Станцуем, Ичиго?

POV Гриммджо Да когда он уже начнет всерьез? Достало, достало уже. Мало того, что то нельзя, это нельзя, в живых оставлять, в лоб не нападать, так еще и Куросаки этот. Вот с чего на него это нашло? Так как он потом еще смываться от меня посмел? Разложил бы на месте, и все дела. Ну, подумаешь, пыльно сильно, так с этим не проблема - смерти на раз-два, если раздражает. Ну, подумаешь, сопротивление - потом бы притих, еще бы сам просить начал. Ну, подумаешь, парень - хотя это уже проблема. А все Гин с этими его идиотскими улыбочками и предложениями. Вот зачем к Нулевому приставать надо было, а? Нормальный парень же. Нас вообще, что ли, по цвету волос подбирали? Так взял бы Заэля - с него не убудет. Да чего я вообще парюсь? Было и было, главное, сейчас не косячить. Сидим за столом, у каждого под носом чашки с чаем. Он уже сниться скоро начнет. Не хотелось бы увидеть чаинок-шинигами или еще какой бред. Улькиорра обошел нас, привычным движением вытащил глаз и сжал его в руке. Тот рассыпался и уже через какие-то мгновения перед нами предстала картинка. Тут показывались события его последнего задания. Парень стоял молча, лишь в конце заключил свое обычное "все мусор", посмотрел на Айзена и вернулся на свое место. Ну, блин, скука какая. - Итак, моя дорогая Эспада, Куросаки Ичиго вернулся в Мир Живых в полном здравии, как и следовало ожидать. Теперь можно развлечься. Бр-р. Утыкаюсь взглядом в потолок. Вот зачем было откладывать еще на несколько дней? А, главное, "никаких нападений, пусть восстановятся". Какое благородство..для всего Готея сразу. И какие у тебя планы насчет Куросаки? Пустого тогда прокачал, да еще в Эспаду принял - так сбежал же на первом стоящем задании. Хочешь доказать, что насколько бы сильны не были шинигами, ты их все равно сотрешь в порошок, и пусть потом гадают, почему ничего не вышло? Мозгопромыванием ты владеешь в совершенстве. Правда, вряд ли, они будут кусать пальцы от досады, скорее половина ляжет, прежде чем до остальных дойдет, что мы сильнее. Намного сильнее. А ты достанешься мне. Он говорит, ты должен быть сильнее - очень надеюсь на это, иначе все слишком быстро закончится. Ты интереснее, чем Нулевой, ярче, в тебе больше жизни и отдаешься бою полностью, не жалея себя. Жду-не дождусь нашей следующей встречи. Она будет последней?.. *** А в Обществе Душ настоящий переполох среди рядовых. Много отправляли на патрулирование, и еще однако попало в четвертый отряд после этого. После смерти капитана седьмого отряда они вообще приуныли. Ходит слух, что напали на него сразу несколько аранкар. Конечно же, бой был не равным, но тайчо сражался, как и полагается, не оглядываясь на разницу в силе. Кто-то добавляет, что лезвие зампакто противника было отравлено; кто-то, что там были не учтенные пустые. И да, почему-то по близости не было ни одного рядового из его или какого-нибудь другого отряда, вообще никого, кто бы смог помочь.. Но, сколько бы слухов ни ходило, совершенно точно одно - противник очень силен, а капитаны уже придумали кое-какой план. Об этом не говорилось вслух, но по напряженной атмосфере, витающей всюду, невозможно было решить иначе. Она была другой, именно такой, когда великие решают головоломки, стоящие множество жизней, и их нельзя отвлекать, чтобы случайно не потерялась какая-нибудь особенная ниточка. Темноволосая девушка-офицер села на колени перед капитаном тринадцатого отряда. Мужчина выглядел не особо здоровым - болезнь вновь напомнила о себе. Но не смотря на то, что у него слегка кружилась голова, он улыбнулся девушке, когда та начала возмущенно высказываться о том, кто