Станцуем, Ичиго?

POV Ичиго Это был сон, всего лишь сон.. Мое сердце заходится в бешеном ритме, а первые несколько секунд даже глаза застилает пелена. Давно мне уже кошмарики не снились, тем более с Его участием. Оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что это не очередной сон. Здесь все по-старому: все та же темнота, все то же одиночество. Хичиго не захочет меня больше видеть. Он такой злой вчера уходил, что я сомневаюсь, правильно ли поступил. Я люблю его и не хочу, чтобы это произошло так. Да уж, когда я начал посылать свои приоритеты, заменяя их на другие? Он ломает и создает одновременно, даже не задумываясь об этом, а я уже не в состоянии сопротивляться. Сижу и чешу в затылке, может мозг все-таки заработает? А то мне тут нужно думать, что делать дальше, а в голове пустота. Но, как на зло, не приходит ни одной дельной мысли. Встаю и иду в каком-то направлении, а уже через несколько минут понимаю, что вернулся к нашему обычному месту встречи. Эти высотки уже не забыть. Соответственно где-то неподалеку должен быть и старик. Обвожу взглядом пространство. В темноте он все же немного сливается, поэтому я чуть не пропустил его. Зангецу же стоит на том же самом месте, что и обычно. И ему это никогда не надоест? - Зангецу! - ноль внимания, - ты мне ответить можешь или как? Вот глухим притворяться понравилось, - говорю это довольно тихо. - Я тебя слышу лучше, нежели ты других, - так, опустим эти слова и перейдем к делу. - Ты можешь мне помочь? Он не отвечает, лишь чуть поворачивает голову в мою сторону, отчего я теперь могу видеть часть его лица. Он молчит и сверлит меня орлиным взглядом. Но потом все же отвечает, правда это и за ответ то посчитать нельзя. - Никто не в праве указывать птице. но лишь она одна способна обрезать себе крылья, - ну вот зачем говорить муть всякую, а потом сваливать, как поступил он? И вот обязательно было так закручивать мысль, если можно сказать ее обычными японскими словами? *** Оп-па, пустой! Он сидит в позе лотоса, но уперев локти о ноги, а голову положив на руки, и гипнотизирует зампакто, воткнутый острием в стену. У него задумчивый, но отсутствующий взгляд. Делаю шаг в его сторону. - Стоять, где стоял! Или забыл, что я тебе сказал? - Ну, почему же, помню. - И что же тогда тебе в ней непонятно, японский уже забыл?? - он бросает разгневанный взгляд, что не будь я это я, наверное, уже попятился бы от него. - Чего злишься-то так? - вот если бы я еще и улыбнулся, то огреб бы по самое не хочу. А так он лишь изменил свою позу, отставив руку в сторону, немного облокачиваясь теперь на нее, и вернул себе на лицо оскал вместо задумчивости. - Как мы осмелели-то, - меня пробирает от его спокойного голоса, который, как маска, точно за собой что-то прячет, причем очень умело. - Проблемы? - Да вроде нет их, мой Король, - эти его последние слова неприятно режут слух, хотя я уже привык к этим байкам про Короля и Лошадь. В следующую секунду он оказывается очень близко ко мне, точнее слева, на расстоянии вытянутой руки, а его ладонь ребром касается моего кадыка. Я сглатываю. - Потанцуй со мной. - Че-чего? - надо убирать ночь обратно, а то некоторые от темноты сходить с ума уже начали. - Да не висни ты так! - он оказывается на приличном от меня расстоянии, а вокруг эхом разносится его голос, когда он смеется, - подраться я с тобой хочу, подраться. Или ты против? - Думаешь, не успеешь до того..- ой, зря я об этом, зря. - Давай, переставай рассусоливать мне тут. Тебе вредно думать, Король. От третьего лица Шинигами настроен теперь серьезно. Драться, так драться. На что у пустого поднимается один из уголков губ, а лицо рыжего принимает стандартное в таких ситуациях выражение. Они оба наготове, подай только сигнал и они одновременно рванут с места. Каждая клетка замерла в ожидании. Они синхронно кивают, и вокруг вздымается ветер от их первого движения друг к другу. Пустой прокручивает рукоять зампакто меж пальцев так, что кончик лезвия несколько раз описывает окружность, и почти играючи сдерживает атаку противника. Слышен скрежет металла, и вот они уже разлетаются по разные стороны. Но во время боя не бывает долгих передышек, от чего они сразу же кидаются обратно. Несколько слов-подколок по поводу атак, и только звон на весь внутренний мир этого парниши. Порой энергии серебряного и темно-вишневого цвета переплетаются между собой, освещая все вокруг, ну а так горят только их глаза. Улыбка на губах, металлический голос, срезанная рыжая прядь и алые капли на белом. Без этого не может пройти ни одно их сражение, азарт в глазах ничем нельзя заглушить, они всегда полностью отдаются друг другу на этом поприще. Шинигами глубоко дышит. Сердце вдруг просто взбесилось. Поднятое давление слегка глушит слух, но он и без этого чувствует, когда пустой хочет произнести первые звуки названия второй формы. Бан-кай, призванный двумя