Теряя душу

— Привет! — Здравствуй! Ты как всегда пунктуален, — заметил Гарри, приветливо улыбаясь Реддлу. — Разумеется. Так чем мы будем заниматься? — Том, давай уясним одну вещь: нет никаких «мы», чем-то заниматься буду я, а ты здесь просто наблюдатель. — Смотрю ты не духе, — сказал Реддл, он был оскорблен этим «нет никаких мы» до глубины души, ему-то казалось, их отношения были весьма близкими и доверительными. — Ага. — И чем ты будешь заниматься? — Искать места силы. — Ммм? — Магию чистого потока в настоящем времени до сих пор практикуют малочисленные индейские племена, которое сохранили свои традиции и обычаи, они делали себя доступными силе, охотились за ней, а после накапливали её и делали своей личной силой. — Я не сильно понимаю, о чем ты, сила — это магия? — Сила — это нечто, — начал Гарри. — Вначале она кажется человеку чем-то совершенно невероятным, противоестественным, в существование чего невозможно поверить, о чем даже думать трудно, не то чтобы ее себе представить. Но потом она превращается в нечто серьезное, и отношение к ней соответственно изменяется. Человек может ею не обладать, он может даже в полной мере не осознавать ее существования, но он уже чувствует, он уже знает — в мире присутствует что-то, чего до этого он не замечал. А затем сила дает о себе знать, она приходит к человеку, и он не может ничего с этим поделать, так как сила для него пока остается неуправляемой. Не существует слов, которыми можно было бы описать, как она приходит и чем в действительности является. Она — ничто, и в то же время ей подвластны чудеса, и чудеса эти человек видит собственными глазами. И, наконец, сила становится чем-то, присущим самому человеку, превращается в нечто, что изнутри управляет его действиями и в то же время подчиняется его командам, подвластно его решениям. Во всяком случае, так пишут в книгах. — Мы — маги, нам по определению положено верить в чудеса и невозможное, разве не так? — Как тебе сказать? Я думаю, что сила это магия, но не такая, какой мы привыкли её считать. Видишь ли, индейцы верят в духов: у всего живого и неживого есть душа, и эти духи, так или иначе, управляют нашими жизнями, но человек может пойти навстречу этим духам. Есть люди почитающие их, как всякое божество, а есть те, кто охотятся за ними — за силой. Духи — это сила. Полагаю, тебе легче это будет принять, как магию, наделённую собственной волей. — Хочешь сказать, что у магии есть сознание? — Я просто следую тому, что написано в книгах. — В книгах могут писать и полную чушь. — Зато эта чушь работает! — Так это какой-то учебник, или что-то в этом русле? — Ты про книгу? Ахаха, нет, от слова совсем. — Не понял. — Давай оставим это в тайне. Просто не хочу выслушивать твои нравоучения и обвинения меня в безмозглости. — Стоп… неужели… только не говори, что это какая-то маггловская писанина! — … — Гар. — … — Гар! — Да, Том! Да! Маггловская писанина! — Том от возмущения стал глотать воздух, в голове крутились миллион эпитетов для умственных способностей Гара. — Я вижу, что ты хочешь сказать, поэтому, Том, глубоко вдохни и выдохни, да, вот так, и еще несколько раз. Слушай, я взрослый человек и сам решаю, что мне делать. Главное, что чушь работает! Я даже искал героев той книги, и нашел! Но так и не смог подойти, каждый раз мне что-то мешало, что-то невероятное и пугающее в своей моще! Я понял — то была сила! Она не позволила мне встретиться с теми людьми, но она явилась мне, пусть у меня нет учителя, нет того, кто мог бы провести меня через эту скрытую от глаза тропу, я все равно пойду по ней, если я оступлюсь и сорвусь в пропасть, значит такова моя судьба. Мне самому не понять, зачем я все это делаю, зачем гоняюсь за тем, чего не могу понять, но я должен, просто чувствую и все. — И как… как давно ты этим занимаешься, этой своей сииилой. — Еще до того как, эээ, как попал, ммм, еще до того как меня взяли преподавателем в Хогвартс, да. — Не могу поверить, что ты, тот у кого имеются редкостные книги великих магических ученных, предпочел бредовые письмена какого-то маггла. — Все не так просто. Тебе доставляет удовольствие наезжать на меня? — «Наезжать»? Что? — Забудь. Прежде, чем следовать выбранной книге, я изучил все доступные мне ресурсы по магии Чистого потока. Узнал, все, что мог узнать, а потом я случайно нашел ту самую «маггловскую писанину» пролистал от скуки, обомлел, ибо это была прям инструкция по освоении магии Чистого потока. — Ты меня не убедил, — Том был непреклонен в своем недоверии к сомнительным источникам не имеющих отношения к магическому миру. — Я не должен тебя убеждать. — Псих. — Сказал другой псих. — Чего? Да ты!.. Ты! — Успокойся, я уже понял — юмора ты лишен.

