Ты мне веришь?

*** - Деймон, - синие глаза спокойно и немного надменно смотрят перед собой, а огромная очень красивая рука в деревянных браслетах и серебряных кольцах пожимает протянутую руку Клауса. - Знакомься, - Ник отступает в сторону, - Энзо… Деймон пожимает крепкую открытую ладонь, - и Шейн… Атикус Шейн… - Мы знакомы, - едко замечает Атикус, и морщится от того, что рукопожатие Деймона мгновенно становится крепче. - У меня плохая память на лица,- с ледяным голосом отзывается Деймон, обнимает Елену за талию и притягивает к себе, от чего Клаус моментально становится зеленого цвета. - А это… - хозяин дома переминается с ноги на ногу, - Хейли и… - Роуз, - к Деймону протягивается длинная загорелая рука, явно, подготовленная для поцелуя, которую Деймон невозмутимо пожимает, за что Роуз тут же успевает возненавидеть его. - Привет, - хихикает Хейли, и Деймон, весело улыбаясь, чмокает ее в щеку. - Привет. Я Деймон. - Я в курсе, - она весело подмигивает ему, - наслышана. - Хотел бы сказать, «надеюсь, что только хорошее», - Деймон закатывает глаза и продолжает улыбаться, - но уверен, что это не так. Я прав? - Прав, - Хейли с удовольствием кивает ему. - Не удивительно. Я всегда прав. Деймон крепче обнимает Елену, и она с удивлением и восхищением замечает, что в него все моментально влюбились. Даже не так. Только переступив порог, он тут же стал всем интересен, тут же оказался в центре внимания. И дело здесь было не в том, что он новый человек, пришедший в уже сложившуюся компанию… Деймон весь был ходячим вызовом. Белоснежная рубашка с исписанной спиной. Елена всю дорогу выясняла, что там написано, пока, наконец, Деймону не надоело, и он не рассказал, что это отрывок из «Фауст» Гёте, на немецком языке. Рубашка полу расстегнута, воротник поднят, рукава закатаны до локтя. Волосы взъерошены, глаза горят, на губах надменная кривая ухмылка. Пальцы в кольцах, запястья в браслетах, черные джинсы сидят настолько низко, что, кажется, они вот-вот упадут, кожаные хулиганские низкие сапоги, открыты с одной стороны из-за зацепившейся за их край джинсины, которую Деймону стало лень поправлять. Деймон Сальватор пришел в гости. К другу своей девушки, на которого ему совершенно наплевать. Все так и есть. - Проходите, - Клаус улыбается, и почему-то эта улыбка куда больше напоминает Елене звериный оскал. Скорее всего, это именно он. - Деймон, что ты пьешь? – Клаус проходит во главу стола, к своему любимому креслу, в котором всегда сидит на подобных сборищах. - Воду, - коротко кивает Деймон, - спасибо. - Елена, а… - То же самое, Деймон еле заметно улыбается, стараясь казаться вежливым, но все инстинктивно напрягаются от его голоса. - Ты вообще не пьешь? – Энзо, моментально наплевав на приличия, накладывает себе в тарелку салат, предварительно стащив оттуда одну оливку. - Иногда бывает, - миролюбиво отзывается Деймон, - но, вообще, не часто. - Есть вино, виски, коньяк… - Клаус внимательно смотрит на него, - точно ничего не будешь? - Точно, - Деймон коротко кивает, - спасибо. Мне сегодня еще за руль. Выпившим я не езжу. Елена моментально заливается краской до кончиков ушей, вспомнив ночь их знакомства, и Деймон, заметив это, ехидно улыбается и тихо добавляет: - Почти. Елена тут же краснеет еще сильнее, и ощущает на себе, практически, материальный взгляд Клауса. - Сбегаешь из города под покровом ночи? - Роуз сверкает глазами, - или есть другой повод садиться за руль в такое время? Елена бросает на нее злобный взгляд, но Деймон моментально кладет руку ей на колено, и она успокаивается, от его прикосновения. - Ну, - Деймон делает глоток воды, - думаю, ни для кого не секрет, чем я занимаюсь. Так вот, сегодня ночью, у меня бой в Атланте. Ехать нам нужно туда. - Нам? – Клаус ловит взгляд Елены, - ты тоже поедешь? - Да… - она облизывает пересохшие губы, - мне нравится… - А туда пускают зрителей? – Энзо с аппетитом жует салатные листья, закусывая ими большой кусок свеже пожаренного мяса, - я думал, там только те, кто сделал ставки. Никогда не был… - Конечно, пускают,- Деймон спокойно кивает, - хочешь посмотреть? - А, можно? – Энзо на мгновение перестает жевать. - Да не вопрос, - Деймон пожимает плечами, - хочешь, поехали. - Ой, я