голосами, дается им обоим, но имеет одинаковый цвет, ведь шинигами - из будущего - уже разделен со своим пустым, а этот Хичиго еще нет. Вот и получаются они, как отражения в зеркале, разве что один имеет краски, а другой нет. Когда они кружат вокруг друг друга, кажется будто сливаются в единое целое: и серое, и яркое одновременно. И снова волны реяцу сотрясают стены, и снова голос металла, и снова бешено бьющееся сердце. Но это все мгновенно прекращается, разве что сердечко не прекращает трепетать. Они застывают на месте, они застывают, слившись в поцелуе. Пустой безумно крепко прижимает к себе рыжего, а тот, кажется готов обвить Хичиго ногами, но его рука безжалостно теребит белые пряди. Светлые ладони мнут чужую спину, хаотично быстро перемещаясь. Рука тянет пряди волос в сторону, наклоняя голову в сторону, пока не оголится белая кожа на шее. Целовать, целовать, лизать, чувствовать, как тебе отвечает его тело и не останавливаться. Потянуть за ворот и разорвать ткань вдоль, открывая себе больший доступ, и упиваться прикосновениями. Пока ты целуешь ключицы, он впивается пальцами в твои плечи, пока ты отстраняешься, чтобы хоть немного отдышаться, он стягивает с тебя плащ и уже ногтем ведет по коже на груди. Дрожь от прикосновения прохлады к огню, и ты опять целуешь. Ноги уже не держат, и вы перемещаетесь на стену, причем кто-то чуть не ударился затылком от этой пылкости в движениях. Два тела, жаждущих друг друга, но все еще сохраняющих разум. Вряд ли это можно будет прекратить одним только словом, да никто и не против от дальнейшего развития истории, но они готовы слушать друг друга, и в этот раз нет никакого зверя, гложущего Пустого изнутри, да он и вообще никогда не должен был появляться, если бы не одно постороннее вмешательство, только страсть, поглощающая обоих, которая знакома каждому, и каждый знает, как порой ее невозможно остановить. Но сейчас они в равных условиях. Золотой стал цвета шоколада, а карий цветом солнца. Провести языком по тем местам, чтобы ты фыркнул от того, что щекотно, в свою очередь ответить чем-то подобным. Нависнуть над ним и поймать за кончик языка, когда тот вновь обведет им свои не менее пересохшие, чем у тебя, губы. Закрыть глаза и помять пальцами его затвердевшие бусинки, а потом спуститься ниже и услышать сопение к которому примешивается оттенок металла. Мысленно улыбнуться и продолжить в том же духе. Несколько протяжных стонов удовольствия уже пронеслись в воздухе, но им этого мало. Снять с друг друга всю оставшуюся одежду и покраснеть. Подколоть этого смущающегося ребенка и притянуть тебя к себе. Ты ведь уже знаешь, как и что делать, а он только догадывается, но ты все равно боишься. Боишься, что что-то пойдет не так, но ведь ты не один. Он рядом. В его глазах поддержка и одобрение любому твоему действию, сейчас вы полностью доверяете друг другу, тем более что дошли до этой грани. Остается сделать только шаг. Целуешь его то нежно, то немного грубо, а он отвечает. Обхватываешь его плоть рукой, и он выгибается, прихватывая пальцами полы ткани расстеленной под вами. Кончиком языка ведешь по набухшей венке, придерживая рукой его за бедра. Немного заглотить. Насладиться эмоциями, вызванными этим действиями, и продолжить. Провести пальцами по внутренней стороне бедра, и его берет крупная дрожь. И вновь покраснеть, когда он тебя просит. Да, просит не тянуть больше. Вспомни и продолжи. Пальцы, ухватившие волосы, закушенная губа, волнение в твоих глазах, ласки, стремящиеся приглушить боль. Ты знаешь, что так и должно быть, поэтому пережидаешь все это, ведь дальше должно быть легче. И почему ты в этом уверен, откуда знаешь? но ты успокаиваешь этого мальчика, который вот уже и во вкус вошел. Ты чувствуешь горячее, прикасающееся к коже. Первое движение внутрь и поцелуй на губах. Он знает, каково тебе, а ты весь отдаешься в этот поцелуй. Движения языка, теплый плен рта, и резкий контраст с ощущениями внизу живота. Делаешь встречное движение, и он замирает. Всего лишь посмотреть в глаза, увидеть в них отражение всего и продолжить. Черное звездное небо, и две фигуры, освещаемые луной. Это уже не тот танец, которым они жили долгое время. Они понимают это и согласны с принятым решением, что поступают правильно. Звонкий крик разрезает тишину, и оба застывают на месте. Тела напряжены до предела, но спустя мгновения их отпускает. Темный силуэт спускается вниз, ложась рядом со вторым. Один кладет голову на плечо другому, и кто-то произносит три самых заветных слова. Неважно кто первым это осознал, но приняли они оба, а это важнее времени. Две фигуры засыпали под мирное биение сердца. *** POV Ичиго Почему-то мне холодно. Ах да, я лежу один. Так, стоп, один? Мигом открываю глаза. Найти Хичиго мне не удается. Что-то здесь не чисто. Эта мысль мгновенно приходит ко мне в голову, и я не сомневаюсь в ее правильности. И где же тогда он?