Чёрное и белое

      — Бобби, а куда вообще деваются эти кристаллы?       Вопрос Дина совершенно выбил пожилого охотника из колеи. Сингер от неожиданности даже выронил бутылку с недопитым виски. Помянув «добрым» словом всех чертей в Аду, мужчина выудил откуда-то засаленную тряпку и попытался привести в порядок ковёр на полу своей съемной квартиры. Влага, может, в эту тряпку и впиталась, но вот запах дешёвого пойла никуда не делся. Бобби, занимающий очень высокий пост в ассоциации охотников за ведьмами, мог бы позволить себе и более качественный алкоголь, но питал какую-то особую слабость именно к суррогату.       В опрокинутой бутылке осталось виски лишь на глоток, и Бобби, повертев её перед носом, снова выругался и потопал за новой бутылкой, бормоча что-то себе под нос. Дин молча наблюдал за показной суетой наставника, с подозрением сузив глаза. Как же достала уже эта непонятная секретность!       — Так куда? — вновь спросил Дин, не собираясь так легко сдаваться.       — Куда, куда… Будто не знаешь, балбес! — огрызнулся Сингер и опорожнил стакан с двойной порцией виски, крякнул, отёр усы и бороду. — В Штаб Просвещённых в Канзасе, куда же ещё?       — Бобби, я в Штабе всё лето провёл, — осторожно сказал Сэм. — Архивы изучал, работал с книгами… Я не видел там никакого хранилища для магических ловушек.       Кажется, пожилой охотник сейчас с удовольствием угостил бы подопечного хорошей оплеухой — такой взгляд бросил он на Сэма. Но рук Бобби не распускал, а мысленно ничего сделать не мог, так как ментальная связь доступна лишь кровным родственникам. Сэм спокойно выдержал убийственный взгляд Бобби: тот, конечно, мужик суровый и грубый, но мальчишек Винчестеров никогда не трогает, даже если кулаки чешутся как следует наподдать.       — Скрыто оно, вот и не видел, — сухо бросил Сэму наставник. — Ты думаешь, его будут на всеобщее обозрение выставлять? Это тебе не склад мыломойки!       — Я собираюсь сам отвезти кристаллы в Хранилище, — объявил Дин.       Сингер, как раз в эту секунду делающий очередной глоток виски, поперхнулся. Пришлось похлопать его по спине, после чего он пять минут высказывал парням, что его старые больные кости не выдержат подобного издевательства.       — Не выдумывай ерунды, сынок, — наконец удостоил он ответом Дина.       — Но почему? — возмутился тот. — Я ведь уже взрослый, самостоятельный охотник. Почему я не могу сам доставить свой трофей?       — А у тебя здесь разве вся работа закончена? Вы избавились от двух ведьм, а остальные? Как минимум, в Лебаноне промышляют ещё два ведьмака! И Джо. Девочка до сих пор не найдена! С каждым днём всё меньше надежды, что малышка ещё жива.       — Но я быстро, — упрямился Дин.       — Выброси эту идею из головы! — рявкнул Сингер, и молодой человек испуганно дёрнулся, обиженно заморгал длинными ресницами, на что Бобби добавил уже спокойнее: — И нечего мне тут глазки строить.       — Мы будем ждать кого-то из старших? — спросил Сэм, стараясь не сильно высовываться. — Отец приедет?       — Я сам отвезу кристаллы, — сообщил Бобби.       — О, а для тебя, значит, работа закончена? — разозлился Дин; вскочил на ноги, хватая куртку. — Идём, Сэмми! Малышам пора баиньки.       Сэм не особенно разделял обиду и гнев брата, хотя и понимал. Действительно обидно, когда старшие охотники не воспринимают тебя как равного по силе и способностям.       Попрощавшись с Сингером за них обоих, Сэм вышел вслед за Дином.       Дин вёл машину молча, вперив мрачный взгляд в лобовое стекло. Сэм не решался с ним заговорить. Дующегося на весь свет Дина Винчестера переубедить невозможно. Пока сам не остынет.       Уже стемнело и становилось заметно холоднее. Вдоль дорог горели фонари, и полуголые ветви деревьев отбрасывали на асфальт жутковатые, похожие на когтистые лапы и рога чудовищ, тени. В разрывах тёмной пелены облаков проглядывали далёкие звёзды да холодная, равнодушная, едва народившаяся луна, только вступившая в пору своего царствования над этой частью мира. Дождя не ожидалось.       