Укус для Стайлза

POV Дерек       Когда в пустом бассейне на нас напала канима, первым порывом волка внутри меня было даже не стремление помочь своей бете, легко отброшенной отвратительной тварью, а спрятать за своей спиной неуклюжего человеческого мальчишку, дать ему шанс спастись. Слабый и хрупкий, но почти не вылезающий из опасно-сверхъестественных проблем, без которых наш проклятый городок не может обойтись и одной недели, Стайлз уже привычно вызвал у меня непреодолимое желание защитить, прикрыть, спрятать в своих объятиях от любой опасности.       Когда мое тело начало постепенно терять подвижность, я мог думать только об одном – у него есть время, чтобы сбежать, чтобы позвать своего глуповатого дружка-оборотня, который, может быть, сможет его защитить… Когда Стилински ловко подхватил меня и потащил в сторону выхода, волк внутри был готов взвыть от злости на этого идиота. Вдвоем нам не спастись, хотелось крикнуть мне. И вместе с тем, где-то в самой глубине моего сердца билась такая теплая мысль – не бросил!       Затем мы свалились в бассейн, и он продолжал меня держать. Впервые я находился так близко к нему. Я легко мог уловить панические нотки в его запахе, но самому мне стало удивительно спокойно, словно одного его присутствия хватило для того, чтобы я, парализованный, имеющий все шансы утонуть в холодном темном бассейне, ощутил иррациональное умиротворение. Когда же он рванулся к своему телефону, намереваясь выпустить мое тело из рук, меня накрыла паника. Казалось, что от того, что он меня отпустил, я умру скорее, чем от воды в своих легких.       ''ДОВЕРЬСЯ МНЕ! Я ТОТ, БЛАГОДАРЯ КОМУ ТЫ ВСЕ ЕЩЕ ЖИВ''       И это было так. Не только сегодня в чертовом бассейне, нет. С тех самых пор, как я столкнулся в лесу у своего обгоревшего дома с двумя испуганными подростками, мысли о Стайлзе держат меня на плаву, не давая утонуть во всей той боли и вине, что обрушились на меня. Когда я приехал из Нью-Йорка, чтобы найти свою сестру, а вместо этого нашел половину ее тела да окончательно слетевшего с катушек дядюшку, самым верным решением казалось бросить это все – сгоревший особняк, память о погибших родных, весь этот городок с активностью сверхъестественного явно выше среднего – и вернуться в Нью-Йорк. Но нет, я остался, превратился в няньку для несмышленого волчонка, постоянно защищал его и его девушку, прятался от чокнутой семейки местных охотников, был обвинен в убийстве сестры, потом усердно возвращал родному дядюшке потерянный было статус мертвеца, в результате сам стал Альфой, набрал себе стаю дефективных подростков и – здесь уместны были бы фанфары! – гоняюсь за ядовитой тварью, против которой даже способности оборотней, похоже, бесполезны. Но при этом я чувствую себя живым. Куда более живым, чем за все то время, что прошло с пожара, разнесшего на мелкие осколки мою жизнь.       И эти осколки внезапно смог вновь скрепить воедино этот мальчишка, угловатый и неуклюжий, болтливый, надоедливый, с самыми красивыми в мире глазами... Он смог примирить меня с моим внутренним волком, и мы оба потянулись к нему. Ради него я остался, ради него оберегал компанию шебутных подростков, все для него. Я готов был смириться с тем, что он никогда не подпустит меня близко к себе, но мне было достаточно просто быть рядом и знать, что он цел. И, черт возьми, я даже готов был откинуть свои волчьи лапы в гребанном бассейне, если бы это могло спасти мальчишке жизнь.       Как бы то ни было, Скотт наконец соизволил нас спасти и случайно отогнал каниму. Он, разумеется, сразу пустился в пафосные рассуждения о доверии и высоких целях, но я смотрел только в медовые глаза его друга, взгляд которых стал неожиданно жестким. Его упреки били больнее когтей гигантской ящерицы, и на этот раз я не смог что-либо скрыть от подростков и рассказал им все, что знал.       