Ведьмин кот

Прохладный воздух шевелил длинные волосы. Они, уже высохшие, нежно щекотали спину. И даже немного грели. Это оказалось приятной неожиданностью, когда парень взобрался наконец на крышу и понял, что погорячился с этим своим «мальчишеским» побегом. Снаружи было холодно. Особенно почти голому. Сейчас парень сидел на крыше, обняв подогнутые ноги. Ясное небо расцвечивали множество звёзд. Оно было похоже на чёрное плотное кружево, сквозь которое пробивались лучи света — звёзды. Раньше Куро такого не замечал. То ли дело было в том, что жил практически в лесу, где обзор закрывали деревья. То ли просто не было времени и желания таращится в небо по ночам. Звёзд было так много, что ночь уже не казалась тёмной. А полная луна, сейчас уже почти нависшая над горизонтом, выглядела особенно большой и яркой. И это было красиво. Внезапно внутри живота что-то слабо толкнулось. Раз, другой. Куро, слегка откинувшись назад,приложил ладонь к животу. Прислушался. Две маленькие звёздочки ритмично пульсировали и там, внутри него самого. Росли новые жизни. И молодой оборотень вдруг осознал, что времени у него почти не осталось. Тем более, после сегодняшних событий. --- Свеча горела тускло и неохотно, словно не жаловала ночного гостя. Куро, успевший через крышу спуститься в свою комнату и одеться, сидел за столом в библиотеке и перелистывал книги. Торопливым движением поправил обрезанные наскоро волосы за ухо. Карты местности отпечатались в памяти, как и название селений и рек. Эти карта Куро видел не впервые. Блюмиус уже показывал их молодому ученику. И объяснил, где что находится. Так что парень примерно знал, в какую сторону ему следует направиться. Но всё же подстраховаться не мешало. И Куро сложил несколько листов в прихваченную по дороге небольшую сумку. Какими недочитанные рукописи-дневники Перворожденного. Возбуждение, решимость и адреналин хозяйничали в крови, отгоняя сомнения и усталость от бессонной ночи. Если уходить, то именно сейчас. Второго шанса может не быть. Ему просто не дадут. Возможно, даже запрут. Или переселят в другое, более охраняемое место. К тому же, дальше полагаться на Анитая не было смысла. Да и Кирсис не оставит его в покое. Куро чувствовал, что с Главой Чёрных что-то произошло. Он изменился. Его душу и сердце что-то гложит. И это не собственные сомнения и страхи. Кирсис словно находился подчьим-то влиянием. И именно ЕГО щупальца так боялся увидеть парень, почти попавший под влияние его ауры. Но это не меняло дела. В любом случае, оставаться дольше Куро не собирался. И возвращаться к родственникам-Чёрным, тем более. Но примет ли его Брем? Его, в таком… странном и проблемном положении? Сейчас задумываться над этим молодой оборотень не хотел. Новые сомнения могут пошатнуть решимость. Куро медленно выдохнул и сжал кулаки. Хвост несколько раз ударил по ногам и замер, вытянувшись. Парень глянул в маленькое окошко над самой крышей, через которое влез сюда. Небо было уже не таким тёмным. Скоро рассвет. «Пора», - выдохнул Куро, задувая свечу. Выбраться из поместья оказалось проще, чем он думал. Праздник утомил всех обитателей и гостей клана. Тишина стояла почти ощутимая. Даже слабого волнения в эмоциях спящих в домах, мимо которых осторожно шагал беглец, котооборотней не замечалось. Но вот запах алкоголя был почти повсеместно. И непривычный к нему острый нюх Куро неприятно щекотало. Ворота, как обычно, запертые, сторожили безалаберно посапывающие охранники, устроившиеся на небольшом стоге сена, покрытого ковром. Куро, тихо пройдя мимо них, осторожно приподнял засов на калитке. Дерево тихо стукнуло, и парень замер. Но ничего не произошло. Звук не разбудил охрану. Ещё раз оглянувшись на спящее поместье клана Белых котооборотней, Куро сделал несколько шагов, отделяющих его от свободы. –------------------------------------------- Куро открыл глаза. С того места, где беглец устроил себе временное пристанище, вид открывался просто дух захватывающий. На такую высоту Куро ещё не забирался. Молодой оборотень находился почти на уровне крон. Кажется, он выбрал самое высокое дерево в лесу. Толстый ствол дуба, в развилке ветвей которого задремал парень, нагрелся от солнца, не закрытый другими деревьями. Он приятно грел спину. Дневное светило клонилось к закату, царапая свои бока о верхушки деревьев. Куро оглянулся по сторонам и потянулся. Выбравшись из поместья, парень направился на юг. Лес просыпался. Роса холодила босые ноги. (Куро так и не научился носить обувь). Лучи солнца, проглядывающего слева, пробивались сквозь негустой лес и раскрашивали окрестности серо-жёлтой полосатостью. Затянули свои