***

В Хогсмиде все было как всегда, ничего нового, обыденность да и только, время беззаботности. Блэк, Малфой и Долохов спокойно гуляли немного вдали от деревни, неожиданно для всех Малфой резко остановился, из-за чего Блэк успешно врезался в наследника благородной чистокровной семьи. — Эй, белобрысый! Ты хоть предупреждай когда тормозишь, — возмутился Сигнус. — Конечно, в следующий раз обязательно, а сейчас нам пора возвращаться в Хогвартс. — Что-то случилось? — спокойно спросил Антонин. — Мальсибер случился. — В смысле? Даже если что-то произошло, ты как узнал? — недоверчиво сказал Блэк. — Видишь кольцо? — Малфой поднял левую руку и показал неприметное кольцо на среднем пальце, дождавшись кивка, он продолжил, — это артефакт, созданный Мальсибером для экстренных ситуаций, в случае чего-то экстраординарного или опасного мы можем передать друг другу данные о своем местонахождении, чтобы другой пришел на помощь. — Чертов поганец может делать такие артефакты? — Это только цветочки, Сигнус! Он на этой неделе закончил артефакт, который позволяет в радиусе двадцати метров использовать непростительные незаметно для Министерства, и почему-то у меня плохое предчувствие. — Думаешь, кого-то заавадил? — Сигнус, — неодобрительно сказал Долохов, — Мальсибер хоть и поехавший немного, но убивать кого-то в школе он не станет. — Слово «немного» явно было лишним. — Сигнус! — А чего я-то? Тебя никто не заставлял брать себе в кандидаты этого больного ублюдка, Абраксас! — Хватит! Ты выбрал неудачное время для выражения личной неприязни! Просто давайте возвращаться в замок, псих он или нет, но просто так беспокоить меня не стал бы. — Стоит сказать сопровождающему, что мы уходим раньше. — Вот ты этим и займись, Тони. — Блэк, еще раз так меня назовешь — задушу тебя собственными руками, -довольно злобно сказал Долохов. — Ясно, понятно, больше не буду, наверное. Только сказать про наш преждевременный уход все равно придется тебе: Малфой должен иди на сигнал бедствия, а я Блэк, и этим все сказано. — Прикрываться своей фамилией убого. — Иди уже. — Нам тоже пора, — Малфой развернулся в сторону замка и, не дожидаясь товарища, пошел к своей цели — Выручай-комнате. Дорога до места бедствия прошла в напряженном молчании, по мере того, как ученики змеиного дома приближались к комнате, возрастало чувство беспокойства. Наконец-то, они пришли. Малфой зашел первым и увиденное было хуже всяких его ожиданий: двое людей привязанные к стульям, кричащий что-то сорванным голосом Поттер и изуродованная до неузнаваемости девушка, крики грифа и плачь девушки перекрывал хохот мальфоевского протеже. Блэк, зашедший вторым, остановился рядом с ошарашенным другом, громко присвистнул и добавил: — Говорил же – он псих. Мальсибер услышал это высказывание, он резко перевел взгляд на вошедших прекратив смеяться, но жуткая улыбка так и не сошла с его лица. — Я думал, что вы уже никогда не придете. — Что здесь происходит? — металлический запах крови был Малфою ужасно неприятным, хотелось поскорее уйти, но он не мог этого сделать, как не мог показать своего отвращения и брезгливости ко всему