Сэму пришло в голову, что, если бы у него была девушка — сейчас самое время для романтичных прогулок. Но девушки нет, а есть только раздражённо сопящий старший братец. Какая уж тут романтика?       Интересно, а что сейчас делает Руби?..       Дин, по-прежнему мрачнее тучи, припарковал Импалу на стоянке у дома. Братья выбрались из машины. Воздух холодил кожу, но это, скорее, было приятно, чем действительно зябко. Сэм зашагал к подъезду, обнаружил, что брат не идёт следом, и обернулся. Дин стоял у Шеви явно о чём-то размышляя.       — Ты идёшь? — спросил Сэм.       — Нет, — негромко отозвался Дин. — Я пройдусь, пожалуй. Проветриться надо.       — Как знаешь, — пожал плечами Сэм и скрылся в подъезде.       Дин застегнул «молнию» на куртке, зарылся носом в большой толстый ворот тёплого свитера и сунул руки в карманы, а потом зашагал по дороге. В нескольких минутах ходьбы от их квартала располагался небольшой парк, почти безлюдный - то, что надо для размышлений о дальнейших действиях.       Он больше не станет выжидать. Займётся чёртовым ведьмаком сразу же в понедельник. Выбьет из гада всё, что ему известно о Джо, найдёт её и свалит отсюда! И пусть Сингер и другие взрослые умные дяденьки сами разбираются с остальными магами, с Кевином и заклятием крови.       Дин прохаживался по дорожкам парка, упивался жалостью к себе, баюкал свою обиду, вынашивал планы мщения. Сингер и раньше не сюсюкался с сыновьями старого друга, но сегодня вообще будто с цепи сорвался. Нет, уж! Нашли мальчика на побегушках. Либо пусть раскрывают им все карты, либо Дин уезжает из Лебанона, прихватив младшего брата. Работёнки для охотников по всей стране хоть отбавляй. Вон, в новостях то и дело мелькают заметки о загадочной гибели людей…       Ой, надо же! Парк такой крошечный, а озерцо своё имеет. Вода в нём казалась совсем чёрной, едва слышно плескалась в тишине ночи, словно кто бормотал во сне. Фонарей поблизости не было, и в тёмном зеркале воды замечательно отражались крупные белые звёзды да тонюсенькая ниточка молодого месяца.       Дин намеревался подойти ближе, но мелкая шуршащая галька под ногами сменилась мокрым песком и илом, в который немедля погрузился ботинок, так что парень передумал «попробовать водичку». Вместо этого присмотрел несколько довольно больших валунов чуть в стороне и уселся на самый удобный — прохладный и шероховатый.       Плеск и серебристая рябь на воде успокаивали, и Дин, незаметно для себя, расслабился. Вроде как даже дремать начал. Невероятно громкий для этой ночной тишины шорох гальки под чьими-то ногами мигом согнал с молодого охотника оковы сонливости. Дин замер и насторожился.       Он явственно разглядел силуэт человека — похоже, мужчины — в каком-то длинном одеянии. На самом деле, звёзды — эти крошечные природные фонарики — давали достаточно света, чтобы не чувствовать себя полуослепшим. Так что Дин хорошо видел идущего к озеру человека.       Что это он тут делает, один и ночью? Подозрительно…       Кажется, сам Винчестер для странного типа остался незамеченным. А тот всё шёл и шёл к воде. Вот, уже по песку побрёл, загребая чуть утопающими в этой вязкости ногами. Совсем близко…       Длинное одеяние оказалось классическим светлым тренчкотом. И Дин с изумлением обнаружил, что это — Кастиэль, тот самый чудик, что умудрялся раз за разом вгонять Винчестера в ступор своими странностями. Что он здесь забыл? В этом районе, в этом парке, у озера? И ведь идёт, будто и не собирается останавливаться! Как будто собрался купаться.       Ага, как же! В середине октября, в Орегоне, в парковом пруду ночью.       — Эй, Кас, — позвал Дин.       Но тот его и не слышал. Дин вскочил на ноги. Что-то тут не так. Каждый мускул его крепкого тела был напряжён, подчиняясь инстинкту охотника, глаз стал зорче, слух острее.       