Soon we'll be found

Девушка вдыхает чистый, свежий воздух. От запаха хвои и различных цветений у нее кружится голова. Она готова проводить в лесу множество часов, дней, особенно, если рядом с ней он. — Еще немного, и можно будет сделать привал. — он щурится и поворачивается к ней. Она молчит, все еще обдумывая ситуацию, которая произошла. — Пап.., - вдруг срывается у нее. Думаешь, она все еще злиться? - девушка осторожно перешагивает через корни деревьев, виднеющихся из-под земли. — Не думаю, родная. — он ухмыльнулся. — Твоя мама быстро отходит. — он резко замолчал, будто засомневался в собственных словах. — Хотя..— так же резко начал он. - Она в чем-то права, Китнисс. Лес всегда стоял между нами. Пусть это звучит глупо, но это так. - Девушка вовсе не считала это глупым. Она чувствовала свою связь с ним, так же как и с отцом. - Она всегда говорила эти слова. - продолжал мужчина. " Лес тебе нужнее, чем я.." — цитирует он ее. Но она не понимает, что лес это мое все. Я вырос здесь, понимаешь? Он — мой настоящий дом. Здесь всегда рады, здесь можно спокойно жить, искать пропитание..- он вздохнул. — Только жаль, твоя мать этого не понимает. — девушка молчала, но чувствовала, как внутри нее накапливается злость на мать. — Зато я понимаю, пап...— она улыбнулась ему, когда тот повернулся в ее сторону.

***

Еще четверть часа они шли куда-то в даль, но мужчина знал, куда конкретно они направляются, он знал каждый сучок, каждый куст в этом лесу. — Стой! - вдруг прошептал он и машинально потянулся и вытащил стрелу, натянув тетиву лука. Девушка моментально повторила действия отца. Она еще не особо умела обращаться с этим оружием, но у нее еще все впереди, как говорит ей отец.Девушка повертела головой во все стороны и взглядом наткнулась на что-то вдалеке. Косуля. Она кинула взгляд на отца: его лоб покрыл ряд морщин, он был напряжен, казалось, даже не дышал. Он стоял. Секунда. Вторая. Он все еще стоял, выжидая, когда зверь подойдет ближе, но животное — которое можно было уже отчетливо видеть — сорвалось с места и побежало в противоположную сторону. Мужчина сложил лук и рывком двинулся за животным, все еще держа стрелу в руке. Девушка секунду помешкалась и, сложив лук, двинулась за отцом. Быстро догнав его, она заметила что они довольно близко подошли в животному. Девушка сделала еще пару шагов вперед и обошла косулю, с противоположной стороны от отца. Она снова натянула тетиву и заметила, что животное смотрит прямо на нее. Это был ее шанс. Она кинула взгляд на отца и тот с серьезным видом одобрительно кивнул. Девушка прицелилась. В голове звучали указания отца: натяни тетиву, сосредоточься на добыче — главное, не спугни — будь внимательна, напряги руки и удержи стрелу. Целься в сердце. Стреляй. Девушка прицелилась и резко отпустила тетиву. Стрела тут же сорвалась и за секунду пролетела в воздухе вонзилась в сердце беззащитной косули. Животное немного продержалось на ногах, а затем его туша медленно упала на землю. Девушка моментально посмотрела на отца. Это ее первая добыча, она должна знать, что думает ее "учитель". Мужчина опять кивнул и улыбнулся. Он был рад и горд своей дочерью. — Вот что значит дочь Робин Гуда. — засмеялся он. Это прозвище приелось к нему уже давно. — Планы изменились! Мы возвращаемся домой..! И не с пустыми руками!

***

С озорной улыбкой на лице отец и дочь все ближе приближались к своему дому, стоящему неподалеку от леса. По пути они продолжали болтать об их добыче, о том, как же удивится Мэриан, увидев то, что наловили ее добытчики. Сами же они уже приближались к их маленькой лачужке. Открыв дверь, смех сменился на шок. Малышка Прим сидит на ледяном деревянном полу, и изливается горькими слезами. Лицо девчонки все было залито слезами, а все из-за того, что прямо рядом с ней лежало бездыханное тело ее матери. Только что прибывшие домой Робин и Китнисс мгновенно подлетели к телу женщины и по их лицам бесконечным полились соленые капельки. Осторожно взяв мать за руку, Китнисс приложила ее к своим губам и легонько поцеловала. Робин закрыл свои глаза и оставил след от поцелуя на ее бледной щеке. Из ее груди кровь уже не била таким сильным потоком, но все равно сделать было уже ничего не нельзя. Она мертва. — Это они приходили? — сквозь слезы проговорил Робин, обращаясь к Прим. — Да… это б-б-были они, — девочка еще разревелась и, крепко прижавшись к отцу, еле смогла выдавить ее из себя, — мама, как услышала, что кто-то идет, приказала мне спрятаться, а они… ее убили, — из-за усилившегося потока слез не возможно было понять ее лепетания. Хлюпая и шмыгая носом, девочка попыталась подняться, но ничего не выходило. Отец помог ей сделать это, но, обернувшись, Робин заметил на себе странный взгляд Китнисс. Он понял, из-за чего произошла эта трагедия, да его дочь, кажется, тоже. — Все из-за меня. Меня должны были погубить, не ее, — Робин вздохнул и бросил кроткий взгляд на свою дочь. Руки Китнисс полностью закрывали ее хрупкое личико. Так она будто бы пыталась забыть весь тот ужас, что только что произошел здесь, прямо в их доме. Но такое забывается не скоро, да и вряд ли забудется им всем вообще. Мужчина осторожно провел рукой по ее лицу, и бережно посмотрел в ее закрытые глаза, будто бы ища в них какие-то ответы. Он хотел вновь услышать ее голос, ведь она постоянно твердила ему не воровать, ведь это все из-за него. Он не сможет простить себе этого всю свою тяжелую жизнь. Но Робин все смотрел в глаза своей Мэриан, но она уже не откроет свои глаза и не сможет сказать ему что-либо. Потому что с ней безжалостно расправились за его грехи. — Девочки, подойдите ко мне, — пролепетал он, убрав со своего лица соленую каплю. Девушка послушалась отца и, взяв за руку трясущуюся сестру, Китнисс медленно приблизилась к отцу. Взяв в одну руку маленькую ручонку Прим, а в другую хрупкую ручку Китнисс, отец девочек произнес, пытаясь сделать это как можно четче: — Скоро мы с вами вместе начнем наш новый путь, найдем новую дорогу. Я постараюсь обеспечить лучшее будущее для вас обеих, мои дорогие. Хоть уже и без вашей матери.