увиденному. — Воспитательные работы! Только не стоит думать, что я привел их из собственных побуждений! Этот, — он показал на Чарльза, — видел небезызвестную змейку в лесу и хотел отправить свои воспоминания мистеру Моргану, а он, как вам известно, работник Министерства, далеко не последний работник. —Ты посмотрел эти воспоминания? — Ещё нет, ждал вас. — Мог забрать нужное воспоминание и стереть им память, Мы не приветствуем лишнее насилие. — Верно, но, я не мог, всякое мое заклинание разума просто превращает чужие мозги в кашу, потому я и ждал вас. — Зачем было так издеваться над… — Морган, —подсказал Элледжер. — Это Морган? Мальсибер, раны выглядят глубокими, если не залечить их в течении часа, даже с помощью целителей из Мунго останутся шрамы, щека пробита насквозь, кошмар, решил заделаться мастером пыток? О, Мерлин! Ты выколол ей глаза? Выколол глаза? Серьёзно нах? — Блэк искренни не мог поверить в то, что видел, он всегда был дурного об этом гаде мнения, но выколоть глаза… — Все нормально, хотя с глазами переборщил, признаю. Не смотри на меня Блэк так, а то и тебе глаза к чертовой матери выколю! Этим самым ножом! Малфой во время перепалки стоял в стороне, смотрел на деяния своего подопечного и думал, чтобы такого соврать, дабы выйти сухими из воды. — Отойдите, я сотру им память. Правда, твоими стараниями, Элледжер, это будет не так просто, поэтому замочите, оба. Абраксас был хорошим легилиментом, он быстро нашел воспоминания Поттера из Запретного Леса. После стер ему память о последних часах его жизни и заменил их другими, пустыми воспоминаниями коридоров, тоже он сделал с Морган, только её дальнейшая судьба все ещё была их проблемой. Двух пленников Малфой вырубил, во избежание повторной мозгочистки. — Что делать с девчонкой? –спросил Блэк. — Закопать? — Скормить Василиску? — Та ничего с ней не делайте, денек полежит и оклемается. — …? — Кинжал, которым я, мммм, п-пытал её, одна из реликвий моей семьи, его создал мой крайне далекий предок. Достоверно неизвестно, но скорее всего, он был создан для пыток высокопоставленных людей. Если не вдаваться в подробности, то, можно резать сколько хочешь и как хочешь, все ткани потом срастаются и раны заживают, главное не делать ничего смертельного. Таким образом, проблема только глаза. — В самом деле, выколотые глаза — это так, ерунда! Та её папаша весь Хогвартс на уши поставит из-за этого! Ты хоть понимаешь, что здесь начнётся?! — Блэк вот представлял это четко и ясно. — Есть зелье, которое сможет вырастить ей глаза заново, но сварить его может только один человек из наших, —убито сказал Малфой. — Реддл, — также убито закончил Блэк. — Только, чтобы его сварить уйдет несколько дней, да и глаза в одну секунду не вырастут. — У меня есть свободное посещение на некоторые пары, а ты Сигнус, время от времени прогуливаешь. — К чему клонишь, Малфой? — Возьмём оборотное, будем претворяться Морган по очереди, пока не придет в норму, потом закинем ей наших воспоминаний о жизни под её личиной и готово. — Полагаю, выхода у нас нет. — Да, Мальсибер, выхода нет, и тебя участь жизни в виде девчонки стороной не обойдет, — ответил Блэк.

