Ты настоящий

Шел дождь. Он начался внезапно одним августовским днем, портя праздник, которого все так давно ждали. Хотя поначалу эта идея показалась не самой разумной, но Лидия сказала, что они УСТРОЯТ карнавал, а значит, так и будет. Спорить с банши - плохая идея. В кой-то веки лето выдалось без сверхъестественных тварей, без капризов Неметона и незваных мохнатых гостей из соседних штатов, и Мартин решила, что это нельзя не отпраздновать. Даже вечно хмурый Дерек пришел, притащив с собой дядю, хотя нет, то, что Питер соизволил явиться, это скорей заслуга Коры, только у нее получилось бы уломать альфу, старший Хейл всегда был неравнодушен к племяннице, а она не упускала возможности этим воспользоваться. Естественно, Стайлз первый, кто вызвался помогать Лидии, а у Скотта просто не оставалось выбора, раз уж друг согласился. Особой радости от праздника никто не испытывал, но уже через пару часов многим пришлось признать, что им не хватало этого: не хватало беззаботной жизни, улыбок, банальных проблем, в виде шариков не хватает или газировка кончилась, не хватало причин, чтобы радоваться жизни, да и просто не хватало вот таких вот обыкновенных солнечных дней с друзьями, выпивкой и разговорами о футболе, девушках и о всяких мелочах. Так ведь поступают обычные люди - радуются мелочам? А жителям Бейкон Хиллс не хватало нормальности. Но праздник омрачил внезапно начавшийся дождь. Небо затянуло тучами, задул сильный ветер, где-то вдали загремело, и началось... Люди быстро разбежались кто по машинам, кто пешочком отправился по своим домам, и только великая пятерка, как всегда, осталась, разбирать ту красоту, что они последние два дня создавали. Стайлз помогал Лидии разбирать палатки с угощением, которые превратились в странную массу не пойми чего, Скотт, Эллисон и Айзек снимали мишуру, шарики, колокольчики с деревьев и прочую ерунду, которая все норовила улететь. А Дерек все ходил вокруг, возмущаясь и закидывая все это брахло в свою машину. Крис руководил сборкой этого хлама, так как неразумные подростки поначалу только бегали и суетились, постоянно сталкиваясь друг с другом и только мешая уборке. Не понятно только, почему остался Питер. Он сидел на капоте своей машине и уже с привычной усмешкой наблюдал за промокшими насквозь детьми, с энтузиазмом бегающими грязные по колено и собирающие мусор, который уже давно разлетелся по всему городу. - Помочь не хочешь? - все же спросил Стилински, когда подскользнулся на траве около Питера, а тот его поймал, обхватив за талию и усмехнувшись неуклюжести подростка. - Не горю желанием, но ты продолжай, у тебя хорошо получается. И шлепнул по заднице для ускорения. Этого Стайлз совсем не понимал, мужчина то держался с ним холодно, то, наоборот, находился чересчур близко и постоянно норовил укусить, шлепнуть или хотя бы просто прикоснуться. Но пока это не угрожало жизни или психике Стилински, он не переживал по этому поводу. "Ну, хоть коробку из рук забрал, - думал мальчишка. - Какая-никакая, а помощь". Дерек не разделял мнение подростка, он считал, что раз уж дядя решил остаться, то пусть тогда помогает, а не только комментирует происходящее шуточками вроде: "Да, оборотническая сущность здесь не поможет", "Работайте с энтузиазмом, мальчики, ну же, веселее", "Ой, кажется, дождь начинается...а нет, он всего лишь усиливается, но вы не торопитесь, наслаждайтесь летним дождиком". Ливень, кажется, ничуть не смущал Питера, он спокойно сидел на капоте, периодически встряхивая мокрые волосы на голове, и подставлял лицо дождю. - Вот бы он захлебнулся, - огрызнулся Дерек, проходя мимо дяди. - Дохлый номер, хмуроволк, ты уже пытался, - пожимал плечами в ответ Стилински. - Он живучий гад. Старший Хейл слегка улыбнулся, подслушивая разговор и наблюдая из-под ресниц за мальчишкой, резво носящимся от палатки к палатке. - О, печеньки с предсказанием, - воодушевленно воскликнул Стайлз, доставая коробку из-под стола. - Никто не хочет? Они почти целые, я бы даже