Чёрное и белое

      — А я думал, что долго спал, — пробубнил Дин, появляясь из своей комнаты и потягиваясь на ходу. — Всего-то два часика. А выспался, как никогда!       — А ты на дату посмотрел? — хмыкнул Сэм, отрываясь от своего электронного складного любимца. — Ты проспал сутки, Дин!       — Очешуеть! То-то я голодный такой! А есть что пожрать? — Дин полез в холодильник и обнаружил там здоровенный кусок запеченной свинины. — Ого! Сэмми, откуда эта пища богов?       — Купил для тебя, — пожал плечами его брат. — Подумал, что ты проголодаешься, пока спишь.       — Молодец, — хмыкнул Дин, отправляя мясо в микроволновку. — Соображаешь.       — Дин, ты… — пробормотал Сэм; замолчал, смущаясь, потом собрался с духом и продолжил. — Ты в порядке?       — В полном! — уверенно объявил старший Винчестер. — А что со мной должно случиться?       — Приезжал отец, — решил сменить тему Сэм, отлично чувствуя, что его брат совсем не в порядке, но благоразумно решив не лезть с расспросами или — что ещё хуже! — с сочувствием.       — О, вот как? Чёрт!.. Зачем?       — Они с Бобби долго говорили наедине, так что не знаю. Я беспокоился, что ты всё никак не проснёшься, но они сказали, чтобы я тебя не трогал.       — Хм! Не всегда, значит, у стариков маразм, — весело сказал Дин. — Светлые мысли тоже иногда забредают в их седые головы. Зато я отоспался за все прошлые бессонные ночи!       — И будущие? — намекнул Сэм, но тут же стыдливо опустил глаза, заметив, каким бледным и напряженным стало лицо брата.       Очевидно, что он сглупил: слишком рано решил, что всё стало как прежде. Напускная бравада Дина скрывала истерзанную душу, напоминавшую сейчас Сэму котёл, в котором, словно лава в жерле вулкана, кипит и плещется жесточайшая боль.       — Будущего не будет, — сухо сказал Дин, и было ясно, что он не желает говорить на эту тему.       — Дин, ты только что потерял любимого человека! — не мог успокоиться Сэм. — Нет ничего постыдного в том, что ты страдаешь. Поплачь, покричи, разбей что-нибудь… выплесни эту боль!       — Сэмми, не нуди! — отрезал старший Винчестер. — Я мужик, а не фиалочка нежная. Со. Мной. Всё. В порядке! Oʼкей?       — Оʼкей… — пробормотал Сэм. — Пойду-ка я… вещи соберу.       Он поспешно соскочил со стула и скрылся в своей комнате.       — Отличная идея, мелкий! И Бобби позвони, — крикнул ему вослед Дин. — Как только доем, мы уезжаем!       Чёрная Шевроле Импала торопилась покинуть Лебанон. За ней тенью следовал джип Сингера. Дин молчал. Глаза, когда-то искрящиеся, а теперь похожие на глаза столетнего старца, равнодушно глядели в ночь. Он пообщался по телефону с отцом, и Джон предложил ему пару недель отпуска. Однако Дину не нужен был отпуск. Охота — вот, что могло вытащить его из бездны отчаяния. Истребить побольше этих тварей! Выплеснуть свой гнев!       Дин начал бы с Мэг и Руби, но эти две чертовки давно сбежали куда подальше.       А теперь охотники держали путь в Штаб Гильдии за новым заданием.       Гадая, сколько понадобиться времени, чтобы вернулся прежний Дин (если он вообще вернётся), Сэм незаметно для себя задремал, свесив голову набок и уткнувшись в стекло. Внезапное резкое торможение швырнуло расслабленного парня вперед, и ремень безопасности больно впился в тело. Сэм со стоном выпрямился.       — Ты обалдел?! — напустился он на старшего брата.       Дин вцепился в руль так, что костяшки пальцев побелели, и напряженно вглядывался в ночную мглу. К ним уже топал, матерясь во всю глотку, Бобби, чей внедорожник едва не «поцеловал» Импалу в зад. Сэм тоже пригляделся.       На дороге, прямо перед капотом машины, стоял Габриэль Новак и улыбался во все тридцать два зуба.       — Какого хрена надо, говнюк мелкий?! — зарычал на ведьмака Бобби.       — Да вот с зятьком потолковать хочу, — весело воскликнул Габриэль.       У Дина отвисла челюсть. Этот парень совсем двинутый?..       — Чего надо? — хмуро спросил старший Винчестер, вылезая из машины.       — Хотел уехать не попрощавшись? Ай-ай-ай! — продолжал кривляться Габриэль.       — Так, ясно, — злобно процедил Дин. — Сэмми, садись в машину. Если этот ушлёпок продолжит стоять на дороге, то я его просто перееду.       Он развернулся было обратно к машине, но слова Габриэля заставили его замереть на месте.       — А кто мне брата моего возвращать будет, Винчестер?       