Кастиэль уже дошёл до кромки воды, но и тут не остановился.       — Кас! — вновь окрикнул Дин этого непонятного парня, и вновь безрезультатно.       И тут же пришёл в ужас, вспомнив, что ему вчера наговорил Кас. Неужели Дин не ошибся в своих подозрениях? Неужели Кастиэль действительно решил…       Кас вошёл в воду и двинулся вглубь озера, так и не сняв ничего из одежды.       — Кас, идиот! — заорал Дин, бросаясь к воде.       Нет, уж! Никто не покончит с собой на глазах у Дина Винчестера! Не сегодня! Это ж сколько дерьма должно быть в голове, чтобы пойти на самоубийство? Что таится в глубине его синих глаз, от чего не хочется жить? Испугался трудностей и пришёл утопиться?       Прости, чувак, но поплавать тебе сегодня не светит!       Кастиэль брёл в воде, раскинув руки; полы плаща плыли за ним, словно поникшие, сломанные крылья.       Дин же мокнуть в одежде не собирался. Было холодно, и он в сердцах материл глупого суицидника на чём свет стоит, пока раздевался. Оставшись в трусах и майке, Дин бросил взгляд на озеро. Кас уже скрылся под водой!       — Чёрт, нет! — выдохнул Винчестер, бросаясь в воду, и тут же завопил от мгновенно скрутившей всё тело судороги.       Вода оказалась холодной, как лёд. Хотелось немедля кинуться назад и скорее одеться. Но Дин не мог вот так просто дать кому-либо покончить с собой. Кас, конечно, странный малый, колючий, замкнутый, серьёзный… Однако смерти он не заслуживает.       Чёртовы психи!       Дин заставил себя погрузить тело в воду и поплыть вперёд. В несколько мощных гребков он достиг того места, где по его меркам ушёл под воду Кас. Набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул. Ледяная вода обжигала глаза, но зажмуриваться было нельзя.       Как удивительно оказалось под водой ночью! Совсем не настолько темно, как ожидалось. Такая необычная темнота — прозрачная, таинственная, а поверхность воды — словно расплавленное тёмное серебро, вся светится и переливается.       Дин быстро осмотрелся и, к счастью, почти сразу обнаружил горе-купальщика. Подплыл, не церемонясь обхватил поперёк туловища и дёрнул вверх. Хоть бы дышал ещё! А то придётся искусственное дыхание делать. Дин, конечно, не против поцелуев с парнями, но не при таких же условиях.       От холода он уже не чувствовал рук-ног. Удивительно, но Кастиэль оказался ещё в сознании. Оторопело уставился на Дина, задёргался, замахал руками, пытаясь вырваться. Винчестер был сильнее, однако Кас сопротивлялся так отчаянно, что воды успели нахлебаться оба. К тому же мокрая одежда Каса тянула вниз, путалась в ногах. Дыхания уже не хватало, когда оба, наконец, вынырнули на поверхность, кашляя, фыркая и отплёвываясь.       — Идиот! — прохрипел Дин, едва переведя дух.       — Ты! — не менее хрипло и яростно выдохнул Кас. — Опять ты! Откуда ты взялся?       — Оттуда, — ответил Дин и поплыл к берегу, крепко вцепившись в плащ спасённого, таща его за собой.       — Пусти! — злился Кас. — Пусти сейчас же!       — Чёрта с два! — отрезал Дин.       — Отстань от меня, придурок!       — Это ещё кто из нас придурок, ты, суицидник малолетний?!       Как ни старался Кастиэль отделаться от своего спасителя, как ни хлестал того куда попало, Винчестер упорно волок его к берегу. Кас извивался, возмущался, а потом замолк, поняв, очевидно, что сопротивляться бесполезно. Дин, достигнув берега, выбрался на песок и мощным рывков потянул парня на себя.       Они повалились на мягкую, влажную, но всё же землю, совершенно обессиленные. Причём как-то так вышло, что Кастиэль оказался лежащим прямо на Дине. Оба замерли, осознавая свое положение, только таращили друг на друга глаза, пытались отдышаться и дрожали от холода.       — А ты красивый, — вдруг сказал Дин первое, что пришло в голову; его глаза с интересом блуждали по лицу Каса, задерживаясь то на пухлых, чётко очерченных губах, то на прямом изящном носе, то на яростно сверкающих глазищах. — Красивый. А я и не замечал.