сказал, почти живые. - Ключевое слово "почти", Стилински, - бросил Лейхи, забрасывая гирлянду в машину Дерека, но упал, запутавшись в огоньках. - Ты их что, на себя наматывал? - пыхтела Эллисон, разматывая провода и освобождая Айзека из пут. - Ну да, - пожал плечами парень, запихивая все это в машину. - Так было проще. Почему-то, никто не захотел есть сырые, но в целом, живые печеньки с предсказанием, отмахиваясь от Стайлза и умоляя его не страдать ерундой или, хотя бы, не мешать им. Дождь усиливался, и всем хотелось поскорее пойти домой, постоять под теплым душем, выпить чай и укутаться в плед. Собственно, что же еще делать в такую погоду? Уж точно не мокнуть под дождем. - Ну, а ты, альфа, хочешь печеньку или тоже побрезгуешь? Питер снисходительно улыбнулся мальчишке, взъерошивая мокрые волосы у него на макушке и все же доставая из коробки печенье. - Другое дело, - улыбнулся в ответ Стилински, забрасывая коробку к оборотню в машину и вместе с ним усаживаясь на капот. - Ну, и что там у тебя? - заглядывал подросток через руку мужчины, пытаясь увидеть, что написано на бумажке. - Ваши проблемы развеются как дым, и вам улыбнется удача. - Хм, у меня такое же предсказание, - нахмурился парень, забирая у Хейла бумажку. - Малыш, ты что не знаешь, как все это делается? - закатил глаза Питер. - Пьяный китаец накарябал что-то на листке бумаги, другой не менее пьяный китаец засунул эту бумажку в печенье. Ты что, думаешь, что в каждой выпечке свое предсказание? - Ну, вообще-то, так полагается. И с каких это пор я малыш? - А разве кто-то следует правилам? - изогнул бровь волк, снимая мальчишку с капота и игнорируя его вопрос. - Бросаешь нас? - укоризненно шептал Стайлз мужчине. Бесполезно, у этого человека нет совести. - Вы уже почти закончили. Хочешь, можешь поехать со мной? - И оставить свою детку? - Как знаешь, - махнул рукой мужчина, садясь за руль. - Звони, если твоя детка вдруг заглохнет посреди дороги, и ты подхватишь пневмонию. - Как же это мило с твоей стороны, Питер, - протянул Стилински, захлопывая дверцу и провожая взглядом машину. - Сам себе удивляюсь, - ответил Хейл скорее себе, чем парню, наблюдая за подростком в зеркало заднего вида. Одинокая фигура на фоне дождя так и продолжала стоять на траве и смотреть вслед машине, и альфу охватило непонятное чувство тревоги, которое никак не хотело уходить. Он хотел развернуть машину и вернуться, но решил, что не хочет объяснять подросткам, по какой причине у него вдруг проснулась совесть и он забрал Стайлза, спасая его от дождя и от бессмысленной работы. Потом Хейл еще не раз будет упрекать себя за эту слабость, за то, что не развернулся и не забрал парнишку, за то, что проигнорировал своего волка и все же поехал домой. Спустя двадцать минут ему позвонила взволнованная Лидия, она много чего наговорила, все болтала без умолку, но из этого трепа мужчина понял, что Дерек взбесился и ляпнул Стайлзу, что Питер его пара, и мальчишка, запаниковав, уехал куда-то. Хорошо, что Скотт успел запрыгнуть к нему в машину, оставлять подростка в таком состоянии было бы неразумно. Хейл резко дал по тормозам, разворачивая машину, и чуть не слетел с моста из-за мокрой дороги. Первым же делом он стал набирать номер мальчишки (одному Богу известно, откуда он у него), но тот не отвечал на звонки, поэтому, на тот случай, если парень все же направился домой, мужчина позвонил на его домашний телефон и оставил сообщение на автоответчике. "Стайлз, послушай меня, не знаю, что ты там себе напридумывал, но будь добр, не делай глупостей. Я приеду к тебе и тогда мы поговорим о том, что случилось сегодня. Не накручивай себя, не пугайся и не принимай все слишком близко к сердцу. Я не монстр и не собираюсь делать что-то, что бы навредило или не понравилось тебе. Дерека я убью за то, что он вот так бросил тебе, что ты моя пара, но, ради бога, не убегай, давай поговорим, я отвечу на любые твои вопросы. Просто не делай глупостей, Стайлз. Прошу, не делай глупостей".

