***
Узумаки сидел на подоконнике в квартире Кибы и думал о чём-то своём, пока Инудзука что-то писал на листах, наигрывая при этом какую-то мелодию на гитаре. — Наруто, послушай, — привлёк к себе внимание Киба и, откашлявшись, коснулся пальцами струн и негромко запел. Узумаки слышал талант друга и в тайне немного завидовал, потому что ему самому хотелось написать поистине восхитительную песню о таком чувстве, как любовь, например. Тексты с таким содержанием всегда наполнены чувством, которого в данный момент у Наруто не наблюдалось. — Хорошо, в этот раз гораздо лучше, — ответил омега, когда Инудзука прекратил петь. Тот горделиво потёр нос и улыбнулся. — Знаешь, я действительно рад, что ты пришёл, ведь в период течки я умираю не только от желания переспать с альфой, но и от скуки. Даже не выйдешь никуда, не опасаясь сохранности своей невинности. — Ты и невинность — совершенно несовместимые вещи, — Наруто рассмеялся и спрыгнул с подоконника, перебираясь поближе к другу. Вдруг неожиданно раздался звонок в дверь. Парни переглянулись, и Киба красноречиво кивнул в сторону выхода, мол «Давай ты, для безопасности». Узумаки быстро дошёл до двери и открыл её. В подъезде стоял курьер с букетом цветов. Спросив, здесь ли живёт Инудзука Киба, и попросив расписаться за доставку, он ушёл с чувством выполненной обязанности. Наруто растянул губы в усмешке и направился в комнату к другу, чтобы там узреть шокировано-удивлённое выражении лица Кибы. — Да у тебя и правда поклонник, к тому же из обеспеченной семьи, раз дарит такие цветы, — Узумаки отдал букет законному владельцу. — Это очень редкий вид. У меня дома стоит только один такой цветок. Пришлось попотеть, чтобы достать его, но он того стоит. В гостиной всегда приятно пахнет, а в период цветения он распускает яркие крупные цветы. Прям налюбоваться невозможно. — Надеюсь, это не тот, кто преследует меня, потому что тот тип меня пугает, — Инудзука пожал плечами и ушёл искать подходящую вазу для букета. Как ни посмотри, а он действительно выглядел и пах просто превосходно. — Слушай, ты можешь научить меня писать песни? А то я попытался несколько дней назад что-то написать, но Гаара сжёг этот лист, проклиная его на нескольких языках, — попросил Наруто, когда Киба вернулся обратно в комнату, ставя вазу с цветами на подоконник, где всего несколько минут назад сидел Наруто. — Хм, странно что ты просишь меня об этом, — парень удивлённо посмотрел на Узумаки. — Как можно научить тебя писать песни? У меня это происходит спонтанно, я сочиняю о том, что вижу, слышу и чувствую. В прочем, так и надо что-то творить. Полностью отдаться ощущениям и эмоциям и творить: писать, рисовать, строить… — А как тогда ты пишешь о любви, если у тебя никого не было? — поинтересовался Наруто. Киба на секунду задумался. — Просто я влюблялся, хоть и безответно. А для писателя любое чувство, так или иначе связанное с симпатией или даже привязанностью практически приравнивается к любви. — Это очень сложно, — Наруто напряг мозг, вспоминая случаи, когда он смог-таки что-то написать. Однако эту затею он оставил довольно быстро, потому что в голову совершенно ничего не лезло. — Да я бы не сказал, что очень сложно, — Инудзука усмехнулся и поморщился от неприятных тянущих ощущений внизу живота. — Ладно, я тогда пойду, отдыхай, — Наруто улыбнулся. — Шутишь, что ли? Отдохнуть? Хах, — Киба несильно ударил друга по плечу. — У Дейдары тоже течка? — Да, и, насколько мне известно, к нему пытался подкатить альфа, — ответил парень уже в коридоре, натягивая кеды. — М-да, у Гаары же тоже скоро начнётся, - немного задумавшись, протянул Киба. Наруто удивлённо моргнул. — Да вы сговорились? А репетировать мы когда полным составом будем? — возмутился он, махая руками и больно ударяя одну о стену. — Чёрт. — Больной ты, Узумаки, — Киба быстро сбегал на кухню, вернувшись оттуда с пакетом льда. — Сиди с ним, чтобы боль быстрее прошла, и синяка не было. — Спасибо, — буркнул омега, надув губы. Ему казалось, что он единственный беспокоится за их группу. — Эй, ну, в конце концов, можно арендовать закрытое помещение без лишних глаз и ушей, чего ты так