здесь "кошка" и зачем "мыши" от нее убегают. - Капитан, ну это же какая наглость! - ее лицо покраснело от бушевавших внутри эмоций, - сначала он назначает день нападения, да и вообще срок нашей подготовки этим ограничивает, а теперь "официально" (!) переносит! - ее глаза почернели. Она преданно, но и не терпеливо ждет решения капитана, но тот снова улыбается, прикрывая глаза, кладет руку ей на голову. - Иногда и взрослым хочется поиграть, - и почему-то нет желания возражать. Девушка стушевывается, опуская глаза, - сколько? - Три дня, - она сжимает кулаки, - но он же может опять передумать! - она снова поднимает глаза. - Нет, не в этот раз, - капитан кашлянул пару раз. Тут же на горизонте появилась извечно шумная парочка офицеров. Они начали спрашивать о его самочувствии, попутно обвиняя друг друга в чем-то, но тот отмахнулся, сказав, что все хорошо. Конечно, тем не особо верилось, поэтому они продолжили свои "заботы". А разговор на этом и был окончен, хотя Рукия и не смерилась с таким легким прикрытием сей новости капитаном. Ей оставалось только пойти к брату. Холодный капитан шестого отряда молча выслушал ее вопросы, также переждал ее вполне ожидаемый гнев и только потом поднял голову, оторвавшись, наконец, от каких-то наиважнейших бумажек. - Укитаке прав. Не стоит беспокоиться, - он смотрит прямо в глаза девушке, - лучше иди занимайся, это уже проблемы главнокомандующего, - и в его глазах читалась все та же напряженность. Что-то они решили, но это "что-то" еще никому кроме верхушки не известно. И здесь девушка осталась ни с чем, но в чем-то капитан был прав - нужно заниматься и быть на стороже, как и всегда. *** POV Хичиго Пришлось дожидаться нормальной такой ночи, чтобы на улице никого не было и никого бы не заинтересовало, куда это летят два тела, а рядом перепрыгивает те же крыши мальчик с еще одним на плече. Но на нашем пути и, правда, никто не встретился, а если учесть, что мы не по тротуару бежим, так вообще шансов мало. Скидываю тела на пол. Вышло довольно аккуратно, но старик все равно возмутился нашему обращению с его будущей тушкой. - Да им сейчас вообще ничего не страшно. Главное, расчлененкой не заниматься, - добавил Дзинта чуть тише. - Еще бы я вам это позволил! - он довольно активно защищает права своей тушки, прижимая оную к себе. - Раздавишь еще, - на меня падает недобрый взгляд. - А классно получается, - Скай уже залез в гигай, а сейчас разминает пальцы, - я будто вновь жив, вот только в водолазном костюме. - Привыкнешь, замечать не будешь, - и тут грозного меня, точнее, моих волос коснулись чужие пальцы. Резко разворачиваюсь, хватаю руку Лори и заламываю ему за спину, - ты меня уже достал своими причудами, - прижимаю его еще больше к полу. - П-прости, - его спина содрогается, потом мне слышится шмыг. Не понял. Сейчас передо мной совсем не тот человек, что был в Аду. Этот явно моложе и меньше по всем параметрам. Разворачиваю лицом к себе. Черные, неровно остриженные по плечи волосы, довольно большие точно еще детские глаза - голубой и зеленый, тонкие брови сбежались к переносице, а губы поджаты. Он смотрит на меня в ожидании, не моргая. Отпускаю хрупкие плечи и усаживаюсь напротив. Бежать никто не собирается, а разговор обещает быть долгим. - Ты кто? - задает вопрос страж, оказавшийся за моей спиной. - Не говорите мне, что мы не того вытянули, - протянул старик, аккуратно забираясь в гигай. Парнишка тут же замахал головой. - Того-того! - скептически осматриваю с ног до головы, - просто это мое настоящее тело, - повисла тишина. - Ну, давай, рассказывай свою волнительную историю. В итоге, Лори есть Лори, теперь