Демографический кризис.

На улице стало прохладнее, но девушка так и не закрыла окно в комнате. Она продолжала сидеть на подоконнике и ждать сенсея. Погода портилась, вечернее небо окутали дождевые тучи. И так темнеющее небо было почти грязно-серым. Но для Сакуры это был цвет глаз сенсея. Поёжившись от ледяного ветра, она посмотрела на часы. Упрямая стрелка прилипла к шести и никак не хотела двигаться. Как же тяжело ждать. Харуно по прибытии домой сразу кинулась к вещам. Не для того чтобы собраться на свидание, а для того чтобы быть готовой убежать. Цунаде не желает принимать её чувств к сенсею, и наверняка наговорила Хатаке много гадостей, чтобы тот отстал от ученицы. Но Сакура была настроена очень решительно, и пусть весь мир будет против НИХ. Она ещё всем докажет, что не глупая девочка. Чёрт подери! Она войну прошла, а её ни в грош не ставят. Вдруг от двери раздалось постукивание.  — Сакура, можно? — голос отца был весёлым, но уставшим.  — Заходи, — девушка поспешила спрятать дорожную сумку под кровать и придать лицу более отстранённый вид. Родители имели отдельное жильё, но категорично оставались на квартире вместе с Сакурой. Мебуки аргументировала это, что не хочет оставлять свою дочь жить одной. Благо места было много, но все сошлись на том, что девушка ещё маленькая чтобы жить без присмотра. Сакура сжала кулаки. И вот снова с её мнением не считаются. Даже собственные родители видят в ней всего лишь дитя неразумное. Кизаши с дежурной улыбкой прошёл в комнату. Но сделав пару шагов, замер, — Бр… Сакура, у тебя как в подвале. Осталось сырость напустить и мышей развести. Харуно включил свет и пощурился, его немного ослепило, — А что вещи разбросаны? Мама будет опять ругаться. Сакура почувствовала раздражение. Что все к ней лезут? Ну, захотела раскидать вещи, значит так надо. Что за проблема? Может на свидание собиралась? Последнюю мысль Сакура невольно озвучила, о чём и пожалела. Нахмурившись и сцепив руки на груди, она отвернулась, чтобы не показывать своего недовольства.  — На свидание?! — мужчина почесал розовые торчащие во все стороны волосы. Мда. Он тут не советчик, — А куда? На улице, вон, какая погода. Пусть лучше твой ухажёр придёт сюда и с нами чай попьёт. А то простудишься, ветер совсем ледяной. Кизаши не знал, куда себя деть, поэтому пошёл закрывать окно, за которым сверкнула молния, и спустя секунду раздался раскат грома. Харуно вздрогнул, с его лица спала весёлая маска, и он попятился к Сакуре. Кто бы мог подумать, что такой весёлый и жизнерадостный человек имеет странную фобию. Мужчина боялся грозы. Куноичи оглянулась и, поджав губы, пошла сама закрывать окно. Ей было неприятно от самой себя, что она разозлилась на отца. Он же не причём. Её проблемы не должны касаться близких. Тем более они могут волноваться о ней, - Па, я тут хотела у тебя кое-что спросить. Сакура задержалась у окна, смотря как первые капли дождя намочили стекло и начали сползать вниз. Девушка не могла признаться самой себе, что боялась. Боялась родительского негатива в сторону Какаши. Тогда ей действительно ничего не останется, как уйти из Конохи. От того становилось ещё паршивее. - Что? — Кизаши немного успокоился, но ближе к окну не подходил. Его страх был для него обузой. Но не это сейчас его настораживало, а то, как дочь была напряжена. Пусть она и пытается от него скрыть своё волнение, он-то видит, что её гложет, что-то очень тяжёлое. И сам он боялся не справиться с проблемой.  — Что бы ты сказал на то, что мой эм… парень будет слишком меня старше? — Сакура так и не смогла повернуться лицом к родителю. Она продолжала сверлить окно взглядом, за которым начался сильный ливень.  — Слишком? На сколько? — Кизаши по-доброму усмехнулся, чувствуя, как шутка рвётся с языка, — Надеюсь, он не седой старик? Сакура тяжко выдохнула. Как говорят про такую ситуацию? Не в бровь, а в глаз? Кизаши собирался засмеяться над своей же шуткой, но видя поникшие плечи дочери, задумался. Не уж то отгадал?  — Сакура, кто же он? — девушка не успела ответить на вопрос, вскрикнув и отшатнувшись от окошка. Кизаши вздрогнул от возгласа и посмотрел в ту же сторону, что и дочь. Сверкнувшая молния, осветила сгорбленную фигуру, сидящую на ветке напротив проёма. Секунда, и тьма снова поглотила незнакомца. Естественно лица никто не заметил. Поэтому Сакура выхватила из-за пояса кунай и прикрыла отца за спиной.  — Кто там?! — девушка до жути перепугалась. Незнакомец не услышал её вопроса и начал подходить к окну, приложив ладонь к стеклу. Свет попал на джоунинский жилет и край вымокшей маски. Сакура с настороженностью вгляделась во тьму.  — Сенсей? — девушка бросила оружие и кинулась открывать раму. Пронизывающий ветер распахнул окно настежь. Куноичи в ту же секунду промокла, обдуваясь порывистым ветром. Но и гость был не лучше. Хатаке, дрожа, присел на подоконник весь сырой до нитки.  — Сакура, прости, что так рано, но надо срочно поговорить, — тут мужчина заметил в комнате отца Сакуры и немного подрастерялся, — Извините, за вторжение.  — Какаши-сенсей! — девушка насильно затащила продрогшего учителя и поспешила закрыть окно, чувствуя, что сама уже начинает промерзать от холода и сырости, — Все разговоры потом. На вас сухого места нет. Сейчас же в душ!  — Ты тоже вся вымокла. Нет, иди первой в ванную, а я после схожу, — заспорил Копирующий. Пусть лучше сначала Сакура согреется, а он перетерпит. Не хватало, чтобы она простыла. Хатаке бросил взгляд сначала на свои ноги, с которых накапала вода на пол, потом на Кизаши. Чёрт! - Так! Всем надо успокоиться, — Харуно старший удивлённо смотрел на дочь и незваного гостя. «Извини, что так рано…» Сакура вечно жаловалась, что Какаши-сенсей систематически опаздывает. А тут «рано». Неужели это он — «парень», о котором она говорила? Хатаке, если не изменяет память, на десять с лишним лет старше дочери и седой… Вот, дела, — Сакура, ты иди в гостевую ванную. А твой сенсей сходит в твою, чтобы с него не капала вода по всему дому. Какаши-сан, я вам сейчас принесу свою одежду. - Да, думаю, так будет лучше, — согласился джоунин и начал стягивать сырой жилет, чувствуя, как потихоньку отогревается. Кизаши вышел из комнаты, но не поспешил в свою, задержавшись у двери. На него удивлённо посмотрела Мебуки, выглянув из кухни. Но мужчина приложил палец к губам, прося помолчать, и прислонил ухо к двери.  — Сенсей, — девушка не знала, что сказать, с чего начать. Ей было непонятно, Хатаке готов был продолжать эти недоотношения или он послушал советов Цунаде и скажет, что всё было ошибкой. От последней возможности, девушка погрустнела и с надеждой посмотрела на учителя, — А как же свидание?