Сэм тихо охнул. Бобби поскрёб подбородок, почесал кепку, настороженно глядя на ведьмака из-под бровей.       — Что ты сказал? — уточнил Дин, которого внезапно пробрала нервная дрожь.       — Каса можно вернуть, — серьёзно ответил Габриэль. — Ну, хотя бы попытаться.       — Как?! — вскрикнул Дин, и от него пошла такая волна энергии, что Сэм и Бобби невольно отступили на шаг.       — Кас вложил своё магическое естество в этот ваш кристалл, — Габриэль продемонстрировал им мерцающий, даже в темноте играющий всеми гранями камешек. — Перед тем, как… Кхм. Ладно.       — Сам отдал свою силу кристаллу? — удивился Сэм. — Такое возможно?       — Много чего возможно, малыш. Если очень захотеть, — сказал ему ведьмак и весело подмигнул.       «Малыш», который был выше его на целую голову, обиженно засопел.       — Вы же знаете, что магическая энергия ведьм — это всё равно что душа у человека, — продолжил Габриэль. — Это означает, что в этом камешке, в ловушке…       — Душа Кастиэля, — тихо закончил за него Дин и, как зачарованный, протянул к кристаллу руку.       Тот послушно лёг в его ладонь, и охотника охватило вдруг такое тепло, такой восторг, что даже тёмная сырая ночь поздней осени показалась наполненной солнцем.       Это было его! То, что скрывалось внутри кристалла — это было его!       Кристалл, видимо, тоже ощутил тепло рук Винчестера и засиял ещё сильнее.       — Как его вернуть? — Дин говорил шёпотом, не отрывая глаз от камня на ладони, но его услышали.       — Магия высшего порядка. Древняя и могущественная, — ответил Габриэль.       — Опасная?       — Очень! Собственно, если что-то пойдёт не так, то ритуал может оказаться смер…       — Я готов! — прервал ведьмака Дин.       — Хорошо. Я в тебе не сомневался, — тепло улыбнулся ему Габриэль. — Только ты сможешь вытащить Каса из Великого ничто.       — Только я? Почему?       — Вы ведь связаны, Дин. Разве Майкл не упоминал этого? Глубокая связь. Большая редкость, между прочим. Полное слияние двух сущностей. Вдали друг от друга вам всегда будет тоскливо. Даже если вы этого не осознаёте, связующая нить будет заставлять вас снова и снова спешить друг к другу.       — Почему? — снова спросил Дин едва слышно, совершенно потрясённый.       — Почему именно ты и мой брат? — Габриэль пожал плечами. — Кто знает? Так уж вышло.       — Что нужно делать?       — Едем к нам домой. Майкл уже должен был подготовить всё для ритуала извлечения.       — Этот индюк надутый тоже помогает? — удивлённо крякнул Бобби.       — А как же? Кастиэль и его брат! Ещё и подопечный.       Дин уже их не слушал, запрыгивая в машину. Запазухой кристалл дарил ему своё мягкое тепло.       Майкл ожидал их в той самой белой комнате в фамильном особняке Новаков. После разрушения Хранилища надобность в пространственно-временном «кармане» отпала, но комната сохранилась. Сейчас здесь стоял высокий столик на одной ножке, на котором покоился толстенный фолиант с пожелтевшими от времени, высохшими до пергамента страницами. Майкл вчитывался в текст на одной из страниц.       Поприветствовав охотников кивком головы, он обратился прямо к Дину.       — Уверен в своём решении, мальчик?       Дин не ответил, только глянул на ведьмака так, что тот сразу понял: вопрос неуместен.       — Хорошо. К сожалению, мы не можем знать, что там — в Великом небытие. Собственно, я ещё ни разу не сталкивался с магами, практикующими извлечение души из небытия. Так что, гарантию успеха дать не могу, — предупредил Майкл.       — Это лучше, чем ничего, — хрипло ответил Дин. — Что мне делать?       — Я начну читать заклинание на проводника, который сможет на время стать видимым символом этой глубокой связи между тобой и Кастиэлем. Когда он соединит твою душу с тем, что содержится в кристалле, ты почувствуешь сильное натяжение связующей нити. И поймёшь, куда тебе идти и что делать.       — Я впаду в транс?       — Эм… Не совсем транс, но что-то похожее. Скорее, погружение в самого себя. Габриэль станет проводником между вашими с Кастиэлем душами. Учти, что это будет болезненно, — объяснял Майкл.       — Дин? — тут же забеспокоился Сэм, но его брат лишь отмахнулся.       — Не трогай его, сынок, — тихо сказал Бобби, положив руку на плечо парня и сдерживая его порыв. — Представь, что ты ходишь с дырой в груди. Ты отказался бы от возможности заделать её, даже если это опасно?       