Маккол повез друга домой. Стайлз все еще не отошел от пережитого нападения, но в целом, он был в порядке. Подбросив Эрику до ее дома, я, вместо того, чтобы вернуться в логово, остановил машину за квартал от дома подростка и пешком добрался до заднего двора. Прислушался. В спальне Стайлза никого не было, поэтому я подпрыгнул и, легко подтянувшись на руках, через окно пробрался в комнату. Мне всего лишь хотелось убедиться, что мальчишка действительно пришел в норму.       Из ванной доносился шум воды. Я приблизился к двери вплотную и прижался к ней лбом. До моего слуха донеслись всхлипы. В этом был весь Стайлз – храбрился перед друзьями, чтобы плакать за закрытой дверью своей ванной. Волк внутри меня стал биться о грудную клетку, требуя успокоить, обнять, стереть слезы. Однако человек во мне понимал, что мальчишка мне не доверяет, и мое присутствие не вернет ему душевного равновесия. Поэтому я просто стоял и бессильно слушал тихие всхлипы. Через несколько минут подросток выключил воду, и я поспешил покинуть его комнату. Напоследок я позволил себе схватить с постели Стайлза его подушку и уткнуться в нее носом, позволяя своему волку насытиться сладковато-пряным ароматом желанного человека и оставить на подушке немного собственного запаха. Услышав шаги в коридоре, я выбрался из окна, аккуратно прикрыв за собой раму. Лишь дождавшись, когда в спальне погаснет ночник, я отправился домой. End POV

***

      Когда Дерек вернулся в логово, была уже середина ночи. Напряжение последних суток давало о себе знать - сил на что-либо уже не осталось. Хотелось просто лечь на ближайшую горизонтальную поверхность и проспать как минимум неделю. Альфа настолько вымотался, что даже мысли о плачущем мальчишке наконец покинули его голову. Наскоро ополоснув лицо и стянув с себя футболку, он почти рухнул на диван, служивший ему постелью, и мгновенно погрузился в тяжелый сон.       Он был свободен. Он мог бы бежать долго, бежать вечно, погружая лапы в палую листву. Мощные мышцы и ритмично сокращающиеся сухожилия под теплым густым мехом - ощущение собственной силы пьянило и гнало дальше, вглубь леса.       Он бежал и чувствовал, что за ним бегут три его сородича. Его стая, его семья. Близость его волков придавала сил, заставляла чувствовать эйфорию. Он - Альфа, он на своей территории, за ним следуют его волчата. Это было чудесно. Нет, не так - это было правильно. Он бежал все быстрее, легко перемахивая через мелкие овраги и корни деревьев. Бегущие позади него волки стали постепенно отставать от него, выбиваясь из сил. Их тела не были столь же идеальными, столь же совершенными. Даже их запах постепенно менялся, наполняясь кисловатыми нотками усталости, выдавая слабость и ущербность молодых волчат. Он сердито рыкнул на своих бет и снова ускорился, не собираясь ждать, пока те смогут его догнать.       Вдруг его чуткий слух уловил едва слышный шорох в нескольких метрах впереди. Среди деревьев, почувствовав опасность, застыл молодой олень. Добыча. Все тело волка подобралось и приготовилось к погоне. Предвкушающе зарычав, он прыгнул в сторону своей будущей жертвы, однако та мгновенно сорвалась с места, уносясь в глубину лесной чащи.       Ловко петляя между деревьями, он гнал свою жертву по лесу, однако легкий и быстрый олень совершенно не уступал ему в скорости. Редко когда волку удается загнать такую добычу в одиночку, даже если этот волк - Альфа. Его стая осталась далеко позади, и разумно было бы прекратить погоню. Но внезапно откуда-то сбоку одним длинным прыжком наперерез оленю выскочил еще один волк. Его густая шерсть имела темно-коричневый окрас, а глаза в темноте мягко светились желтым. От него пахло здоровым и сильным молодым хищником, и Альфа жадно вдыхал его запах, на несколько мгновений даже перебивший запах желанной добычи. Для Альфы этот волк пах домом и стаей, и еще чем-то удивительно теплым и родным. Инстинкты подсказывали Альфе, что этот незнакомый хищник - свой, что он его бета, что нужно разделить с ним добычу, но было что-то еще. Этот зверь был особенным для Альфы, словно бы весь мир сошелся для него в одном существе. Это могло означать только одно – Альфа нашел свою Пару.       