песни и птицы. Расшагая по узкой звериной тропе, идущей в подходящем направлении, Куро размышлял. Прежде всего следует перестать сомневаться. Иначе вся затея будет напрасной. Более того, будет выглядеть глупо и по-детски. Возвращаться он не станет. Даже не смотря на то, что там остался уют и безопасность. И мягкая постель. И вкусная еда. Так! Стоп! Долой предательские мысли и сомнения. Он столько пережил в этом «уюте и безопасности». «Сколько? - зашептало в голове, тихо и ехидно. - Несколько раз трахнули, и всего делов-то. Даже удовольствие получал от процесса». «К чертям такое удовольствие!» - зло подумал в ответ Куро, сжав кулаки. Да и вычитал он кое-что в рукописях-дневниках. Об особенностях котооборотней. И собственного организма в том числе. Чем запросто могли, и скорее всего собирались, воспользоваться сородичи. И это совершенно его не устраивало. А договор… Что ж. Куро в любом случае собирался покинуть соплеменников. И его дети… Возможно, он и подумает над их будущим у родственников. Потом. А пока у него есть ещё примерно месяц, нет меньше. И следует наладить сначала собственную жизнь. Первым делом Куро собирался вернуться к Брему. «Чёрт! Да зачем вообще надо было сбегать от него?!» Ну, превратился в мантикора, и что? Не убил бы его, в самом деле. Особенно после того, что до этого произошло. Но сделанного не воротишь. И кусать локти поздно. Внезапно парень зевнул. И чуть не упал, задев торчащий из земли корень. Куро оглянулся по сторонам. Лес слегка изменился. Стало больше кустарников. И их торчащие ветки то и дело перекрывали тропу, норовя запутать волосы и поцарапать. Ну естественно, ходящим по этой тропе зверям растительность не мешала, находясь выше их головы. Более того, это даже служило дополнительной защитой. Пора было сделать привал. И не только для того, чтобы поесть. Первичное нервное возбуждение и упрямая решимость, бурлящие в беглеце на рассвете, сейчас приутихли. И, словно испугавшись собственной наглости, отступили на второй план. Их сменили накопленная за практически бессонную ночь голод и усталость. И физическая, и эмоциональная. Но прежде всего надо было поесть. Запасов парень с собой не взял. Кроме найденных в торопях на кухне нескольких лепёшек и куска мяса, очевидно, забытого поварами. Но и этого пока хватило. Пока. Проголодавшийся оборотень едва сдержался, чтобы не заурчать, жадно пережёвывая холодное и не слишком мягкое мясо. За сытостью пришла и сонливость. Следовало подумать о безопасности. Хотя признаков преследования или другой опасности парень не заметил, это не значило, что можно беспечно отдыхать. И Куро высмотрел поблизости большой дуб. Выпущенные когти весьма облегчили подъём, а обнаруженная на большой высоте развилка ветвей предоставила вполне сносное лежбище. Вспомнив свои звериные инстинкты, Куро , как мог, устроился поудобней и заснул. И вот теперь, проспав на своём импровизированном насесте почти весь день, парень оглядывал с высоты окрестности. Практически у его ног плавно колыхалось «море» зелени., сотканное из крон деревьев. Листва меняла цвет от светло-зелёного до тёмно-изумрудного, выделяясь пятнами- «лоскутами». Солнечные лучи, скользя по кронам, слепили глаза, мешая обзору на западе. Но Куро интересовало другое направление, южное. И молодой оборотень повернул голову налево. До горизонта пейзаж делился на две части.Зелёную «лоскутную» лесную. И ясно-голубую небесную. Только вдалеке, на горизонте видимости, виднелись то ли тучи, то ли затянутые дымкой вершины далёких гор. Изредка, словно «выныривая» из океана зелени, над кронами вздымались верхушки других огромных деревьев. Пригревало вечернее солнце. Громко пели птицы. Птицы… Еда … Словно в подтверждение собственных логических выводов в животе у Куро заурчало. Утреннего перекуса явно было не достаточно. Тем более, что теперь он кормил не только себя одного. Молодой оборотень вздохнул. Надо было спускаться. И для того, чтобы продолжить путь. И для того, что бы чем-то перекусить. Ведь здесь, на высоте, вариантов вообще не было. Куро «присмотрелся» Никого. Вернее, никого крупнее мышей и зайцев. Ну, ещё птицы разные разноцветными «пятнышками» сновали по кустам и веткам. Они, кстати, очень бы пригодились. И ни следа погони. Успокоенный по этому поводу, Куро задумался теперь о более насущных проблемах. Ему ещё не доводилось добывать себе пищу в человеческом облике самостоятельно. Тот единственный раз вместе с Бремом он вообще плохо помнил, действуя скорее на инстинктах.