Семья

      Девушка швырнула лакированную чёрную сумку на ярко-красный диван, на каблуках разворачиваясь и подходя к зеркалу, что висело в холле здания. Она поправила длинные золотистые кудри, откинув хвост за спину, указательным пальцем проводя по густым ресницам. Прищуренные карамельные глаза придирчиво оглядели весь свой наряд из облегающего коротковатого платья в клетку, белой футболки, что была скрыта по ключицу под платьем, и светло-жёлтой короткой куртки, которая лишь прикрывала руки и совершенно не грела. Девушка потопталась на месте, будто стряхивая пыль с белоснежных полусапог, и вытащила из внутреннего кармана куртки телефон.       — О, — удивленный оклик эхом пронесся по пустому коридору, — Люси, ты разве не ушла? Твои пары закончились.       Мужчина подошёл к стойке охранника, отдавая ключи от кабинета. Девушка улыбнулась:       — Были дела, — Дреяр взяла сумку, попрощавшись с лектором и охранником.

«Чёртова Синеглазка! Где ты уснул? Ушла самой последней!»

      Люси застегнула молнию куртки, набирая сообщение на сенсорном экране:

Где застрял? Доставлено: 16:47.

      Спрятав ладони в маленьких кармашках, девушка размышляла о том, зачем же мама позвала их поужинать в кафе вместе. Как раньше. Люси усмехнулась. Приятные воспоминания вызвали табун мурашек и лёгкую улыбку. Раньше они выбирались в город раз в неделю, ходили все вместе утром по магазинам, в кино и в парк вечером, наблюдали с колеса обозрения за толпой людей, которые торопились домой. Смеялись и фотографировались, делая глупые рожицы. Осталось много фотографий в альбомах и на старом телефоне, которые смотреть не было сил и смелости. Детально вспоминать важные сердцу моменты, думать о том, что было бы сейчас, если бы... если бы всё было хорошо.       — Где шарф, идиотка, — хриплый голос мужчины прозвучал сбоку, совершенно рядом. Девушка шикнула, рассерженно посматривая глазами на него.       — Откуда взялся? — студентка, развернувшись к выходу с территории колледжа, быстро пошла к кафе, до которого шагать ещё полчаса. Лаксас шумно вдохнул холодный воздух, в два шага нагоняя сестру и накидывая ей на шею большой вязаный шарф.       — Там уже нет, знаешь же, — мужчина два раза обмотал его вокруг открытой лебединой шеи, поправляя волосы девушки. Люси улыбнулась, крепко обнимая его. Так тепло.       Дреяр опешил, но стиснул сестру большими руками, загребая в медвежьи объятья. Девушка уткнулась в фиолетовую рубашку, носом задевая твёрдую ткань серого тёплого пальто. Покачиваясь в стороны, с пятки на носок, Люси расхохоталась, утягивая в сторону за собой брата. Лаксас усмехнулся на маленькую шалость взрослой девушки, начиная идти. Студентка быстро замолкла, попросту повиснув на широкой груди мужчины, держась за его шею. Дреяр, обнажив ряд зубов, ехидно наслаждался удивленной моськой Люси.       — Идиот, — беззлобно бросила девушка.       — Люси, мы двойняшки. Ты такая же идиотка.       — Эй!

***

      Женщина поправила передние пряди, тонкими пальцами аккуратно деля длинные светлые волосы. Прищуренными золотистыми глазами она кого-то высматривала среди толпы людей, которые ходили перед большим окном. Официант, принеся заказ, удалился.       — Мама! — Люси негромко окликнула женщину, с помощью брата снимая куртку и шарф. Подождав его, она, огибая все ненужные столики, махнула рукой девушке-официантке, проходя дальше. Приятный голос исполнительницы звучал на всё кафе, негромкая мелодия создавала особую атмосферу. Девушка улыбнулась, целуя Оливию в румяные пухлые губы. Лаксас, как его учили ещё в детстве, сперва аккуратно клюнул тыльную сторону ладони и лишь после цемкнул женщину в щеку, отодвигая стул для сестры.       — Ох, — трогательно вздохнула Сарто, ладонью махая на глаза, стараясь не плакать, — какие же вы уже... взрослые. Ведь недавно только кричали «мя!» и ползали рядом. О, любимые мои.       Женщина смотрела в сторону, часто моргая. Она легко улыбалась, отворачивая голову. Люси переглянулась с братом, сдерживая смех.       — Мамочка, мы тебя очень-очень любим! — девушка резко придвинулась вместе со стулом ближе к Оливии, Лаксас встал, подойдя и останавливаясь в свободном промежутке между ними. Люси достала телефон, открывая фронтальную камеру. С негромким «чиз» была сделана самая серьезная и милая фотография из всех за сегодня. Дальше каждый из них лишь корчил рожицы и переглядывался между собой.       — Так, всё, — женщина сдержанно улыбнулась, подзывая ожидавшую официантку у стойки.       В приятной тишине, стуча столовыми приборами, они начали есть. Люси забавно прикрывала глаза от удовольствия, жмурясь. Дреяр усмехался на это, тщательно пережевывая вкусную еду. Оливия наблюдала за детьми, убеждаясь в том, что, хоть и прошло много времени, детские привычки никуда не уходят. Смотрела и видела маленьких детей, которые кричат друг на друга, доказывая свою правоту; но сейчас эти дети выросли, они не кричат, а переговариваются и заботятся друг о друге. Сарто ликовала, дети выросли хорошими людьми, хоть в семье и были трудности.       — Мам, всё хорошо? — Люси внимательно смотрела на маму, замечая то, как она волнуется. Женщина загинала пальцы, выворачивая их, жмурилась и поджимала губы, прищуривая глаза. Оливия бормотала что-то, но ни сын, ни дочь, понять это не смогли. Тихие слова долетали до слуха, Сарто запиналась и сбивалась с мысли. Лаксас сурово поджал губы, закатывая глаза:       — Говори чётко! — женщина боязливо посмотрела на сына, вздрогнув. И нашла ободряющий взгляд дочери: карамельные глаза Люси, в освещении ламп кафе, светились янтарём. По телу разлилась приятная сердцу нега. Дреяр глазами пошла в отца, у него были дополняющие его элементы внешности и насмешливый характер, который больше походил на хитрого лиса. Янтарные глаза охарактеризовывали его как ничто другое. Смотря на дочь, в этот ободряющий взгляд, женщина будто увидела мужа.       — В общем, — Оливия крепко зажмурила глаза, поджав губы. — Я выхожу замуж!       Что-то громко хлопнуло со стороны Лаксаса, Люси вскрикнула:       — Дреяр, придурок! Надо в себя, а не на меня, идиот! Чёрт, Лаксас!       Сарто осторожно приоткрыла правый глаз, осматриваясь.