хочу… - Энзо оживляется, - поедем? – он переводит взгляд на Хейли, и она неуверенно кивает ему. - Если это удобно… - Вообще без проблем, - Деймон ласково улыбается ей, и она, как будто, выдыхает, отчего-то успокоившись. Дом мгновенно заполняется его аурой, и Елена даже, на секунду, забывает, что хозяин здесь Клаус, а не Деймон. Он шутит, рассказывает что-то о боях, отвечает на бесконечные вопросы Энзо, по-доброму, и совсем непошло флиртует с Хейли, тактично издевается над Роуз, которая все пытается распустить вокруг него свои какие-то мифические чары… Клаус сидит напротив Елены, молчаливый, серьезный, и периодически, бросает недовольные взгляды на руку Деймона, которая крепко сжимает ее колено. - Деймон, а кто твои родители? – неожиданно подает голос Роуз, и Елена застывает, успев заметить лишь ненависть во взгляде Энзо и каменное спокойствие на лице Деймона. - Люди, - Деймон слабо улыбается, глядя на нее, - а твои? Роуз вспыхивает, Энзо с трудом подавляет смешок, Хейли и Клаус многозначительно переглядываются, тоже изо всех сил стараясь не рассмеяться, Елена утыкается носом в плечо Деймона, а Шейн с ненавистью смотрит на него. - Слушай, ты… - Кстати, - Деймон переводит глаза на Энзо, - если планируете ехать с нами, то тоже особо много не пейте. Место у нас в машине есть, в принципе, доехать-то можете с нами, но там пьяным тоже находиться не желательно. - Понял, - Энзо мгновенно отставляет свой бокал и забирает у Хейли ее, - а почему? - Ну, - Деймон пожимает плечами, - там принцип в том, чтобы драка была на ринге, а не в зале, - он слабо улыбается и внимательно следит за реакцией Энзо. - Я тебя понял! – тот начинает заливисто хохотать, - Ник, ты поедешь? - Еще не знаю, - сдержано отзывается Клаус, и Елена вздрагивает от его голоса. - Слушай! – Энзо снова оживляется и подскакивает из-за стола, - а, раз ты этим занимаешься, может, ты в поврежденных мышцах что-нибудь понимаешь? - Ну… - Деймон хмурится, - смотря что. - Да, блин! – Энзо оббегает стол и подходит к Деймону, - смотри… - он протягивает ему руку, сильно сжав кулак, - я мышцу потянул. Уж, наверное месяца три назад. А она не проходит все, и по ходу тут уплотнение какое-то теперь… - Ты руку не напрягать не пробовал? – Деймон внимательно смотрит на Энзо, - можно? – он осторожно касается пальцами слегка покрасневшей кожи. - Да, сколько угодно! – Энзо весело подмигивает Хейли, - она к парням не ревнует. Все моментально отвлекаются на них, пустившись в обсуждения, того, что же произошло с рукой Энзо, а Клаус внимательно смотрит на Елену, надеясь поймать ее взгляд, но она видит только Деймона. Его отвлекает какое-то шевеление, которое он улавливает боковым зрением, и, слегка повернувшись, он видит, как Роуз поспешно прячет что-то в свою сумку. Стакан Деймона стоит в нескольких сантиметрах от нее. - …и все с твоей рукой будет в порядке, - Клаус ловит обрывок фразы Деймона, и внимательно смотрит на то, как он, улыбнувшись Энзо, оборачивается к столу, возвращает руку на колено Елены, и тянется к своему стакану. Роуз не просто нервная. Она истеричка, и это стало уже настолько серьезно, что она около года сидит на успокоительных. Для нее они были прописаны и подобраны врачом, но, если это примет неподготовленный и непривыкший к ним человек, он на какое-то время станет сонным удавом. И не победит сегодня Деймон Сальватор. И, возможно, Елена перестанет смотреть на него с таким обожанием. Не бывает идеальных. Не бывает безупречных. Не бывает всегда правых. Сегодня у Елены есть шанс осознать это… - Деймон! – Клаус подает голос, и все вздрагивают от неожиданности. - Да? - Не пей это. *** «Дорогой дневник!» - острые вытянутые буквы ровными рядками заполняют страницу. Эйприл сидит, склонившись над письменным, столом, и, закусив губу, от усердия, изливает бумаге свои мысли. «У него есть девушка. Как же мне хочется посмотреть на нее. Я попросила нас познакомить. Деймон сказал, что обязательно приедет с ней, когда получится. Я очень хочу, чтобы он был счастлив. Когда они с Бонни расстались, он приезжал к папе, и не застал его. Он рассказал мне, что едет в ее родной город, продавать дом, который купил когда-то для них. В нем… в глазах, в