С гипсом не плавают

Когда Карлайл Каллен помогал выйти мне из машины, я чувствовала себя ужасно неловко. - Ты очень скована. Почему? - Не зная, кто ты, я понимаю, что какой-то большой босс здесь, в нашей школе, - он снисходительно улыбнулся при этих словах, - только не смейся с меня. Я пригрозила ему пальцем, как делала со своими учениками. - Продолжай, - тихо сказал мужчина, нежно улыбаясь и обвивая рукой мою талию. - И я не хочу пользоваться твоим высоким положением, что сейчас и делаю. Я просто использую тебя, - я нахмурилась. Он резко прижал меня спиной к машине, нависнув сверху. Глаза метали молнии, губы вновь сжаты. На скулах заходили желваки. Мужчина наклонился к моему уху и, обдав тёплым дыханием мою шею, прошептал: - Знаешь, милая, даже если бы это и было так, я не против. Я, как минимум, провинился, - рука, лежащая на талии, чуть сжала её. - Как максимум, я очень хотел бы, чтобы ты меня использовала. Этот момент был бы менее волнующим, если бы его губы не касались моего уха. Договорив, он поцеловал его, и нежно провёл губами по щеке, закончив путь поцелуем в губы. Сначала я стояла и не двигалась, а потом обхватила его шею одной рукой. Вторая была перевязана и прижата к груди. Потеряв счёт времени, мы прервали поцелуй только когда у обоих закончился воздух. Карлайл прижался своим лбом к моему, пытаясь восстановить дыхание. - Ты сводишь меня с ума, - сказал он и нежно провёл рукой по моей щеке. Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять колотящееся сердце. - Пойдём, нас, кажется, ждут, - сказал Каллен, отстраняясь. Вздох сожаления вырвался из моей груди. Он мягко рассмеялся и, взяв меня за руку, потянул ко входу в школу. Подняв голову наверх, я заметила сотню любопытных лиц в окнах и покраснела. Они всё это видели! Чёрт... Наверное, я сказала это вслух, так как рука, держащая мою, чуть сжалась. В здание мы так и вошли - держась за ручки. Ой, устроят мне учителя допрос потом...с пристрастием... Кого бы мы не встречали на своём пути - все удивлённо оборачивались. Примерно с такими же лицами, как люди в том ресторане. Не нравится мне, когда так смотрят. Только что вот поняла... К тому же, немного смущал мой чёртов гипс. Вроде бы взрослая женщина...кхе-кхе...а умудрилась руку сломать. Прикопайте меня в той клумбе, где я с утра сидела. Там хотя бы удобно... Я успела раз двести проклясть эту школу и всех находящихся в ней людей, пока мы дошли до кабинета директора. Виктор Локвуд не сидел вразвалочку в своём кресле, как обычно, и, после стука в дверь, не орал, как пришибленный, "Ну кто там ещё?", а, после того, как видел гостя (чаще всего это были работники школы - учителя, уборщики, повара...), довавлял, горестно вздыхая "Ну чего у вас там опять, идиоты?". Не-е-ет. Только Карлайл коснулся костяшками пальцев двери его кабинета, дверь распахнулась и явило нашему взору маленького, почти лысого, толстого человечка, с некрасивой улыбкой на лице. Он заблеял, прямо, как овцы: - Здра-а-аствуйте, мистер Каллен. Мисс Платт, добрый день, - казалось, он сейчас станет на колени. - Ой, что же произошло? Руку заметил. Глазастая мерзость. - Упала, - даже не соврала я. - Ой-ой-ой, как неприятно получилось, - покачал головой директор. - Вы уж берегите себя, поосторожней. Выражение лица у него было сочувствующее, но вот кому-кому, а козлу этому я верить не буду. Да и с каких это пор он со мной на вы? - Вы подготовили документы? - холодно спросил Карлайл. У меня аж мурашки по телу пробежали. - Да, да, конечно, - торопливо заговорил Виктор, - вот они. Подошел к столу. Поднял на нас, стоящих на проходе, голову, только сейчас заметив наши руки. На моих щеках появился румянец. Скосила глаза на Каллена. Нет, а этому хоть бы хны! Стоит, весь из себя спокойный такой. Чуть склонил голову набок, посмотрев на меня. Я сжала губы и насупила брови, наигранно обидевший. Уголок его губ дёрнулся, но он всё же сдержал улыбку. Бе-бе-бе, на тебя. Эта маленькая сценка заняла минутки 3, не больше. В это время Виктор что-то рассказывал, но, думаю мы оба прослушали. В общем, встреча прошла спокойно. Мне захотелось плюнуть начальнику на лысину всего 7 раз, а вытолкнуть из окна, когда тот подходил к нему слишком близко, вообще только дважды. Горжусь собой. А вот Локвуд оказался жополизом, уж пардоньте меня, за мой французский. После того, как я подписала заявление на отпуск, а потом и приказ о том же (хорошо хоть не правую сломала), мы попрощались и вышли. Уже за дверью, Каллен развернулся и кинул: - Я заеду завтра, Виктор. Сев в машину, я посмотрела на человека, который только что добился мне оплачиваемого месячного отпуска. Он хмурился, а взгляд его был напряжен. - Карлайл? - обеспокоенно позвала я. - Что-то случилось? Он повернулся ко мне и немного расслабился. На губах появилась улыбка. - Я уже сделал для тебя всё, что мог, Эсме, - улыбка стала грустной. - Сейчас я могу только отвезти тебя домой. Я искренне не понимала, в чём проблема. Он сделал намного больше, чем мог и должен был. Чего бы ему ещё хотелось? Я повторила это вслух. - Эсме, - нежная улыбка на губах, - мне хотелось бы очень многого... На секунду, он вновь нахмурился. После брови приподнялись, и мужчина озадаченно выдохнул: - А действительно... - повернулся ко мне и, уже широко и радостно улыбаясь, сказал: - Ты давно была в театре? Последнее было сказано с затаённой надеждой... Как дети обычно спрашивают родителей, а придёт ли к ним Санта Клаус. Я улыбнулась и, немного мечтательно, ответила: - Я тут слышала, что они ставят Шекспира в новой интерпритации...