К апрелю

Красит губы столь идеально и ровно, ни разу не поправляет изящным пальчиком красный пигмент, в этом вся Лидия. Чмокает перед зеркалом и бросает уверенный взгляд куда-то влево, на отражение спящего Стайлза. Он ровно дышит и незаметно морщит нос от тёплых прикосновений лучей солнца. Сегодня до безобразия солнечно. Каблуки стучат невообразимо громко для такого утра. На улице пахнет сиренью и свежесваренным кофе, только тогда Лидия оборачивается, в последний раз глядя на так быстро ставший родным фасад дома Стилински. Машина припаркована у обочины, в кошельке кредитка мамы и куча дурацких мыслей в голове. Педаль газа без раздумий вдавливается в пол. Стайлз своевременно грязнет в водовороте событий, но под рёбрами от одного упоминания имени Мартин предательски щемит. Стилински упорно делает вид, что ему глубоко похуй, и у него это почти выходит. К ноябрю у него туманный взгляд, хорошая успеваемость и милая блондинка Карен каждое утро в постели. Каждое чертово утро он надеется увидеть рыжую макушку вместо светлой головки Мастерсон. Когда Лидия понимает, что напрасно искать Джексона в Лондоне безо всяких подсказок, она покупает билет до Бикон-Хиллз. Уже по приезду в родной город ей приходит в голову, что смысла искать Уиттмора вообще не было, он ей теперь даром не сдался. Но понимает она это намного позже, чем нужно. Мартин потухшая, словно догоревшая свеча. Она не строит глазки милому официанту в местной забегаловке и заказывает бургер с большой порцией картофеля фри, не считая калории. Лидия обмакивает золотистый ломтик в соус и грациозно, по привычке, надкусывает его посередине. В этот момент в дверях со смехом появляется Стайлз и Скотт, что-то как обычно обговаривают и садятся через два столика от неё. Лидия роняет остатки своего обеда на пол, Стайлз не верит глазам первые секунд тридцать. — Блять, грёбаная Мартин, ты.. — осекается Стилински. Мартин бледнеет, потом краснеет; веки сами собой закрываются и становятся тяжёлыми. Лидия берёт себя в руки через минуту и широко распахивает глаза. — Не стоит уделять мне такого внимания, Стайлз, - она расплачивается за обед и поспешно уходит. Дома Лидию встречает мама с наставлениями и длинным разговором в стиле "слишком быстро выросший ребёнок и строгий родитель". Строгой миссис Мартин выходит побыть буквально полчаса, после этого целая ночь пролетает за разговором о Лондоне и улетучившейся привязанности к Уиттмору. Вторая встреча со Стилински выходит ещё более неловкой, чем первая — он целует Карен на школьной стоянке, она пришла к матери. Лидия мнётся, ругая себя за идею припарковаться поближе ко входу, демонстративно хлопает дверцей авто и проходит мимо парочки. Девушка Стайлза кажется ей милой, потому что она не свалила от него неизвестно куда и неизвестно зачем. Лидия безусловно жалеет о своём решении. Когда Мартин видит на пороге своего дома Стайлза, она рефлекторно захлопывает дверь перед его носом. Стилински чертовски настойчивый: дверной звонок не унимается минут пять. Она в замешательстве, долго раздумывает, прежде чем распахнуть дверь с широкой улыбкой на лице. — Какого черта, Стайлз? — Лидия всё ещё театрально улыбается и мнёт подол юбки. Стилински по-прежнему настойчив и полон решимости, смело перешагивает порог дома и оглядывает комнату. — Твоя мама дома? — спрашивает он, переходя из комнаты в комнату, не оборачиваясь на следующую за ним девушку, — ты одна сейчас? — вопрос Лидии остаётся проигнорированным. — Завал на работе, — пародирует голос матери Лидия, — ты к ней заскочил на чашечку чая? — она опирается о панель дверного проёма и закусывает губу — Стилински всё ещё чертовски хорош. Стайлз окидывает комнату взглядом и сокращает расстояние между ними. Лидия по-прежнему пахнет лаком для волос и жимолостью, и всё ещё чуть склоняет голову вправо. Губы неизменно холодные, нижнее бельё безупречно; поцелуи влажные и прерывистые. Стайлз стягивает трусики из прошлогодней коллекции Victoria’s Secret, он точно помнит кружевные узоры. Лидия крепко цепляется за его предплечье и шею, жадно глотает воздух в перерывах между стонами и оставляет тонкие полосы от ногтей на бледной коже. — Я мог трахать тебя всё это время, — с расстановкой говорит Стилински и кончает. — И я по тебе безумно скучала, — на выдохе произносит его партнёрша и ощутимо целует в губы. Лидия возвращается к апрелю.