***

Гарри и Том медленно шли по Запретному лесу, они уже давно сошли с безопасной тропы, если точнее, они на нее и не ступали. Реддл не пылал восторгом быть убитым какой-то магической тварью обитающей в этим местах, потому шел с вытянутой палочкой, и был готов защищаться в любую секунду. К удивлению Того-Кого-Пока-Ещё-Можно-Называть, профессор передвигался расслабленно, даже немного отрешенно, об отсутствии своей палочки он сказал только, что она ему не нужна, уж точно не в охоте за силой. Всю дорогу Гарри рассказывал Тому о силе и почему она так близка к магии Чистого потока, но для Тома все это так и осталось чушью, в которую он не готов поверить. Иногда профессор останавливался у разных растений и спрашивал у них дорогу или разрешения пройти, смотрелось сие действие до того нелепого, что Реддл боялся заржать как лошадь. Нет, ну, а что? Действительно комично, или, скорее, ситуация в духе толи плакать, толи смеяться. Вроде здоровый мужик (хотя бы в душе), маг, профессор, разумный человек в конце концов, а идет на поводу книг презренных магглов и на полном серьезе говорит с цветами, всё это при том, что поблизости может бродить смертельно опасное чудовище, которое так и жаждет полакомиться человечиной. — Не пойми превратно, но, Гар, пока твоя «прогулка» ни капельке не похожа на тренировку, — сказал Том, он уже был сыт этими бессмысленными скитаниями вдоволь. — Беспокоишься, что на турнире меня могут размазать как навозного жука? — Да! То есть нет! Черт, да! Представь себе, но я беспокоюсь! — Неожиданно, но приятно. Спасибо, — Гарри был смущен, беспокойство Тома ему ужасно льстило и это почему-то пугало до дрожи в коленках. — Не за что…. Берегись!!! Гарри не успел даже среагировать, как упал на землю вместе с Реддлом, который и сбил его с ног. Все случилось так быстро, что Том не успел сказать никакого заклинания и решил просто уклониться, прямо на место где они до недавно стояли налетело на большой скорости нечто: полупрозрачное, черное существо, без глаз и с обгорелой кожей, оно кричало и явно было агрессивным, что это такой, Том не знал, но все инстинкты самосохранения кричали: «Беги!». Долго лежать на земле им не дали, существо снова летело на них, в воздухе за ним красовался черный шлейф дыма. Реддл достал палочку, собираясь обороняться, но: — Нет!!! Гар мягко остановил его руку, а потом рывком поднялся с земли и кинулся наутек, сказав бежать следом. Думать времени не было, ровно как и пререкаться, они бежали быстрее ветра, за деревьями виднелась поляна, залитая дневным светом, казалось, они были на грани ночи и дня, ведь в Запретном лесу, даже в самый яркий солнечный лень, царит полумрак. — Нужно только выбежать из темноты и мы спасены! — крикнул Гарри, став бежать еще быстрее, хотя казалось, быстрее некуда. Существо летело за ними следом, дыша в спины, но почему-то не спешило их обогнать, хотя явно могло, оно игралось с людьми, ему нравился их страх. Ещё пара секунд и они спасены! Но, именно в этот момент, существо облетело своих жертв перегородив дорогу, оно закричало так громко и так сильно, что Гарри и Том повалились с ног, держась за головы. — Я не умру здесь! — сказал Том. — Не сегодня, — добавил Гарри. Они поднялись и из последних сил рванули вперед, прямо на монстра. — Просто не думай! Отрешись от мира, ты пройдешь! — сказал Гарри прежде, чем они налетели на мрачную фигуру и прошли сквозь неё, сделав это они упали на зеленую траву солнечной поляны, существо исчезло будто его никогда не было. — Что это было? — тяжело дыша сказал Том, он лежал на траве, в той позе которой свалился на неё, тело не слушалось, говорить было тяжело. — Что это?! —Я не знаю, но оно явно не из нашего мира.