Погоня, между тем, продолжалась. Два волка бежали бок о бок. В присутствии друг друга у них словно открылось второе дыхание, заставляя их яростно рваться вперед. Наконец преследуемый ими олень начал выбиваться из сил. Он все чаще спотыкался о камни и корни деревьев, сокращая тем самым свой отрыв от хищников. Наконец более молодой волк резко рванулся вперед и вцепился острыми клыками в олений бок. И прежде чем жертва смогла сбросить его, Альфа одним молниеносным движением разорвал ей горло. Хлынула горячая и ароматная кровь. Два волка наслаждались ее пьянящим запахом, вновь и вновь впиваясь зубами в плоть уже мертвого животного, утоляя голод и упиваясь своей победой.       Насытившись, молодой волк приблизился к Альфе и потерся своей окровавленной мордой о его, а потом просто перевернулся на спину, подняв лапы и открывая беззащитный живот, показывая тем самым свое подчинение. Вожак одобрительно рыкнул и склонился над сородичем, проводя носом по мягкой шерсти его живота, запоминая запах уже своего волчонка. Но тот, похоже, не собирался смирно лежать, ожидая дальнейших действий своего Альфы. Он вскочил на лапы, игриво боднул широким лбом старшего волка и неспешно побежал, постоянно оглядываясь на Альфу и словно призывая его следовать за собой.       Он повел Альфу к границе леса, а потом еще дальше – в город.       По пути двум волкам не встретилось ни единой живой души, Бикон-Хиллз словно вымер. Хищники неспешно бежали по улицам, их маршрут был прекрасно знаком Альфе – он сам изо дня в день пробегал этой дорогой, следуя туда, куда его вел инстинкт, куда звало его сердце. К дому единственного существа на планете, рядом с которым Альфа не чувствовал себя уставшим одиночкой, против которого ополчился весь мир. К его Паре.       Молодой волк, ловко перемахнув через забор дома, в последний раз оглянулся на застывшего у дороги Альфу, коротко рыкнул и побежал прямиком к приоткрытой задней двери, из которой лился тускловатый теплый свет. Альфа видел, как навстречу волчонку из дома вышел немолодой мужчина с уставшим лицом. Он присел перед зверем и ласково взъерошил ему шерсть за ушами, прежде чем вернуться в дом, пропуская волка вперед.       Альфе не хотелось его отпускать, но он понимал – в этом доме его волчонок будет в безопасности. А он просто будет оставаться поблизости, зная, что его Пара рядом. Подняв голову, он протяжно завыл, и из окна такой знакомой ему комнаты донесся ответный вой. Альфа улегся на траве под окном и позволил себе умиротворенно прикрыть глаза. Он дома.

***

POV Дерек       На следующий день я, как обычно, приехал к школе, чтобы забрать своих волчат, а заодно и взглянуть на Стайлза, о котором я думал все утро. Воспоминания о сегодняшнем странном сне не выходили у меня из головы. По правде говоря, Стайлз снился мне почти каждую ночь, порой в весьма соблазнительном виде, заставлявшем меня потом справляться с утренним стояком, но в образе волка он приснился мне впервые. В том, что это был именно Стайлз, я нисколько не сомневался. Тот же притягательный запах, тот же не по-волчьи хитрый взгляд, даже та же непоседливость. Этот сон пробуждал во мне задвинутые уже давно в дальний угол разума мечты. Мечты о том, что можно будет разделить со Стайлзом свою волчью судьбу. Можно будет, как в сегодняшнем сне, бежать с ним наравне. Можно будет сделать его полностью своим, своей Парой. Ведь волки однолюбы, а волчья связь всегда обоюдна и взаимна.       Я не любил врать самому себе – иногда я задумывался о такой возможности, но тут же ее отвергал. Маккол рассказал мне, что Питер в бытность свою Альфой предлагал Стайлзу укус, но тот ясно дал понять, что не хочет становиться оборотнем. И сколько бы я ни мечтал забрать мальчишку в свою стаю, против его воли я пойти просто не смогу.       