голосе… во всем… было столько боли. Наверное, он любил ее. Хотя никогда не кричал, что любит. Ну, или просто кричал не мне. Как она могла выбрать не его? Как могла бросить? Он самый лучший. Самый красивый. Самый сильный. Он, наверное, самый добрый на свете, как можно было испугаться его? Испугаться того, что он монстр. Наверное, мне повезло в жизни, но, мне кажется, монстр – это как-то по-другому. А в этот раз он был совсем другим. Счастливым. Я легко определяю, когда он счастлив. У него морщинки около глаз собираются как-то по-другому. Такой… легкой паутинкой… а, когда он улыбается через силу, этого нет… наверное, правду говорят, что, когда искренне, то человек улыбается весь… целиком. Больно видеть его несчастным. Больно знать, что ему плохо, и что ты ничего не можешь сделать. И никому не расскажешь… родители не поймут… подруги… это не их дело. Я никому не могу рассказать о том, что происходит со мной. О том, что я чувствую к нему. О том, что люблю…» *** - Ана!!! – Сара закатывает глаза, - этот урод тупо продинамил меня, понимаешь?! - Ну… - Ана хмурится, немного испугавшись напора сводной сестры – Типа того… Лили развелась со своим первым мужем, когда Сара была еще ребенком. Он ушел в другую семью, и у него очень быстро родилась еще одна дочь. Его вторая жена, яркая высокая восточная красавица, по имени Перл, с первого дня попыталась подружиться с Лили и Сарой. Лили никогда не считала ее врагом, а Сара, видя отношение матери, тоже быстро к ней привязалась. А вот отец, почему-то, не сильно горел желанием общаться с дочерью. В прочем, это относилось к обеим дочерям. Он много работал, большую часть года проводил в Европе, объявлялся редко, а своей «бывшей» семье и того реже, а Перл, как ни странно, изо всех сил поддерживала отношения с Лили и Сарой. Спустя какое-то время, они с Лили даже, практически, стали подругами, а девочки всегда очень хорошо ладили. Перл часто забирала Сару на выходные, особенно, когда Лили была в отъезде, терпеть не могла Клауса, считая, что он обманывает жену, и никогда ничего из этого не высказывала вслух. - Слушай… - Ана облизывает губы, - может, тебе стоит просто перестать думать о нем? Зачем тебе такой старый? - Сама ты старая! – Сара недовольно фыркает, - я люблю его! А значит, он должен быть моим! - А он тебя любит? - Да, мне плевать… я хочу, чтобы он был со мной, значит, он будет. Я молодая, красивая… - Но он же с твоей мамой… - Ана изумленно хлопает глазами. - Плевать. *** - Да пошли вы к черту! – Роуз сверкает глазами, - хреновы моралисты! - Как ты могла? – у Хейли от злости начинает дрожать голос, - зачем?! - Зачем?! – Роуз даже повизгивает от возмущения, - он запихнул Атикуса в тюрьму!!!! Он нахамил мне!! Он! Да вы сами-то! – она со злостью смотрит перед собой, - у самих рыльца в пушку, вот вы на меня все свалить и решили! А ты знаешь, что он ее трахал?! – выкрикивает она в лицо Деймону, и тут же отлетает в сторону, от того, что Клаус, схватив Шейна за воротник футболки вытаскивает его в центр комнаты. - За слова своей бабы ответить не хочешь?! - Я… - Шейн испуганно смотрит на друга, - она… это… я… - Поставь его на место, пожалуйста, - Деймон брезгливо морщится, - он тебе сейчас ковер обоссыт. - Он… - Клаус стискивает зубы, - он… - Ну, что он? – Деймон закатывает глаза, - это не он, а она. - За действия женщины отвечает ее мужчина… - рычит Клаус, и Деймон безразлично фыркает. - Это в твоем мире. Ты бандит. Или что-то около того. А я просто моральный урод. Этот статус гораздо менее благородный. - И что? – Клаус, наконец, отпускает несчастного Шейна. - Скажи мне, добрая женщина? – Деймон переводит взгляд на Роуз, и она мгновенно сжимается от страха, - кто там кого трахал? - Я… - она облизывает мгновенно пересохшие губы, - я… - Рад, что у тебя есть секс, - Деймон великодушно кивает, - это все, что ты хотел нам сообщить? - Да… - еле слышно мямлит Роуз. - Не слышу! – Деймон сверкает глазами. - Да, - Роуз стоит вся красная, как вареный рак. - А теперь запомни, падаль, - Деймон подходит к ней почти вплотную, - еще хоть раз твои слова или действия коснутся этой девушки, тебе хоронить будут в закрытом гробу. Ты поняла меня? - Да… - Ты поняла меня?! - Да!