Sacred Melody

Наша лестница в небо оказалась расшатанной стремянкой, Годной лишь на то, чтобы достать с антресолей банку. Но я готов был и по ней карабкаться к облакам, Назло запретам и закрытым изнутри замкам. Порой казалось - цель близка, скоро доползу. И я с собой тебя звал, но ты оставалась внизу, Поднимала глаза, просила вернуться назад, А я не слезал, все твердил тебе про небеса...

Я приоткрыла глаза и медленно вылезла из-под одеяла. Стояло раннее утро, рассвет только-только начинался. Наверное, все еще спят. О... А что же было вчера? Вчера... О Господи! М-да, ничего интересного кроме того, что я соблазнила ангела и сделала минет лучшему другу. Черт, как стыдно... Воспоминания мигом всплыли у меня в голове и я густо покраснела, делаясь похожей на помидор. Нет, на симпатичную такую помидорку. Боже, Дин ведь не простит меня! И как только Кас на это промолчал? Он должен был меня остановить! Почему никто из них не попытался хотя бы оттащить меня от Винчестера? Да хоть оттолкнуть, я бы не обиделась. Но... Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Как мне теперь объясняться?! Всё еще находясь в шоке, я быстро оделась, натянула красную шапочку с двумя зелеными полосками и направилась к Дину с твердым намерением расставить все точки над "i". Стыд, ужасный стыд жег меня изнутри. А после к нему прибавились угрызения совести из-за Каса. Ох, мне даже в зеркало на себя смотреть противно. Чувствую себя конченой шлюхой... Не выдержав этого эпитета по отношению к себе, я тихонько всхлипнула. Какие они все!.. Зачем, зачем я их встретила? Михаил был прав, люди сильно влияют. Лучше бы я осталась и училась на небесах. Может, вернуться прямо сейчас? Нет, сначала отсижусь немного, приду в себя и перестану плакать. Только не реви. Только не реви! Сама виновата, нечего было так по-свински себя вести! Однако слезы и не думали останавливаться - они стекали по моим щекам и падали на пол, собираясь у моих ног маленькой лужицей. Я рыдала, сжавшись в дрожащий комок и не слыша тихих приближающихся шагов. - Фрида, - позвали меня будто бы откуда-то издалека. Я медленно отняла лицо от коленок и увидела перед собой Дина. Он был в одних джинсах, держа футболку в руке и демонстрируя накачанный пресс, крепкую мускулистую грудь и руки. Я смотрела на него, как затравленный волчонок - испуганно, даже как-то стыдливо. - Дин, не касайся меня, пожалуйста, - прошептала я, сжимаясь сильнее. - Прости за... за вчерашнее. Я была не в себе. Мне так стыдно за все! Прости! - Всё хорошо, - произнес он необычайно мягко, с долей нежности, и прижал меня к себе. Напрасно я пыталась вырваться из его объятий, у меня ничего не вышло и я постепенно затихла, наслаждаясь теплом его тела. Я не замечала, как Винчестер гладил меня по плечам, по спине, иногда забираясь под майку. Тут я не выдержала и тихонько мурлыкнула, потянувшись ему навстречу. Дин зарылся носом в мои темные волосы и перебирал их, слушая, как прекращаются всхлипывания и слезы перестают течь. Он повернул меня лицом к себе и осторожно стер пальцем мокрую дорожку со щеки. - Прекрати, - я положила свою беленькую ладошку на его руку и он вздрогнул. - Фрида, - протянул он, не разрывая со мной зрительного контакта. - Нельзя, - покачала я головой. - А с Касом, значит, можно? - Дин, не смей делать это. Ты же знаешь, что я не смогу отказаться. - Нет, ты его не любишь. Ты любишь меня... Он наклонился к моим губам и накрыл их своими, ласково и успокаивающе, пытаясь убедить меня, что всё в порядке и бояться нечего. Ох, почему так сложилось?! Я действительно даже возразить ему не в силах. Я просто ответила на поцелуй, обвивая его шею руками. Черт, он же без футболки... Дин! О, что со мной творится? Что с ним творится?! Прости за всё, и ради Бога, перестань целовать меня! Перестань сниться мне! Чтобы не приходилось просыпаться с испариной на теле и безуспешно пытаться уснуть снова, или ждать следующего такого сновидения. - Дин... - шептала я. - Только не