к нему вернулся настоящий облик, и исчезло психованное раздвоение личности. И да, ему все-таки пятнадцать. А вот, почему он оказался в другом теле - интереснее. Пацан оказался жертвой какого-то там маньяка, но когда его убили, этот паникер умудрился вселиться в тело того, да еще и прицепиться к душе. Верится с трудом, конечно. В общем, это тело не выдержало такого перегруза и вырубилось, навсегда в смысле, а душа приняла средний облик этих двоих, правда, сознание конфликтовало, из-за этого одной части досталось все вменяемое и знания, а другой - все оставшееся. При переходе через мои врата она снова разделилась надвое, а сейчас парень, наконец, и принял настоящий облик, вот только привязанным к Аду так и остался. - Так, сильно не шалить - вытаскивать не буду, - "напутствовал" этим троим, когда все вопросы улеглись, а я решил прогуляться. - Значит, немножко все же можно? - хмыкнул Скай. - Не все шинигами такие, как он, - напоминаю о недавнем похождении парня. - Оо, а мы чего-то не знаем? - Лори с интересно сначала смотрит на меня - тут ловить нечего, меня уже нет, потом на Ская, и явно, что одним "да, было дело" не отделаешься. Я спокойно себе брожу по самым пустынным, скорее даже, заброшенным улицам, а в голове вертится фраза Урахары "Куросаки Ичиго знает, где твой гигай", когда пока не особо сильно кольнуло в груди. Будто интервал стал меньше. Высматриваю более-менее нормальные ступеньки и сажусь. А, что, времени завались просто. Сколько сейчас? Часа два ночи, не меньше. Подумаешь, какому-то там пустому не спится. Хотя поспать я бы не против, но попозже как-нибудь. Вот и сижу так. Думай, о чем хочешь, а все почему-то сводится к одному рыжему созданию, даже слуховые галлюцинации начались. Он будто зовет "Хичиго..Хичиго, это ты?..". Я, блин, кто ж еще такой побелочный может тут сидеть? Единственный и неповторимый прям. В груди тянет сильнее, хотя и не так остро, как пару дней назад. Вот уже и перед глазами появляется знакомый рыжий ежик, белая форма, сдвинутые брови, волнение в глазах, в которых отражаюсь я. Но, если бы это был ты, я бы уже почувствовал? Выплываю из мыслей. Ой, и правда. Такую реяцу трудно проворонить. Мой косяк. Обнимаешь, положив руки на спину. - Знаешь, а я ведь скучал, - внутри еще сильнее ноет, но как же приятно услышать это от тебя. Ты ведь помнишь обо всех и вся, а обо мне? защищаешь их в любой момент, даже если их нет рядом, а меня? Когда наступает безделье, и мысли пускаются в пляс, я почему-то очень часто возвращаюсь к этому вопросу. Я знаю, что Ты значишь для Меня, но, что Я для Тебя? Какое-то стечение обстоятельств, парочка психов, и вот что получилось. Дурак, выясняли мы это уже. Зато сейчас ты рядом, забываешь думать о других, только обо мне. Обнимаю в ответ, утыкаюсь носом в шею, вдыхаю родной аромат. - Не буду спрашивать, когда ты успел об этом подумать, - целую, пока ты не успел ответить. Сначала не отвечаешь, видно как раз собирался с мыслями, но после впиваешься так, будто хочешь выпить меня всего. Твои пальцы беспорядочно мечутся по спине, сжимаешь ткань в ладонях. Я же забираюсь в волосы, прижимаю тебя еще ближе. Сладкий. Как же давно.. Целую в уголок губ, скулу, губами прижимаюсь к виску. Хочется застыть так, именно сейчас, не шевелиться, чтобы не спугнуть. Ты точно чувствуешь сейчас то же самое. Твои руки заметил на пояснице, пальцы поглаживают кожу сквозь ткань, а у меня так и бегают мурашки. Становится нестерпимо горячо в тех местах, где мы касаемся друг друга. Вспорхнувшая так некстати птица разрывает тишину и нашу идиллию. - Хичиго, - мягко произносишь ты, будто все еще не