолжили. Может в дальнейшем это мне и аукнется, но сейчас я просто хочу быть счастливым, быть с ним, как можно ближе…