То, что изменит тебя

POV Брайан. Выпроводив очередного парня из лофта, я поплёлся к столу, на ходу застёгивая ширинку. Вчера вечером мы вернулись в Питсбург с отдыха, чему я был очень рад. Все эти прогулки по лесу, блядь, не для меня. Налив в стакан ликёр, я с удовольствием выпил его. Находиться несколько дней в компании Тейлора было очень сложно для меня. Сколько бы я не отрицал, но то, что он мне не безразличен так и будет оставаться истиной. Чувства, которые переполняют меня, когда он находится рядом… они настолько не знакомы мне, что иногда очень пугают. Поэтому, я всеми силами пытаюсь их задушить, скрываясь за стеной сарказма. А теперь, когда Джастин беременный, находиться рядом с ним стало ещё сложнее. Когда я вижу, как он нежно поглаживает свой, ещё совсем маленький живот, мне хочется ему сказать, что я знаю… А что, ведь врачи тоже люди. Бутылка дорогого виски, немного иллюзии любви и мужской ласки сделали своё дело. Доктор выложил мне всё, как на духу. Неделя у Джастина пошла уже девятая. И из этого следует, что отец - я. Винить Джастина в том, что он скрыл это от меня? Чёрт, даже я бы не позволил это себе. Причина мне предельно ясна. В момент, когда Джастин чуть не утонул в озере, меня переполняли самые разные чувства. Мне было страшно, я чувствовал беспомощность. А в голове крутилась только одна мысль: » Прошу, только не умирай, я сделаю всё, что ты захочешь, только останься в живых! » Этот блондин заполнил все мои мысли, даже, когда я трахал того парня, я думал о этом мелком пузатом засранце. Ему удалось пробраться внутрь меня, удалось пробить стену, которую я так давно выстраивал вокруг своего, как я думал застывшего и неживого, сердца. Но нет, чёрт возьми, одной его улыбки хватило, чтобы стена стала рушиться, по кирпичику, день за днём. И как бы я не хотел остановить это, ничего у меня не получалось. Я не верю в любовь, она чужда для меня, даже само понятие. Любовь, брак- это то, что эти жалкие гетеросексуальные идиоты придумали для того, чтобы трахаться. Но даже этих понятий им не хватает. Они поднимают руки за моногамию, при этом изменяя своему партнёру. Они защищают святость брака, которая уже давно запятнана. Её больше не существует. Пара может пожениться и развестись за 24 часа. Так же они могут пожениться для того, чтобы получить квартиру, или чтобы какого-то иностранца оставили в стране. Такую ёбаную святость брака они защищают. Это чёртова игра в семью, которая придумана для того, чтобы просто размножаться — мне не нужна, я не хочу в ней участвовать. Не хочу пытаться подражать натуралам, потому, что сколько бы мы не отрицали, мы не такие как они. Да, у нас есть все права, которые есть у них, и только в этом мы схожи. Но в остальном… нам не обязательно быть одинаковыми. Но Джастин хочет всё то, что есть у натуралов, все педики, почему-то, хотят этого. Блядь, мне никогда не понять, зачем? Неужели нельзя просто трахаться, не выёбывая друг другу мозги? Ведь отношения- это бомба замедленного действия, которая рано или поздно взорвётся. Так зачем начинать то, что заведомо обречено на провал? И всё же, что-то есть в этом парне, что раз за разом заставляет меня плевать на свои принципы. А теперь… теперь он носит под сердцем ребёнка… моего ребёнка. Всё стало намного труднее. Каждый день я вижу как больно иногда делаю Джастину. Вижу это в его глазах, когда он смотрит на меня. И внутри просыпается такое незнакомое чувство. Я не хочу, чтобы ему было больно, не хочу, чтобы хоть что-то доставляло ему беспокойство. Но сейчас источник этого- я. Но Джастин кое-чего не знает — я больше не отпущу его.