веришь, что это я, а не глюки. - Может, перенесем наше воссоединение в более уютное место? - голос хриплый. - Да уж, а то тут не сильно приветливо, - улыбаешься. Встаю, подаю руку, от которой ты не отказываешься. "Более уютное место" - это пустующая квартирка в нескольких кварталах отсюда. Дом жилой, район нормальный, апартаменты свободны. И то, что хозяин не вернется, известно наверняка, плюс у нас еще и ключи от нее имеются. Не, ничего криминального, просто была одна халтура у меня, после которой нам привалило столько счастья. Сейчас ключей ни у кого нет, да они как-то и не особо нужны - духи же. Только попадаем в квартиру, как ты прижимаешь меня к стене и замираешь, почти не дышишь, скорее, задыхаешься - так быстро твое сердцебиение. - Маленький, - шепчу, меня и самого напрягает свой яркий голос в такие моменты, - ну, да, не виделись долго. Задушишь же, - сам в ответ поглаживаю твою спину. - Прости, не могу больше, - так же тихо отвечаешь, сдвигаешь ткань в сторону, обнажая кожу, прижимаешься к ней губами. Язычком дразнишь, а потом аккуратно втягиваешь кожу, оставляя первый засос. Касаюсь пальцами своих губ, большим надавливаю на нижнюю, сам облизываюсь. Кончиком языка касаешься подушечки. Берешь за запястье, медленно выцеловываешь каждый пальчик. Развязываю пояс, проникаю под косоде. Ты, наверное, горячее меня, солнце же. Целую грудь, прикусываю сосок, а на спине оставляю тонкие следы от ногтей. Прерываешься от своего занятия, выгибаясь навстречу. Вернувшись из своей прострации, освобождаешь меня от мешающейся ткани и одним рывком разворачиваешь, вновь прислоняя к стене. Холодно. С тобой - горячо. Вцепляюсь в рыжие пряди, пока ты ласкаешь меня. Пресс так и ходит ходуном. - Ты у нас сегодня экстремал? - Будто не видно, - сжимаешь меня там. Жарко. Еще жарче. - Тогда, может, пойдем более традиционным путем? - закусываю губу, с заплясавшими звездочками так легко не справиться. Не соображающе смотришь на меня, а потом тянешь за руку в спальню. Пальцами играешь с моими. Насколько ты еще соображаешь, интересно? Хотя, какой к меносу интерес, сам недалеко ушел. Глушу свою сообразительность, тут она нужна только для одного. Заваливаю на кровать, усаживаюсь сверху. Ты подаешься вперед. Целуешь, пальцами пересчитываешь косточки. Зажмуриваюсь от удовольствия, когда снова касаешься меня там, но уже на живую. Сжимаешь, неспешно двигаешь вверх-вниз. - Мне сказать "мур"? - двойным голосом. - Уж лучше молчи, - улыбаешься, тут же отдаваясь своему занятию. Перебираюсь на бок, укладывая тебя рядом. Все оставшееся с тихим "шмяк" укладывается где-то на полу. Пальцами сжимаю сосок, целуя рядом. Слизываю капельки пота с виска. Касаешься бедра. Ведешь пальцами до колена, а потом мягко раздвигаешь их, переворачивая меня на спину. Покорно ложусь, сгибаю ноги. Языком проводишь мокрую дорожку на внутренней стороне. Щекотно. Отвлекаешься на мой смешок. Пояснять не собираюсь. - Что-то не так? - как-то виновато спрашиваешь. - Нет, продолжай, - наклоняешься, горячим дыханием обжигаешь нежную кожу. Языком касаешься головки, медленно обводишь по краю, опускаешься ниже. Одной рукой ласкаешь тело, другой помогаешь себе. Чееерт.. Пальцы на ногах сжимаются, руками хочу коснуться тебя, но уже просто не дотянусь. Я выгибаюсь, когда прохладными пальцами касаешься сжатого колечка. Ну это уже слишком..не думал, что уже так истосковался. Перед глазами бело, тела не чувствую. Почти скулю от ощущения нежных пальцев мягко оглаживающих кожу, немного проникая внутрь и вновь выскальзывая. Не знаю куда деваться. За волосы притягиваю тебя к себе. Целую нежно, легко. Обнимаю за спину, прижимаю к себе. Проникаешь внутрь. Знакомый дискомфорт, нарастающее давление, ласки. Я снова забываюсь, несдержанно стону. - Ичи..