Сэм не стал отвечать, но больше не вмешивался, лишь с тревогой глядел на Дина.       — Возможно, наш брат не захочет возвращаться обратно, — сказал Габриэль, становясь рядом со старшим Винчестером. — Ты должен будешь как-то его убедить!       — Мог бы и не говорить, — ворчливо отозвался Дин.       Что для него сейчас может быть важнее, чем возвращение возлюбленного?       Братья Новак переглянулись, кивнули друг другу. Майкл тут же начал читать заклинание на совершенно непонятном языке — певучем и витиеватом. Оно вызывало у охотников какую-то нервную дрожь. Сразу ощущалась его тяжёлая энергетика. Прочитав несколько фраз, Майкл замолк и поглядел на брата. Габриэль в тон ему что-то ответил. Майкл возобновил чтение, но снова прервался, ожидая ответа другого ведьмака. Словно бы шла обычная игра в «Вопросы и ответы». И если бы не это давление колоссальной магической силы…       Когда Габриэль ответил брату в третий раз, всё как-то изменилось. Молодой человек неожиданно слабо засиял. Майкл дочитывал заклинание, а его брат светился всё ярче. Волосы, кожа — всё излучало мягкое сияние, глаза стали похожи на два огонька.       Дин с изумлением таращился на это чудо. Но, стоило Габриэлю положить ему на грудь свою светящуюся руку, как Дин отключился от реальности. Сознание поплыло куда-то в пустоту.       — У него могут начаться судороги, — сказал Майкл охотникам. — Вроде эпилептического припадка. Прикосновение к душе крайне болезненно. Так что вам придётся удерживать Дина на месте.       — Это его не убьёт? — с ужасом спросил Сэм.       — Нет. Я надеюсь. Он сильный малый, стоит это признать. Справится.       — Ааа…       Майкл завершил чтение заклинания и не без тревоги поглядел на брата. Габриэль нараспев повторил его последнюю фразу и… Удивительно, но его пальцы, расплёскивая во все стороны своё сияние, погрузились в грудь Винчестера словно в подтаявшее масло. Кристалл во второй руке немедленно запылал.       Дин завопил от боли, так и не приходя в себя, задёргался, пытаясь уйти от источника своих мучений. Бобби растормошил впавшего в ступор Сэма, и они оба вцепились в Дина, удерживая его на месте.       Габриэль погрузил в него руку по самое запястье, и там, внутри вдруг что-то засияло, словно в груди Дина появилось миниатюрное солнце.       — Он дотронулся до души мальчика, — негромко объяснил Майкл. — Душа Кастиэля в кристалле и душа Дина взаимодействуют посредством магического проводника. Это потрясающе, не так ли? Магия высшего уровня! Нам с вами остаётся только ждать, когда их сущности встретятся.       Дин как будто находился везде и нигде одновременно.       Картинка окружающего пространства менялась с головокружительной скоростью. Он словно бы стоял в центре гигантского причудливого смерча. Попытавшись вглядеться в пестрый калейдоскоп картинок, Дин обнаружил, что места эти все ему знакомы. Школа и её окрестности. Кафе. Вип-комната в гей-клубе. Злополучный пруд в парке. Их с Сэмом квартира. Его собственная спальня. Салон Импалы. Берег озера с островом, на котором высится дом с тёмными стенами. Жуткая энергетическая ловушка внутри этого дома. Белая комната в особняке Новаков. Снова школа…       — Стоп! — завопил Дин, хватаясь за голову и пытаясь унять головокружение.       И, словно бы по его желанию, воронка резко замерла, так что парень даже покачнулся от неожиданности.       Дин находился теперь на берегу озера с домом Рафаэллы и Захарии на острове. На том самом месте, где они с Касом признавались друг другу в чувствах. Там, где его волшебник стал мужчиной. Тихий уголок их маленького счастья на двоих.       Кастиэль стоял, привалившись плечом к дереву, и глядел вдаль, на чёткие контуры дома с тёмными стенами. Сердце Дина немедленно пустилось в такой неистовый пляс, что он едва мог вздохнуть от боли в груди.       Это ощущение было таким восхитительным, не сравнимым ни с чем — видеть любимого человека, которого в душе уже успел похоронить!       Дин открыл было рот, чтобы выкрикнуть заветное имя, но от волнения ему не сразу удалось обрести голос. А потом уже не было смысла кричать, потому что рядом с Касом вдруг появился… он. Дин, собственной персоной! Кас улыбнулся двойнику и вмиг оказался в его объятиях.