7 глава. Мальчишник и девичник.
6 июля 2015 г., 18:42
- Заходи, Муха. Чувствуй себя как дома! У меня, правда, не убрано. Сам понимаешь, квартира холостяка! - оправдывался Максим, закрывая входную дверь. Квартира была оформлена в синих тонах. Лёгкий беспорядок, действительно, присутствует. Но это не мешало, а наоборот, придавало даже семейного уюта. Мухтар медленно ходил по всей квартире и и изучал всё до малейшей мелочи. Жаров, наблюдая за этим, застыл. На потом всё же опомнился и продолжил.
- Мух, ты голодный? Потому что я - очень!
Гав - гав! Мухтар заметно приободрился, услышав о еде. И вправду, нужно подкрепиться!
- Понял! Сейчас сделаем! - с готовностью ответил Макс.
И заботливый гостеприимный хозяин приступил к приготовлению ужина. Так как собаки он не имел после того, как его немецкая овчарка - Серб - погибла, корма для него тоже не было. Но это не проблема. Порывшись немного в холодильнике, Максим нашёл полпалки колбасы и большую кость. Эту кость он должен был завести тётке в деревню для её лабрадора - Римы. Но сейчас эта кость досталась Мухе. Тарелка Серба сохранилась, поэтому проблем с этим не возникло.
Мухтар внимательно наблюдал. Трудно было не заметить его грусть. Где-то в глубине души он верил, что Артём скоро выздоровет и заберет его. Но так же он понимал, что нужно как-то поддерживать жизненные силы, нужно пытаться, работать.
Когда ужин был готов, Максим с кухни позвал Мухтара. Тот пришёл и вопросительно посмотрел на тарелку.
- Вот, Муха! Деликатесов не имеем! - В этот момент Максим развёл руками по воздуху, как это сделал Артём, приговаривая ласково: "А нетю колбасы!"
- Завтра утром, когда будем гулять, купим что - то, хорошо? - Муха в ответ радостно залаял, виляя хвостом, а Максим в ответ улыбнулся крем губ.
- Вот и хорошо! А я, пожалуй, нервы чуть успокою. И он достал виски. День и вправду был очень напряжённым. Хотя уже и вставать через два с половиной часа, это не мешало Максиму. Мухтар же уплетал за обе щеки.
- Давай, что ли, поговорим? А то сидим в гробовой тишине. И Максим начал тяжёлый для него разговор. Он вздохнул, но воспоминания сами нахлынули. Хотелось выговориться.
- Знаешь, ведь у меня тоже была собака. И тоже немец. Звали его Серб. Алкоголь сделал своё дело. Чуть расслабил, развязал язык.
- Ты себе не представляешь, как я его любил! Хотя, кому я рассказываю! Ты же вон как переживаешь за Артёма! А его не стало прошлой весной. На этой фразе Максим тяжело вздохнул.
- Он спас маленькое дитя из - под машины, а сам не успел... Тут эмоции захлестнули волной сердце Максима и ком встал в горле, мешая ему дальше говорить. Мухтару тоже стало грустно и жалко Максима. Он сочувственно положил голову на колени Максима.
- Спасибо тебе, друг! И в ответ Максим чмокнул мохнатого собеседника в голову. Он понял, что они уже становятся друзьями. Почувствовалась эта связь. Связь сердечная.
- Ты не переживай! Толик с Леной не дадут пропасть! - ободряюще проговорил он. А сейчас уже поздно, точнее уже рано. Надо хоть часик поспать. Максим зевнул в подтверждение своих слов. Когда они с Мухтаром зашли в комнату, он достал из шкафа поочерёдно два одеяла, себе и Мухе, простынь и подушку.
- Это тебе! Оно мягкое и тёплое. Будешь здесь спать. Максим рукой указал на подстилку, оставшуюся после Серба, а сам упал на диван.
- А теперь спокойной ночи! Я - спать! И мужчина выключил свет, нажав на кнопку светильника, который стоял на тумбочке, справа от дивана.
***
Когда Максим с Мухтаром ушли, Лена стала подниматься домой. Она рассуждала сама с собой о правильности своего поступка.
"Правильно ли я сделала, что отпустила Муху с Максом? А если он не справится? Лену терзали сомнения, но она вспомнила что-то.
- У Максима, наверное, была собака, потому что он знает, как с ним обращаться." Подойдя к двери, она закончила свою мысль.
- Жанна, я дома! Но в квартире было пусто, и Лене невольно вспомнился тот погром. Вдруг откуда ни возьмись выскочила подруга.
- Бу! Лена вздрогнула, её сердце чуть не выскочило от испуга.
- Извини, Ленок! Я просто хотела проверить Мухину реакцию! -смеясь, сказала Жанна. Но заметив, что Лена пришла одна, она сменила желание пошутить на удивление.
- А где он? Лена пригласила подругу на кухню и там всё подробно рассказала.
- Ты не спешишь?
- Нет, конечно! Для тебя и днём и ночью! Этим Жанна подтвердила свою готовность помочь. Ей не терпелось узнать, где Муха.
- Хорошо! А кто это?
- Это человек, который нашел Артёма.Жанн, он такой хороший! при этих словах Лена улыбалась. Затем продолжила уже более серьёзным тоном.
- Он сидел со мной целую ночь возле операционной! - проговорила она восхищённо. Ведь чужой человек, просить неудобно. Жанна чувствовала в этом голосе оттенки влюблённости
- Обещал с деньгами помочь...
- О-о-о, чувствую, кому-то понравился мужчина? Жанна была в своём репертуаре, к которому, впрочем, все уже привыкли.
- Жанн, не говори ерунды! - всё же отмахивалась Лена. - Кстати, он завтра на допрос должен явиться! С Мухтаром. А! Ещё! Муха не захотел к нам идти. Он от этого Жарова не отходил. - Лена сказала это с капелькой ревности.
- Поэтому я его к Максу отпустила. Жанна, наоборот, поддерживала Мухтара.
- Ну и хорошо! Ему тоже, знаешь, опомниться нужно! Такое пережить! - Затем, впустив в дом тишину на минуту, она продолжила:
- Иногда с незнакомыми людьми легче! По себе знаю! Решив закончить этот разговор, она, Жанна, предложила:
- А знаешь, что? Давай выпьем? Это предложение было неожиданным для Лены, но она согласилась.
- А давай! У папы в холодильнике фирменная настойка. Сейчас принесу! И уже через две минуты Лена вошла в комнату. Но её не оставляет мысль о Максиме с Мухтаром.
"Как там, интересно, Муха? И Максим? Что делают? " Немного успокоившись, она подумала: "Всё-таки Жаров хороший человек! " Но от этой мысли её неожиданно отвлекли.
- Лен, у тебя лимон есть?
- В холодильнике глянь! Затем Лена вошла га кухню.
- А вот и я с настойкой! Ну что, давай? Казалось, у Лены уже слюнки текут и ей не терпится выпить.
- Давай, за Колосова и его здоровье? - предложила Жанна, наполняя рюмочку.
- Давай! И так подруги беседовали ещё долго, пока солнце не поднялось над горизонтом и не озолотило Москву своими лучами на лиловом, словно синяк, небе.