переживаешь, — Инудзука сел рядом. — Да мне просто кажется, что с таким подходом мы совершенно ничего не успеем подготовить и разочаруем не только самих себя, но и множество наших фанатов, — пробурчал Узумаки, морщась от того, что рука от холода начала неметь. Он убрал пакет со льдом и облокотился о ненавистную стену. — Хм, ну, я уже в состоянии писать, у тебя течка не скоро, у Дейдары почти закончилась, а у Гаары есть Неджи, поэтому с ним тоже больших проблем не будет, репетировать он сможет. — Тем более я переживаю за тебя из-за этой ситуации с преследователем, — честно признался Наруто, отводя взгляд. Киба слегка покраснел и тихо рассмеялся. — Чего ты ржёшь? Хоть он тебе и ничего не сделал, это лишь вопрос времени, а мне не хочется, чтобы это время наступило. — Дружище, если что, я себя в обиду не дам, не переживай, — он вскочил с места и поднял Узумаки, который с неким удивлением смотрел на вдохновлённого чем-то Кибу. — Можешь со спокойной душой идти домой и не беспокоиться обо мне. — Ладно, но ты всё равно не выходи и дверь никому не открывай, если придём мы, то позвоним перед этим, - проявляя черты строгой, но заботливой мамочки, сказал Наруто и ушёл. — Отлично, и идея для новой песни появилась, — Киба с лёгкой улыбкой на губах направился в комнату, где снова взял ручку и бумагу в руки и продолжил творить.***
Если быть откровенным, то Итачи даже не надеялся на то, что ему позвонят. Он прекрасно понимал, что в глазах своего омеги он опустился настолько низко, что дальше просто некуда. И это было унизительно. Это позор для его чести и гордости, которые просто уничтожили после нескольких встреч. Однако удивление было довольно велико, когда на экране телефона в выходной день высветилось имя «Дейдара». Он не знал, шутка это или же реально, поэтому несколько секунд тупо пялился на свой телефон, однако быстро сообразил и взял трубку. — Эм, ты сейчас сильно занят? — неуверенно спросил Тсукури, лёжа на кровати и комкая край футболки. — Нет, я свободен. У тебя что-то случилось? — всё ещё не веря в происходящее, поинтересовался Итачи. Дейдара вздохнул. — Нет, просто мне скучно, а Наруто у друга. Можешь поговорить со мной? — попросил омега, закусив губу. Он знал, что поступил крайне глупо, сначала чётко и внятно отшив альфу, а теперь давая надежду. — Да, конечно, — Итачи не смог сдержать улыбки. По какой-то причине Учиха понимал, что это «перемирие» лишь временно, но добиваться расположения парня он не прекратит. Слишком сильно желание овладать таким омегой. — Тогда ты можешь рассказать что-нибудь о себе? А то, как я понял, ты не отстанешь, а мне очень интересно, что ты за человек, — Дейдара дико смутился от такой просьбы. Однако ему было настолько интересно, что за альфа пытается наладить с ним отношения, что он отбросил эти мысли. Их разговор продолжался очень долго. Дейдара и не ожидал, что Итачи будет таким прекрасным собеседником. Он внимательно слушал и не перебивал, поддерживал разговор, вставляя свои истории или наблюдения, и просто оказался приятным. Именно это напугало Тсукури, который через несколько часов разговоров осознал, что они заболтались. Выбрав удобный момент, он попрощался с Учихой и нажал отбой, покраснев от пристально-насмешливого взгляда Наруто, направленного в его сторону. Тот стоял в дверном проёме и уже продолжительное время слушал и улыбался, хоть и был малость удивлён. — Ничего не говори, — попросил Дейдара, утыкаясь носом в подушку. Ему было стыдно. — Да я и не собирался, — Наруто отлип от дверного косяка и развалился на кровати около своего брата. Тот поднял голову и принюхался. — От тебя Кибой пахнет, — заметил он. Узумаки удивлённо вскинул брови и осмотрел себя. — Так вот почему на меня все так пялились сегодня, когда я шёл домой, — вспоминая события, произошедшие буквально несколько минут назад сказал омега, щёлкнув при этом пальцами — Кстати, он сказал, что почти закончил с новой песней. — Это хорошо, — буркнул Дейдара, закрывая глаза и наполовину укрываясь одеялом. — А как же искупаться? — проворчал Наруто и стянул с омеги одеяло. — Я не хочу, — Дейдара поморщился, отвоевал одеяло и спокойно заснул.