Письмо моему вымышленному другу

«Знаешь, я скучаю. Кроме тебя у меня никого нет. Никто не понимает меня так, как понимаешь ты. Ты – мое счастье. Мой единственный друг, которому не страшно сказать: «Я люблю тебя». Вокруг нет ничего яркого. Все цвета поблекли, теперь есть только серый, черный и коричневый. Но ты, мой друг, мое собственное яркое пятно. Слышать тебя, голосящий ты мой, видеть тебя, знать, что ты поддержишь – нет для меня ничего дороже. Для меня нет никого дороже, чем ты. Возможно, ты не чувствуешь все так остро. Возможно, мы не так уж и похожи, как я думаю. Но ты – мой разум, цель, ради которой я все еще выхожу из дома. Но, к сожалению, ты пропал. Нет, не навсегда. Я знаю это. Я верю тебе. Ты просто уехал. Ведь и у тебя есть дела. А я не настолько эгоистичен, чтоб заставлять тебя. Я не псих, не фанатик. Просто я немного пессимистичен. Ты знаешь это. И всегда улыбаешься, когда я говорю тебе о своих проблемах, что я тоже делаю неохотно. И как ты стал моим другом? Я удивляюсь этому. Может, это судьба? Хех, смешно, ведь я не верю в эту чепуху. А все-таки, может, что-то непонятное нам свело нас. И если мир и жизнь действительно лишь иллюзия жизни, может, кто-то просто потешается над нами. Надо мной потешается, издевается над тобой. Я знаю, что я невыносим. У меня никогда не бывает хороших дней. Хотя, нет…. Помнишь, тот первый день весны, когда земля окрасилась в прекрасный зеленый цвет, на деревьях набухли почки, а небо было такое голубое, что слепило? Впервые за долгое время я увидел краски. И мы гуляли. Гуляли по весеннему парку, пока ноги не свело судорогами от усталости. Знаешь, у меня до сих пор осталась та фотография, где какая-то собака украла у тебя мороженное, и ты погнался за ней, держа меня за шарф, заставляя бежать следом, а кто-то снял нас и отдал фотографию. Между нами хочу сказать, что это моя первая фотография, когда я с другом. И согласись, это было действительно смешно. Я скучаю по тому дню. По той весне. По тебе вообще. Когда ты приедешь, родной? Когда ты снова придешь ко мне и со всей силы ударишь в дверь, разбудив меня от спячки? Кстати, ты так и не купил мне новую лампу. Я ведь до сих пор сижу по вечерам в темноте. Честно говоря, и сейчас пишу при огне свечи. Романтично, да? Знаю, ты не любишь, когда я превращаюсь, как ты говорил, в «мимимишное создание с ватой вместо мозгов». А я вот, не слушаюсь тебя. Вот такой я плохой. Бяка. Наверное, ты сейчас сидишь где-нибудь на мягком диванчике при свете настоящей лампы и, улыбаясь, читаешь этот бред. Но я точно знаю, что ты прочитаешь все это. И, конечно же, прочтешь мой корявый почерк. Вероятно, я и в правду Толстой – почерк непонятный, зато сколько чувств. Но, знаешь, мне уже веселее. Когда я пишу тебе, мне легче, начинаю улыбаться. Вот бы и ты улыбался или, хотя бы, назвал меня идиотом с яой-манги. Конечно, я не услышу этого, но все равно, я буду просто знать. И все-таки, я люблю тебя. Люблю, слышишь? Так искренне, как любят друзей только в старой классике…. Не знаю, к твоему счастью или к моему, но я заканчиваю. Не думай, мыслей у меня много. А вот чернил в ручке уже почти нет. Надеюсь, ты скоро вернешься.

До встречи, Саш. Твой пессимист с ватой вместо мозгов".