***

- Бро, сбавь скорость, может ты и бессмертный, но вот я точно нет, - нервно тараторил Скотт, цепляясь руками то за сиденье, то за бардачок, то за друга. МакКол хоть и оборотень, но даже он пристегнул ремень безопасности, хоть и не был уверен, что он его спасет. Не без труда, но ему и Стайлза удалось пристегнуть. - Не могу поверить, - шептал Стилински, сильнее вцепляясь в руль и щурясь, из-за дождя дороги практически не было видно. - Да брось ты, Питер не самая худшая кандидатура. - Не могу поверить, что этот блохастый комок шерсти ничего не сказал мне, - выкрикнул подросток, резко поворачивая руль вправо. - Оу, полегче, не забывай, ты не один в машине, - Скотт как можно сильнее прижался к сидению, готовы в любой момент перегруппироваться, если вдруг машину занесет, и они перевернутся. - Да хватит уже трезвонить, - кричал мальчишка на свой мобильник, скидывая очередной звонок от Питера. И вот тот самый момент... Тогда все и произошло. Тогда жизнь Стайлза навсегда изменилась. Такие моменты навсегда остаются в памяти и во многом определяют дальнейшую жизнь человека. Его поступки, мысли, отныне все будет опираться на тот самый роковой день. Стилински отвлекся на телефон и слишком поздно заметил лося на дороге. Видимость и так была нулевая, да еще и подросток отвлекся, а тут еще это животное выскочило неоткуда... Мальчишка резко крутанул руль влево, и тут произошло то, чего Скотт так боялся - машину занесло, она перевернулась несколько раз, проехалась вверх тормашками по мокрой дороге и остановилась. Лежа на осколках стекла и стараясь не дышать, Стайлз еще слышал, как колеса машины крутятся, как льет дождь и голос... мальчишке казалось, что он слышит голос Питера. Тот умолял его очнуться, не уходить, остаться с ним, подросток чувствовал легкие поцелуи на своем лице, теплые руки, ощупавшие тело, и шепот, который забирался глубоко в голову, пытаясь добраться до сознания парнишки, и, во что бы то ни стало, заставить его жить. А Стилински смотрел на дверцу, еле держащуюся на болтах, и красную от крови, слышал, как капли крови, смешиваясь с дождем, капают в лужу у его головы, и пытался дотянуться до МакКола, который лежал в двух метрах от него без сознания. Питер ориентировался исключительно на животные инстинкты, ища свою пару, которой, по словам Лидии, грозила опасность, она не была уверена, но не хотела испытывать судьбу, и умоляла мужчину поторопиться. Хейл облегченно выдохнул, почуяв запах мальчишки совсем близко и увидев фары в дали, а потом он вдруг снова почувствовал непреодолимый страх за свою пару и прибавил ход. Но он не успел догнать Стилински, на его глазах машину резко занесло влево, и она перевернулась. Сердце альфы остановилось, когда он, выбежав из своей тачки, направился к двум подросткам и не услышал сердцебиение ни одного из детей. За Скотта Питер не переживал, и не потому что недолюбливал парня, а потому что верил, что МакКол сильный, как и его мать, и справится, а остальное сделает регенерация. А вот со Стайлзом надо было что-то делать, сердце не билось, и оборотень чувствовал, как жизнь уходит из его мальчика. Задрав голову, альфа протяжно и душераздирающе завыл, умоляя луну спасти его пару, но у той в тот день, видимо, был выходной. Вскоре подоспели Дерек с Айзеком, и парнишке потребовалось не мало сил, чтобы удержать взрослого оборотня от того, чтобы не изодрать в клочья своего племянника. К счастью, подоспевшие Лидия и Эллисон сумели образумить Питера, напоминая, что сейчас главная проблема - это Стайлз. Хейл всегда говорил, что парнишка сильный, что он справится со всеми невзгодами и трудностями жизни, что мальчишка умный и сможет решить любую проблему, но сейчас, видя, как Стилински медленно покидает жизнь, как его лицо становится бледным, а из ран продолжает литься кровь, Хейл начинал сомневаться, что ему все по плечу. "Я же Бэтмен, - любил повторять мелкий засранец. - Мне все по плечу: мохнатые твари, Неметон, хоть апокалипсис." Видимо, у судьбы на этот счет было иное мнение. Лидия плакала и просила у Питера прощение, Эллисон пыталась как-то помочь Стайлзу, Айзек отвел Дерека в сторону, успокаивая его, Скотт постепенно приходил в себя и только гиперактивный подросток все лежал на руках у альфы весь в крови с легкой улыбкой на губах и смотрел на дождь, который никак не хотел заканчиваться. Хейл должен был хоть что-нибудь сделать, должен был как-то спасти мальчишку, он должен был укусить Стилински, чтобы тот жил. И он укусил. Никто ничего не сказал, никто не рычал и не истерил, никто не обвинял Питера в эгоизме и жестокости, никто не сказал ему, на что он обрекает парнишку. Чтобы Стайлз жил, хотели все, и поэтому возмущаться не смели, особенно под жестким взглядом красных глаз альфы, особенно, когда сердце мальчишки снова забилось. Когда Стайлз очнется в больнице, он не скажет ни слова о том, что видел, а Питер не станет задавать вопросов. Волк будет каждый день сидеть у постели человека, держать его за руку и преданно ждать, когда его можно будет забрать из этого отвратительного места. А однажды Стилински проснется посреди ночи от очередного кошмара, крутя головой и не понимая, спит он или уже проснулся, потыкает в себя иголкой от шприца, посчитает пальцы на руке, но не успокоится. Тогда он заметит мужчину, сидящего на кресле у окна, заберется к нему на колени, прижмется крепко-крепко и еле слышно прошепчет на ухо альфе: - Ты настоящий. И Хейл снова не станет задавать вопросов, он лишь прижмет к себе мальчишку, погладит его успокаивающе по спине, и так же тихо ответит: - Да, Стайлз, я настоящий. Парень так и заснет на руках у мужчины, уткнувшись носом ему в шею, обвив его всеми конечностями и тихо посапливая. Волк в эту ночь не сомкнет глаз, он будет верно сторожить сон Стилински и больше никогда не отпустит его от себя. "Есть предположение, согласно которому после смерти мозг работает еще семь минут, и за эти семь минут вы переживаете всю жизнь снова или создаете свой собственный мир из воспоминаний. В таком случае, вдруг вы сейчас в этих семи минутах. Откуда вы знаете, живы ли вы или переживаете старые воспоминания?"