За размышлениями я не заметил, как объект этих размышлений приблизился к Камаро и, не спрашивая разрешения, открыл пассажирскую дверь и несколько неуклюже забрался в салон. - Нам надо поговорить.       Я смотрел на подростка, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Выглядел Стайлз неважно. Под его глазами залегли темные круги – судя по всему, ночь он провел без сна. Медовые глаза смотрели с какой-то отчаянной решимостью. Он явно хотел сказать мне что-то серьезное. - Говори. - Обрати меня. - Что?       Это было неожиданно. На какое-то мгновение мне показалось, что я ослышался. Как же так? Он же не хотел, он же не доверяет мне, как он может проситься сейчас в мою стаю? Почему сейчас? Сначала мои фантазии, потом этот странный сон, и вот теперь этот мальчишка сидит в паре десятков сантиметров от меня, смотрит в упор и просит его обратить. Сам мальчишка тем временем сбивчиво тараторил. - Дерек, я понимаю, что тебе вряд ли нужен еще один стремный волчонок. Не то, чтобы я считал твоих волчат совсем стремными, но согласись, если даже Скотт смог одолеть их двоих. Нет, Скотт, конечно тоже ничего, но все же не Брюс Ли… Но я ведь не об этом, я просто забыл выпить свои таблетки и теперь не могу собрать в кучу мысли. О чем я говорил? Ах да, я хочу, чтобы ты меня укусил. - Стайлз, ты в своем уме? - Да, Хмуроволк, я еще не сошел с ума. Я все обдумал сегодня ночью и решил, что раз я все равно постоянно вляпываюсь в ваши оборотничьи разборки, то мне бы совершенно точно пригодился ваш набор примочек. Ну там, грррр, когти, клыки, суперслух. Как думаешь, я был бы похож на Росома.. - Стайлз, заткнись!       Кажется, мне удалось прервать его словесный понос. Повнимательнее присмотревшись к его лицу, я понял, что сейчас за привычной болтливостью он пытается скрыть крайнюю степнь нервозности и страх. Я сделал глубокий вдох и сказал: - Стайлз, я не стану тебя кусать. Никому из нас это не нужно. Тебе лучше не впутываться во все это, ты просто слабый подросток… - Да как ты не понимаешь, идиот!!! Я и хотел бы быть сильнее!!       Голос мальчишки внезапно сорвался на крик. Он перевел дыхание и, кажется, даже взял себя в руки. В салоне на несколько мгновений повисло тяжелое молчание. Когда он вновь начал говорить, его голос звучал ломко и как-то бесцветно. И с отчетливой ноткой мольбы. - Дерек, помоги мне. Только ты можешь мне помочь. Ты ведь Альфа. И тебе нужна большая стая. А мне нужна сила... Только так я смогу защитить своего отца. И друзей. Скотта. Лидию.       Я подавил в себе желание раздраженно зарычать. Ну конечно, Лидия. Это я, глупый волк, хочу его в свою стаю, чтобы быть ближе, а он думает только о девчонке, которая даже внимания на него не обращает.       Вместе с тем, до сегодняшнего дня единственным аргументом, который я мог противопоставить своему желанию укусить мальчишку, было его нежелание становиться оборотнем. Сейчас же, он сам пришел ко мне и предложил мне стать его Альфой. Черт, как же грели душу эти простые слова! Я вновь посмотрел на Стайлза. - Дерек, пожалуйста… - Стайлз, ты должен понимать, что назад дороги уже не будет. - Я все понимаю. Помнишь, я ведь был рядом со Скоттом, когда он начал обращаться после укуса Питера. Я готов. Я действительно хочу этого. Так ты согласен?       Я сглотнул. Очередное решение, которое, возможно, сделает груз ответственности на моей шее еще тяжелее. Но никогда еще надежда на счастье не была так близко.. - Я согласен.       Завороженно я смотрел, как подросток начинает закатывать рукав яркой толстовки, а затем подносит обнаженное запястье к моему лицу. Мне кажется, я слышал, как под тонкой кожей по венам бежит кровь. Пульс Стайлза набатом стучал у меня в висках. - Не здесь. Жди меня завтра вечером в своей комнате.       Подросток молча кивнул, выбрался из машины и поспешил к своему старенькому джипу.