( Что во время охоты, что после неё.) Собирался использовать их и сейчас. Котом оборотень естественно охотился. Но тогда в пищу шли и мелкие перья птиц, и шкурки мышей и крыс. Сейчас же он сильно сомневался, что его желудок воспримет такие в принципе несъедобные части. Однако это было лучше, чем корешки и трава. Спускаться оказалось немного сложнее, чем залезать. Приходилось постоянно смотреть вниз, выискивая опору. Если бы парень сорвался, то когти уже бы не помогли. А падение с такой высоты, даже удачное, врядли обошлось бы без травм. Добравшись наконец в низ, Куро отдышался. И вздрогнул от тихого щелчка слева. Он резко обернулся на звук. Не стоило забывать об осторожности. В соседних кустах поблёскивал жёлтый «огонёк». Словно солнечный зайчик. Это и был зайчик, вернее, зайчонок-подросток. Наверное, ещё неопытный, по-этому и беспечный. Невольно напрашивалось сравнение с самим Куро. Парень вздохнул, прогоняя неуместные сейчас гуманные мысли. Ему была нужна еда. В первую очередь — еда. И, не задумываясь, молодой оборотень «нырнул». В отличии от прошлых разов, когда ему приходилось сначала немного подстраиваться под свою «жертву», сейчас у него времени не было. И начинающий телепат просто «зачернил», потушил все краски вокруг себя. И «набросил» этот «кокон» на ушастый «огонёк». Всё это парень проделал так быстро и чётко, словно уже много раз использовал этот способ. И знал, что именно делать. Мелькнула подозрительная мысль, но она быстро потухла в колючем голоде и инстинктах. А зайчонок… Он несколько раз дёрнулся, словно внезапно ослеп. И замер. Стало заметно, как слегка мутнеет и тускнеет его аура. Парень в несколько торопливых шагов оказался рядом. Резкий взмах руки. И добыча у него. Куро задумался, крепко сжимая начавшего трепыхаться зверька. Будучи котом, он неоднократно видел, как разделывает различную живность ведьма. Отделяет части тушки, выпотрашивает, что-то рассматривает. Часто она снимала и шкуры. Так же ловко орудовал ножом и Брем. Чему пытался научить и Куро. Вот только ученик в этом не сильно преуспел. Да и убивать ему раньше не доводилось вот так, в человеческом теле. Парень вздохнул. Нет. Страха или угрызений совести он не испытывал. Как и священного трепета перед предстоящим действием. Даже стало немного любопытно, как будет затухать аура зверька. И Куро потянулся за ножом. Добыча оказалась довольно активной. Не ожидая такого сопротивления, начинающий охотник умудрился почти весь запачкаться кровью, пока тело зверька перестало дёргаться. «Завидная жажда жизни», - хмыкнул молодой оборотень, слизывая свежую кровь со щеки. Внезапно в животе кольнуло. Желудок резко сжался, словно его схватили изнутри. И чувство голода. Оно стало просто непереносимым. Не дожидаясь, пока тушка остынет, парень полоснул по светло-серому мохнатому животу ножом. В нос ударило сладковатым, не очень приятным запахом потрохов. Запустив когтистые пальцы, Куро нерешительно вытащил внутренности. Из разорванной печени потекла тёплая кровь, ещё больше пачкая руку парня. Вздрогнув, молодой оборотень замер. Несколько секунд. Кишки полетели в сторону, а печень и сердце чавкнули в сжавшихся челюстях. Но этого было мало. Очень мало. Куро схватил тушку и поддел край шкуры на разрезе ножом. Та довольно легко отделилась от мяса. Приловчившись, парень ухватил поудобней и сорвал практически всю шкурку с зайца. Оставшиеся куски болтались на краях лап. Несколько движений ножом избавили и от них. Чуть солоноватое от остатков крови мягкое мясо приятным теплом окутывало желудок, практически сразу растворяясь в нём, приближая чувство сытости и довольства. Вот только спокойнее не становилось. Возбуждённо стучащее сердце тормозить не собиралось. И стало ещё жарче. Куро вытер вспотевший лоб, размазывая алые полосы по и без того испачканному кровью лицу. Ему было жарко. И...парень был возбуждён. Совсем так, как тогда, на первой охоте, вместе с Бремом. Горячие волны разливались по телу, перемешиваясь, сталкиваясь и образовывая жгучие «водовороты». От них начинало ломить суставы. Словно начиналась трансформация. Но никаких изменений не происходило. Было немного другое. И это касалось не только внутреннего состояния парня. Куро ощутил, как напрягся его возбуждённый член, упираясь в ткань штанов. А хвост распушился, нервно подрагивая. Молодой оборотень почти забыл про эти свои кошачьи признаки, и сейчас они так некстати напомнили о себе. Особенно учитывая травмированное состояние хвоста. Тушка, частично обгрызенная, шлёпнулась на зелёно-алую траву. Неосознанно, поддавшись инстинкту, парень потянулся рукой вниз. Туда, где возбуждённо вздрагивала напрягшаяся плоть. Голова словно погрузилась в туман. Фиолетово-синий, пульсирующий в такт собственному сердцебиению.