Epsilon

#01 – Движение (Всё это происходило слишком стремительно, безумно и непредсказуемо) Диппер стоял у края обрыва, с подозрением глядя на клубящийся в ущелье туман: - Ты серьёзно? - Больше доверия, Сосенка, - хмыкнув, Билл с силой хлопнул Пайнса между лопаток. Удобные в любой ситуации, кроме этой, кеды заскользили по влажной от росы траве, парень панически взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие. (но начавшееся движение нельзя было прекратить.) Судорожный вдох - Диппер полетел вниз, книга выскользнула из рук, исчезая в тумане, а сам он зажмурился, пытаясь приготовиться к удару, пока внутри всё переворачивалось вверх дном. Секунда, две, три - ничего не происходило, будто земли не существовало вовсе или он снова угодил в бездонную яму. Может, их больше, чем одна? Диппер открыл глаза и, наконец, всё понял. (Теперь они - в одной лодке, связанные сделкой, жизнью и кровью.) Рядом парил Сайфер, в тех двух метрах над острыми, фиолетового цвета камнями, что и всё здесь в ущелье. Мимо Пайнса медленно "проплыла" белка, пытаясь достать до беспорядочно "бултыхающегося" в воздухе ореха. Поморщившись, Билл щелчком отправил его в полёт, будто специально издеваясь над животным. - Злая душонка покоя не даёт? - усмехнулся парень, судорожно ища взглядом Дневник и пытаясь снова научиться нормально дышать. - И отвратительный "напарник", - презрительно выплюнул Билл, со всей немалой силы впечатывая утерянную книгу в лицо Пайнсу. (Было больно осознавать, что, в отличие от Диппера, демона это касалось в меньшей степени, он был за пределами любых обстоятельств или же правил, раздвигая реальность одним движением руки. Пайнсу же приходилось почти слепо полагаться на него, ожидая подвоха в любой момент.) - И как долго ты ещё собираешься лелеять свою паранойю? - Билл ворчал, хмурился и даже не смотрел в сторону прилипшего к каменной породе Диппера. Диппер в это время неуклюже вертелся в невесомости, стараясь одновременно удержать одной рукой Дневник, ухватиться за что-то для равновесия и недовольно смотреть на демона. - Назови хоть одну причину... - Бла-бла-бла, - передразнил Билл, кривляясь, - Я тебя ещё не убил, Сосенка. (Но он не собирался быстро умирать или отходить от дел, не собирался давать слабину только потому что Сайфер несоизмеримо сильнее любого из смертных. Так просто этот мудак в цилиндре от него не отвяжется, придётся ему терпеть Пайнса ещё долго.) - С твоим бесконечным внутренним монологом - это подвиг, меня можно к лику святых причислять, за долготерпение и непротивление. - Я просил не лезть мне в голову! - Плохо просил, забыл сказать волшебное слово, - теперь уже пришла очередь Диппера кидаться подручными предметами. Рюкзак не попал в цель, но сбил с головы нахала любимый им цилиндр. - А вот это сейчас было очень зря... - оскалился демон. (Билл, с лёгкостью прочитав Диппера, ничего ему не говорил, лишь самодовольно усмехался: "Не отвяжусь, значит, да? А я ведь тебя с того света достану, Сосенка.") #02 – Свежесть Диппер приказывал себе не думать, тащась по бесконечным коридорам за Мэйбл и пытаясь отрыть хоть одну чёртову дверь. Диппер старался не замечать тускнеющего света ламп - запасной генератор был на другом конце гостиницы, в подвале, из которого они и сбежали так быстро, как только смогли, и этой развалюхи, конечно, не могло хватить надолго. У Диппера в голове была такая каша, что все его попытки составить план побега казались жалкой игрой в шарады, поэтому они просто бежали, прятались, а потом снова бежали, но двери открывались лишь иногда, а коридоры сменяли слишком тёмные комнаты. Им