сейчас... Кас... Дин... У нас проблема, неужели ты забыл?.. Мы должны... Дин, я не это имела в виду. Зачем... Зачем мы... - Кхм-кхм, - послышалось за нашими спинами. К моему огромному счастью, это был Сэм. Округлив глаза, он глядел на нас и тут мне таки удалось вырваться от старшего Винчестера. Я пошла к выходу, на пороге лишь обернулась и смерила парня испуганным взором. И выпорхнула на улицу. - Что за хрень у вас творится? - поинтересовался Сэм, по-видимому, обожавший копаться в голове брата. - Санта-Барбара, - сплюнул тот. - Кас тут себе вот кого нашел. А я вчера... И он пересказал все произошедшие события. Младший Винчестер присвистнул. - Да вы здесь групповушку устроили, что ли? Дин, почему ты тогда не оттолкнул её? Уверен, она сама жалеет, что ты этого не сделал. Судя по её напуганному виду. - Знаешь, Сэм, она такая... Что её не оттолкнуть. Ты сам хочешь подчиниться. Черт, идиотизм! - Чувак, кажется, тебе пора в БДСМ. - Затухни. Куда она собралась? - Не в курсе. - Ладно. Сама вернется. - Брат! - отчаянно и радостно вскрикнула я. Я увидела Михаила и бросилась к нему. Я целовала его руки и исступленно твердила: - Научите меня, умоляю! Научите меня быть настоящим архангелом! Михаил, пожалуйста! Я хочу на небеса! Домой, домой скорее, родной, милый! И без того натянутые нервы не выдержали. Я разразилась плачем, судорожно прижимаясь к груди брата. Тот, внешне спокойный и хладнокровный, но внутри взволнованный и потрясенный не менее сестры, не расспрашивает ничего. Зачем? Она после расскажет всё им, когда успокоится немного, бедная девчурка! А сейчас пусть она плачет, бедняжка, этими душу облегчающими слезами, которые так неожиданны у нее, знающей только капризные слезы до этого дня! Предчувствие говорит на этот раз Михаилу, что эти рыдания не плод капризов и воображения взбалмошной и легкомысленной мечтательницы и что в них сейчас настоящее горе... - Домой! Скорее домой! - надломанным печальным голосом твердила я. Я прятала заплаканное личико на груди брата и прерывистым шепотом чистосердечно рассказывала ему всё: и про свою мечту познать истинные чувства, и про грезы о первой и вечной счастливой любви, и про радости смертных, которые я, Фрида, так ценила и ценю. И про мое разочарование в некоторых из них... Про все то, что было пережито мной за последние дни... - А теперь домой. Скорее домой, ради всего святого! Я так захвачена своим волнением, так потрясена им, что не замечала, как с каждым моим словом светлело и прояснялось суровое и недовольное лицо Михаила, как все крепче сжимала его рука мои маленькие дрожащие пальчики, и глубокая радость за меня охватила всё существо первого архангела... - Вот твоя сестра, Рафаэль, - произнес Михаил, легонько подталкивая меня к брату. - Родная, любимая сестра. Она не пожелает больше убегать из родного дома. Что-то в выражении моего лица убедило того в этом. Поэтому я тотчас же кинулась к нему и крепко-крепко обняла. - И твоя, Габриэль, пусть она такая же бунтарка и свободолюбивая. И я с радостным смехом бросилась на шею брата, а он поднял меня над землей, с заботой и любовью вглядываясь в черты нового лица. Братья, мои братья, наконец-то они меня любят по-настоящему! - Куда она могла пропасть, Бобби? - Сэм вздохнул. Сингер стоял перед ним, задумчиво хмурясь. Дин и Кас сидели в сторонке и молчали. - Фрида забегала ко мне на днях, - протянул старый охотник. - Говорила что-то про книги и свое возвращение. Не волнуйтесь, парни, эта девчушка любому сто очков вперед даст. - Хоть бы попыталась связаться... - буркнул Дин, скрестив руки на груди. - Ха, конечно, именно с тобой, - съязвил Сэм. - Вы о чем? - не понял Бобби. - Да о том, что он... Тут старший Винчестер резко размахнулся и врезал кулаком по лицу брата. Брызнула кровь. Кое-как Сингеру с Касом удалось разнять дерущуюся парочку и рассадить по отдельным углам. - Она точно была в порядке, Бобби? - тихо спросил Кас. - Вроде бы... Да. А какой ей еще быть? - Нет, я все понял. Спасибо.