го..- рука повисает в воздухе. Резко входишь, но не глубоко. Задыхаюсь. Покусываешь шею. Немного назад, и снова - до конца. Выгибаюсь под тобой, кусаю в плечо. Как сигнал, однозначно. Начинаешь неспешно двигаться, пока меня вновь не уносят звездочки. Резко. Плавно. Глубоко. Чувствую себя загнанным. Что-то дикое, но дико довольное бьется внутри. Ты чувствуешь это. В глазах огонь в тумане. Люблю. Как редко я это говорю. - Люблю. - Знаю, - изливаешься внутри, сильно сжимаешь мою плоть, почти сразу же отпуская - кончаю не медля, - я..тоже, - валишься на меня. Дыхание частое-частое. Целую в макушку. Задерживаюсь так чуть дольше. Успокоившись, скатываешься с меня, укладываясь рядом. Касаешься пальцами моей "дыры", аккуратно обводишь по краю. Ощущается оно везде одинаково, но под кожей вновь разбредаются электрические разряды. *** - На перекус тут рассчитывать не приходится, - сообщаешь уныло, но на всякий случай проверяешь все ящички на кухне. Что-то даже нашел. - Ты настолько голодный, что готов съесть это? - обнимаю тебя со спины, немного подумав, целую в шею. Ежишься. - А тебе в рационе и я сойду? - проворачиваешься в объятьях. - Что значит "сойду"? Вы, мой Король, единственный и неповторимый, - целую в губы, на что мне активно отвечают. Да, все-таки я сильно соскучился. Ты, хоть и расстроенный неудачными поисками пропитания, но теперь способен вменяемо отвечать, чем мы и занялись. Айзен зашевелился, даже капитана какого-то завалить успел. Что там Общество Душ планирует, рыжему до лампочки, его сюда выслали. Вот, что тебе на их планы наплевать, это да, но вот, что мы тут будем спокойно сидеть, я как-то сомневаюсь. Будешь нос куда не надо совать - меня зови, помогать буду. Мое предложение отвергли. Переживем. - Ну, а теперь вопрос на миллион: где мое тело? - уставляешься на меня своими удивленными глазищами. - У тебя ж теперь свое, мое тебе зачем? - непонимающе спрашиваешь. Принимаю всем известное выражение "рукалицо". Смотря из-под пальцев поясняю. - Я про гигай говорю. Урахара сказал, ты знаешь. А тело твое и так принадлежит мне, как и мое тебе, не так? - Так, так, - смущаешься. Ух ты, мы еще не потеряли эту способность, когда при здравом уме, - но я не знаю где он, - моя бровь взлетела вверх. - Он чудак и псих, как впрочем, и многие из нас, - говорю медленно, - но склероз еще замечен не был. - Не, не видел. - Точно? - киваешь, - это уже проблема. - Пошли домой, - после некоторых уговоров приходится согласиться. Рассказывать про ту троицу я все же не стал. Меньше знает - крепче спит, хотя его и так пушкой не разбудишь, особенно когда надо. Сейчас полдень и понедельник - вся семья кто на работе, кто в школе. Прогульщик. Рыжего совесть на эту тему не мучает, довольная видать. А когда парень находит съестное, заботливо оставленное Юзу в холодильнике, так вообще светиться начинает. Немного помучавшись, он все же спрашивает о гигае, мол, несправедливо это, что он будет есть находясь в теле, а я нет. - Дурак ты, мне-то какая разница, - дав воздушного пинка, отправляю его наверх. Спустя пару минут оттуда послышался какой-то грохот и четко слышимый треск дерева. Буквально взлетаю наверх. Когда открываю дверь, первым что бросается в глаза, это его побелевшее лицо, а затем я прослеживаю за его взглядом. На полу, наполовину свесившись из шкафа, лежит белое тело, прикрытое легким покрывалом, а из груди торчит зампакто рыжего. - Куросаки, мать твою! Ты хоть иногда можешь проявлять хоть крупицу внимания?!