казалось, эта ночь не закончится, но труп был абсолютно свежим и Диппер думал только об этом, пока по полу медленно растекалась лужа крови, и пока они поднимались по лестнице наверх, на третий этаж. Он хотел заорать: "Беги!" - но не слышал собственного голоса. Он хотел ударить посильнее - но его смахнули с дороги словно пушинку, и только когда Мэйбл пронзительно закричала, Диппер вспомнил, что у того трупа было его лицо. #03 – Молодость - Что ты собираешься делать потом? - Диппер перебирал старые карты дорог, складывая ненужные в рюкзак, но сейчас застыл, рассматривая оставленный на кровати дневник. - Когда? - Сайфер сидел на потолке, скрестив ноги, и расфокусированным взглядом уставившись в окно, за которым белел под полуденным солнцем Иерусалим. - Когда всё это, - неопределённо махнул рукой Пайнс, очерчивая в воздухе круг, его голос дрогнул, став тише, - закончится. Билл не двигался с места, даже не пытался высмеивать заминку Диппера, просто всё так же смотрел на улицу, вертя в руках трость. - Что именно? Пайнс нахмурился, тряхнув головой и поморщившись будто бы от боли. - Забудь, - он успел взяться за толстую потрёпанную книгу в красном потёртом переплёте, когда Сайфер встал во весь рост и подошёл ближе, заглядывая ему в глаза. Диппер подумал, что потолок слишком низкий, что Билл читает его мысли, что он сам просто великовозрастный идиот, давший волю своим иррациональным чувствам. И что Билл, сейчас наблюдавший за ним, слегка прищурившись - бессмертен. - Отправлюсь на другой край Вселенной искать что-нибудь поинтересней, - пожал Сайфер плечами, разворачиваясь на каблуках, - Не торчать же тут, наблюдая, как ты умираешь - скука. Диппер улыбнулся, кивнув, и спрятал уже свой собственный журнал с записями на дно рюкзака. Пайнс перестал видеть его лет пять назад. Сначала Билл появлялся хотя бы раз в неделю, потом - в месяц, но в конце-концов исчез бесследно. Вместе с ним начали истаивать воспоминания, одно за другим, и это пугало больше всего. Диппер не жалел ни о чём, жизнь была одним сплошным приключением, одно, правда, хуже и страшнее другого, но в конце-концов, он до сих пор жив. Книги с записями выстроились на полке - последнее подтверждение того, что Диппер Пайнс видел всё, что мог, и теперь тихо старился в одинокой полузаброшенной Хижине Чудес, временами перебирая фотографии, на которых Сайфер застывал расплывающимся белым засветом. Когда Диппер не смог вспомнить лица Билла, он непослушными руками забил новый рюкзак почти истлевшими, ставшими тонкими как пергамент картами, отправил сестре конверт с ключом от Хижины и, глубоко вдохнув ночной воздух, медленным шагом покинул пределы города, направляясь к шоссе. Там поймал попутную машину, и до рассвета травил байки, развлекая бывалого водителя-весельчака. К концу поездки он уже сам не знал, что из рассказов было правдой, а что - лишь очередным сном, навеянным кем-то. Через четыре месяца Диппер очнулся посреди торговых рядов, под палящим солнцем. Слушая вьющуюся узлами арабскую речь, он слезящимися глазами смотрел на белоснежные стены и пытался вспомнить, что же здесь оставил и зачем вернулся. Лишь ночью, лёжа в постели, непрерывно хмурясь и постоянно пожёвывая сухие губы, Пайнс сказал вслух: - Надеюсь, тебе было интересно наблюдать за мной. Улица продолжала шуметь, ветер поднимал в воздух дневную пыль, и в иссиня-чёрной темноте неба, расцвеченной звёздами, ничего не изменилось. Иссушенный временем, но с ясными внимательными глазами, старик устало вздохнул, переворачиваясь на бок. - Ещё как, - ответил тихо знакомый голос. И Диппер улыбнулся, закрывая глаза.